90-е
Шрифт:
В аэропорту нас встретили — вот неожиданность! — просто до безобразия богато разодетые в шелка и золото (вот такие они, индусы, любят себя показывать) доктор Каннан с женой и старшим сыном.
— Здравствуйте! — Начисто сломав весь регламент, радостно поприветствовал я их. Пожимая руку доктору, поблагодарил: — Спасибо, что взяли с собой Анила — мне теперь будет с кем поиграть!
Где-то за спиной сдавленно хрюкнул Такеши, и привычно забормотал извинения отец, пока мы ручкались уже с пацаном.
Приветственный ритуал вернулся в прежнее русло, мы уселись в лимузин и поехали заселяться.
По пути доктор привычно комментировал окружающие красоты:
— Калькутта — четвертый по населенности город Индии...
Да, народу на улицах действительно полно — как пешего, так и на как правило стареньких машинках (хватает "Жигулей" и "Москвичей"). Также были богато представлены гужевой транспорт и рикши — некоторые настолько сухощавой наружности, что их способность таскать телегу с двумя пассажирами вызывала удивление. Йоги, наверное.
Архитектура полностью такому хаосу соответствовала — встречалась как историческая колониальная застройка, так и огромные, воняющие канализацией и кари, трущебы. Есть и новострой в виде вполне современных бетонно-стеклянных высоток.
В этот раз никаких люксов и полулюксов — из-за наплыва желающих "пофестивалить" все гостиницы города забиты, и получилось урвать только четыре одноместных номера. Придется это терпеть. А вот семья доктора остановится у знакомых.
Смачно подкрепившись индийской вкуснятиной в ресторане, отправились по делам. Из-за того, что постоянного места проведения фестиваль не имеет, действо состоится в кинотеатре "Лайтхаус Синема" аж 1934 гда постройки. Встречали нас натурально как голливудских звезд! Даже коленки немного затряслись, когда мы, улыбаясь и махая ручками, под вспышками фотокамер, объективами телекамер и под крики толпы собравшейся молодежи (с удивлением увидел плакаты с моим коряво выведенным при помощи кандзи именем), шли по красной ковровой дорожке вслед за какими-то аборигенами — организаторами фестиваля.
Внутри стало полегче, и совсем не привыкший к общественному вниманию Анил вытер пот со лба. Специально проследил — красная точка нисколько не пострадала. Тут же пришлось поторговать лицом перед парочкой камер — огромное спасибо, такая честь. Далее — в уже набитый народом, ярко освещенный, колониально-роскошный кинозал, где нас встретили стоячими апплодисментами. Раскланялись, уселись в первый ряд рядом с организаторами. Ито-сану и семье доктора пришлось довольствоваться вторым. Один из индусов — в тюрбане, шелках и золоте, сказал десяток предложений о том, какой замечательный фильм мы сейчас посмотрим, и дал отмашку киномеханику. Кино оказалось в индийском дубляже с английскими субтитрами, поэтому было весело.
После просмотра получили еще порцию апплодисментов, ответили на заранее согласованные вопросы, и все начали собираться по домам — на сегодня фестиваль окончен. Такеши
На обратном пути взрослые обсуждали что-то свое, а Анил рассказывал, кто он по жизни, старательно имитируя японскую речь:
— Наша семья есть Ситх!
— А?!
— Извини, оговорился — сикхи!
— Вот оно что! — Глубокомысленно покивал ничего о сикхах не знающий я.
— Так что мы против кастовая система! Мы любим всех людей!
— Какие вы хорошие! — Умилился я и спросил: — Скажи, Анил, а ты хорошо учишься?
— Да! — Ожидаемо ответил он, — Я хочу стать врачом!
Это ли не ходячий стереотип? Впрочем, ничего плохого в этом нет — вполне благородная цель.
— А сочинения вы на уроках пишете?
Мы вот пишем, и я глумливо прибегаю к помощи "автоучебы", выдавая на-гора образцово-школьную хрень по всем золотым канонам, вызывая недоумние учителя литературы.
— Да! Меня много хвалить! — Улыбнулся он.
— А ты осилишь книжку типа моего "Махоутокоро", только про индийскую школу магов?
Пацан задумался и пожал плечами:
— Я не пробовал.
— Попробуй! — Предложил я, — Я выдам тебе основу сюжета, а твоя задача — наполнить ее колоритом вашей замечательной страны, в культуре которой я разбираюсь гораздо меньше, чем мне бы хотелось.
И разбираться не стану — пусть Нанако этим занимается и подсказывает любимому начальнику какой рукой чесать нос, чтобы не прогневать местных.
— Хорошо, я попробую! — Кивнул Анил.
Не потянет — найдем профессонального индийского писателя. Все равно рано или поздно хлынет волна подражателей, так что лучше возглавить процесс, торгуя лицензиями на открытие школ для малолетних волшебников. У каждой страны должна быть такая!
Бросив нас тусоваться по отелю, мужики свалили — стопроцентно бухать! — прихватив с собой миссис Каннан. Скучать не пришлось — мы нашли боулинг, бильярд и настольный теннис. Я продул везде, заставив маленького индуса чувствовать себя неловко. Проигнорировав просьбы Анила так не делать, попробовал сунуться в бар — должны же там безалкогольное смешивать? — но был крайне вежливо послан швейцаром-гадзином. Пришлось идти в номер и браться за дело, вдалбливая в Анила основы сюжетостроения подросткового фентези. Пацан старался изо всех сил — еще бы, если у него все получится, их семья сможет есть лепешки три раза в день! — поэтому успели написать целых полторы главы, когда в номер заглянули пьяный батя с пьяным доктором, и последний не забрал моего смуглого друга домой.
Второй день оказался гораздо более напряжным — в кинозале пришлось просидеть целый день, пока длилась церемония награждения с редкими перерывами на накатить в буфете. Такеши получил "Серебряного павлина" за лучшую режиссуру, и ходил гордый, как этот самый павлин. Впрочем, "Хонду", "Шочику", съемочный коллектив, персонально меня и уважаемое жюри он поблагодарил со сцены образцово-показательно. Имеет право собой гордиться — он теперь реально большая кинофигура азиатского значения, а это, на секундочку, больше трех миллиардов человек!