Адская ширма

Паркер Ингрид Дж.

Акико громко зевнула и поежилась.

— Как вы можете так спокойно болтать?! Здесь же такой холод!

Тосикагэ бросился надевать на нее стеганый жакет.

— Уже поздно, и Акико устала, — сказал он извиняющимся тоном. — Если у нас все улажено, то мы могли бы пойти домой.

Акико действительно или очень устала, или ей хватало сообразительности не заводить больше разговор о возлюбленном Ёсико. Опершись на руку мужа, она на прощание помахала брату.

Ахитада немного посмотрел им вслед и потом вернулся в свою комнату. Угли в жаровне окончательно истлели, и было холодно. Голова

по-прежнему раскалывалась, и он подумал, не заболел ли. У него не было сил даже позвать Сэймэя. К тому же старик и так натрудился за день. Накинув на плечи еще одно кимоно, он сел за письменный стол и попытался сосредоточиться. Разговор с женой и сестрой, как он и боялся, вышел скверным. Он считал свой гнев оправданным после того, как Тамако приняла сторону Ёсико, и все же его почему-то страшила встреча с женой.

Воображение его разыгралось. Он пытался представить, что теперь сделает или скажет ему Тамако после того, как он выдворил ее из комнаты сестры. Мысли его прервало тихое поскребывание в дверь.

— Войдите! — отозвался он, в душе посылая гостя ко всем чертям.

Это была Ёсико. Со смиренным поклоном она сказала:

— Прости, что помешала.

Она осторожно вошла, уткнувшись взглядом в пол. Судорожно переведя дух, она подняла на брата глаза.

— Я глубоко сожалею, что причинила неприятности вам с Тамако. Вспомнив, что ты приходишься мне старшим братом, я вынуждена признать, что забыла о своем долге перед тобой как перед главой семьи. Акико и Тамако обе напомнили мне о том, что до тех пор, пока я не замужем, я должна хранить верность своей семье. Я обещаю, что буду соглашаться со всеми твоими решениями относительно моего будущего и буду жить в этом доме столько, сколько ты позволишь. — Она снова тяжело перевела дыхание и потянулась к рукаву. Дрожащими пальцами она извлекла оттуда письмо. — Это для Кодзиро. Ты можешь прочесть. Там объясняется, почему я не могу выйти за него замуж. Ты передашь ему письмо?

Акитада смотрел на продолговатый кусок бумаги так, словно это было нечто раскаленное и огнедышащее. Он восторжествовал над ее волей, силой вынудил ее нарушить слово, данное Кодзиро, но вкус этой победы был горше пепла в остывшей жаровне. Отказаться же от своих суждений он тоже не мог. Этот человек в тюрьме был попросту неровня и не пара его сестре. Он раздумывал так долго, что рука Ёсико задрожала и письмо выскользнуло у нее из пальцев. Он поймал его на лету и убрал к себе в рукав.

— Конечно, передам, — хрипло сказал он. — Я… мне очень жаль, Ёсико, но он уже знает об этом, потому что я ему это уже сказал. Я бы хотел, чтобы все было по-другому. Ты должна понять…

Она без единого слова поклонилась и вышла.

Акитада достал из рукава письмо. Оно было не запечатано. Легкий, изящный почерк Ёсико выдавал руку женщины благородной и образованной. Как мало он, оказывается, знал о сестре! Ему сейчас вспомнилось, как он обещал ей помочь выйти замуж за человека, отвергнутого матушкой. Какое глупое обещание, данное из любви к младшей сестренке, несколько лет назад соединившей их с Тамако! Ему стало не по себе, и, положив письмо на стол, он принялся расхаживать по комнате.

Она вдруг показалась ему слишком тесной, стены словно давили на него, усиливая

головную боль. Он распахнул ставни и вышел в сад. Снег растаял, и ему было видно рыбок под толщей воды в крошечном прудике. Когда он наклонился собрать с поверхности сухие листья, прямо к руке его метнулся карп. Он пожалел, что ему нечем их покормить, только смотрел, как они тыкаются ему в пальцы своими жадными ротиками. Эти прикосновения нагнали на него какую-то щемящую тоску. Вот и отец, наверное, так же стоял когда-то здесь, одинокий и отстранившийся от всех, кто его окружал.

Когда он вернулся в кабинет, так и не избавившись от головной боли, его там уже ждали Тора и Гэнба. Поглощенный своими мыслями, он не сразу заметил, что они уселись подальше друг от друга.

— Пришли доложить, господин, — натянуто сообщил Тора.

— Ах, ну да, актеры… Вы нашли их?

— Нашли, господин, — ответили оба хором. Только Гэнба прибавил: — Они упражняются в одном тренировочном зале у реки. Мне повезло, и я познакомился с его владелицей.

Тора неприлично закряхтел.

— Да бросьте вы говорить об этой чокнутой тетке! Ничего-то она не знает, зато одна из девчонок Уэмона обещала встретиться со мной сегодня вечерком. — Тора улыбнулся, поглаживая усы. — Попытаюсь разнюхать что-нибудь про их ведущего актера Дандзюро. Уж больно он подозрительный тип.

Акитада переводил взгляд с одного на другого, пытаясь вникнуть в смысл их речей. Постепенно он заметил между ними что-то неладное. Они старательно избегали смотреть в сторону друг друга. И это такие-то неразлучные друзья! Что же могло произойти между ними? Он поймал на себе выжидательный взгляд Торы и припомнил его последние слова.

— Д-да… А что значит «подозрительный»?

Тора подробно поведал о событиях дня вплоть до своей стычки с Дандзюро. Умолчал он только о суровом испытании, выпавшем на его долю в виде боя на палках, да о своих шашнях в темном переулке.

— Теперь вы понимаете, что все они словно воды в рот набрали, когда я пытался задавать вопросы, — подытожил он. — А все потому, что он вообразил, будто я из полиции. И это, естественно, навело меня на мысль, что ему есть что скрывать.

— Он принял тебя за полицейского? — удивился Акитада. — С чего бы это?

Тора покраснел.

— Понятия не имею. Может, сказал я чего.

— Что же ты мог сказать? — не отступал Акитада.

— Вообще-то он слишком уж пыжился передо мной, уж так раздувал щеки — дескать, он такой-сякой великий Дандзюро, а я рвань подзаборная, к тому же оскорбившая его жену.

— Такое правда было, — вставил Гэнба.

— Да заткнись ты! — огрызнулся Тора. — Тебя там не было. Ты в это время так обхаживал эту жирную корову, что и думать про работу забыл.

Гэнба свирепо вылупился на него.

— Да? А кто первым нашел это место? Я нашел! И я добиваюсь результатов безо всяких там стычек и ссор и не увиваюсь за всеми девчонками подряд.

Акитаде надоели эти препирательства.

— А ну-ка сейчас же перестаньте оба! Свои разногласия можете уладить потом. Лучше скажите, какие вам удалось добыть факты, которые связывают этих людей с убийством госпожи Нагаока.

Оба покачали головой.

— Что же, так-таки и ничего?