Агент Низа

Вольский Марчин

Женщина, пожилая американка в фиолетовом парике и огненно-красной накидке, бесцеремонно бросила:

— В Майами.

Он уже собирался буркнуть что-то неприятное, когда ему в голову пришло, что с пассажиркой он будет не столь подозрительным.

Пригласил ее сесть. Тронулись. Женщина молчала. От нее исходил такой сильный аромат духов, что Мефф вынужден был широко раскрыть окна. Через милю их ожидал завал. Мефф беспокойно вглядывался, ища среди полицейских попа. Попа не было. Пока он лихорадочно раздумывал, что делать, услышал рядом тихохонькое:

— Шестью

шесть!

Он, словно буря, пролетел завал, протаранив два мотоцикла и несколько бочек. Было ясно, что со следующей преградой у них дело так гладко не пройдет. Однако Русалка не теряла самообладания.

— Исчезать умеешь? — спросила она.

— Только проникать через традиционные строительные элементы.

— Заклятия разнятся всего одним словом. Но я стою слишком низко на служебной лестнице, чтобы выговорить его лично. Кроме того, на это требуется около пятнадцати минут.

Она сообщила нужную формулу. А потом, когда Мефф произносил ее соответствующим тоном, прижалась к нему, такая женственная, беспомощная, какой только и может быть нормальная женщина. Вместо запаха духов, улетучившихся, как воспоминание о туристке, труп которой без парика и одежды стыл где-то в кювете, всего сильнее ощущался ее естественный аромат — воды, водорослей, тины и даже немного свежей рыбы.

Когда из-за поворота появился голубой «форд», капитан дал сигнал. Стрелки опустились на колени за преградой. Местный пастор поднял библию… Однако автомобилю, видимо, надоело таранить преграды и он остановился в метре от завала. Полицейские подбежали, держа оружие наизготовку. Открыли дверцы. Внутри было пусто, хотя аромат духов еще не выветрился.

Капитан выругался. Пастору очень хотелось сделать то же самое. Однако они не собирались сдаваться. Пешком беглецы не могли уйти далеко. Один из солдат отвел машину за завал, остальные двинулись вперед. Прошло, вероятно, минут пять, когда предоставленный самому себе автомобиль начал медленно-медленно катиться по обочине. Потом заворчал двигатель, автоматически переключилась скорость.

«И снова удача!» — удовлетворенно подумал Мефф Фаусон. Ибо он относился к тому весьма распространенному типу людей, которых поражение расхолаживает, успех же, пусть даже и незаслуженный, окрыляет.

XII

Очередное совещание состоялось в весьма узком кругу. Кроме Толстощекого и Альбиноса в нем принял участие некий лысый субъект, до того на штабных конференциях не появлявшийся. Перед Седым лежала рельефная карта мира, причем рельеф карты соответствовал не рельефу местностей, а иллюстрировал степень материализации жизни. Расцветки говорили о доминирующих религиях, а определенные знаки указывали на невралгические пункты планеты — места чудес, центры Зла, регионы усиленной развращенности либо вольномыслия.

Для начала Альбинос и Херувимчик поочередно отчитались о результатах наблюдения за Меффом Фаусоном. Не забыли о его эскападах в библиотеки, о прибытии Мэрион, о заинтересованности Гавранковой.

— Почти неделю поднадзорный ведет себя как типичный ученый, не дает никаких поводов

к подозрению. Если не считать того, что он окружил себя дьявольской свитой.

— Это-то меня и беспокоит, — вздохнул Седой. — До дня опасного расположения светил осталась неделя, а этот тип разбазаривает время, словно у него в распоряжении вечность.

— Может хочет усыпить нашу бдительность?

В свою очередь Лысый сообщил о странных событиях, которые в последние дни произошли на нескольких континентах. Освобождение Вурдалака, неожиданное исчезновение барона Франкенштейна, удивительные происшествия с сектой людорыб.

— И заметьте, всякий раз к этому причастен некий Маттео Дьябло.

— Я проверял по картотеке, у нас он не значится, — сказал Толстощекий.

— А я установил, что ни один человек, носящий имя синьор Дьябло, никогда не занимался сардинной промышленностью, — добавил Альбинос.

— Кроме того, мне удалось выяснить, — продолжал Лысый, — что вскоре после посещения таинственным итальянцем Вены, скрывавшийся там Дракула прикрыл магазинчик и выехал на отдых, не сообщив куда. Что сие означает?

Седой нахмурился.

— Что означает? То, что Дьябло — законспирированный чиновник либо осведомитель Великого Низа. У меня это не вызывает сомнений. Но в чем его задача? Отвлекает ли он наше внимание от временно бесцветной фигуры Меффа Фаусона, или же…

Сотрудники раскрыли рты.

— Или же получил задание привести в состояние готовности всех недобитков Зла, а если так, то наши наихудшие опасения могут оправдаться!

— Не исключено также, — вставил Лысый, — что истинны обе версии.

— Так или иначе, нам должно приступить ко второму этапу нашего наступления, — голос шефа звучал решительнее, чем когда бы то ни было.

— Вариант «А-3». Готовность по тревоге для всех регионов. Отменяю отпуска, участие в паломничествах и новеннах. Подвариантом «Ж-6» займетесь вы, — он указал на Лысого, — а что до синьора Дьябло…

— Неплохо бы установить, кто таков этот подлец! — сказал Альбинос.

— Кое-что нам известно. Случайно во время облавы на Утопленницу он столкнулся с отцом Мартинесом.

Толстощекий аж причмокнул от удивления.

— Самым лучшим изгонителем бесов в Соединенных Штатах?

— Именно. Мартинес видел его всего секунду, но совершенно уверен, что синьор Дьябло — дьявол, правда, еще неопытный и юный…

Секретарши внесли кофе и пирожные. В кулуарах конторы еще не ощущалось того беспокойства, которое уже начало охватывать специализированные агентства и отделы анализа.

— Итак, план на ближайшие часы у нас есть, — сказал Лысый, — теперь надо бы подумать, куда синьор Дьябло направляет стопы свои?

— Я почти уверен, что на север, — заметил шеф. — У него практически не осталось выбора. — Здесь костлявый палец прошелся до самого края карты, далеко за полярный круг, где даже с пластикового макета несло холодом, вечной мерзлотой и белыми медведями. Некоторое время палец блуждал по бездорожьям тундры, наконец остановился на маленькой черной точечке.

— Ледяной Замок, — прочитал Альбинос. — Брр!..