Агник
Шрифт:
— А как еще?
— А утопленники, они как, попадают в Наквель или становятся агнами? — продолжала напирать Лили, но через секунду осознала, что спросила полную несуразицу.
— Ну, тут должно быть все очень просто, ведь все зависит от обстоятельств. Попробуй сама догадаться. И кстати, о самой составляющей. Ты видела Наквель, когда только очутилась здесь, в машине. Тот самый шар, который парил высоко в небе.
— О-о-о, да. Я еще никогда не видела ничего подобного, даже во снах! И там… там правда все из воды, как мне показалось, или это просто оболочка?
— Да, вся составляющая состоит
— А Иметрен? — выпалила девушка, непроизвольно коснувшись своих губ.
«Кто бы сомневался, что она запомнит именно это».
— Иметрен, хм-м-м, вековой лес, — сухо продолжил юноша, задумчиво сдвинув брови на переносице. — В этом месте существует больше всего сущностей. Главная причина — болезнь.
— Мне показалось, что его земли беспощадны.
— Не без этого. — Нахмурился собеседник. — Это единственная составляющая, в которой можно ощущать себя живым. Аппетит, сон, половое влечение, возможность дышать — все это и есть Иметрен.
— И как туда можно попасть?
На секунду задумчиво поджав губы, Мавэл продолжил:
— Либо ты должен изначально прибыть туда для существования, либо испытать такую сильную боль, которая будет равносильна лишению возможности существовать.
— Мне казалось, что люди перестают чувствовать боль после того, как…
— Кстати, — перебил юноша, — помнишь, я чуть раньше упоминал об Агроне?
— Припоминаю.
— Гляди. — Просиял он, указав куда-то вдаль.
[1] Асператусы — особенная черта некоторых облаков, представляющая собой выраженные волнистые структуры в нижней их части, что в сочетании с неоднородной толщиной и освещением может придавать облакам необычный и устрашающий вид.
Глава 4. Агрон
Глава 4
Агрон
Вдали показался необычайно длинный каменный мост, дорога которого вела к величественной и неприступной стеклянной крепости, выросшей на самом краю скалы над обрывом. По всему периметру сооружения расположилось несколько остроконечных сторожевых башен. Над их пиками кружили сотни птицеподобных существ, утопая в мягких оттенках лазурного небосвода. Крепостная ограда была подобна живой изгороди из ели, на углах которой возвышались каменные бастионы. Массивная башня такого же стеклянного, как и вся крепость, одинокого донжона скрывалась высоко за облаками, словно прячась от взора посторонних глаз. Неторопливо съехав с небольшой возвышенности, конец которой плавно перетекал в начало моста, путники очутились посреди каменной реки, которая мягко несла машину к главным воротам. Взглянув на восток, девушка увидела еще один мост, который был сотворен из полупрозрачного алебастра с жемчужно-серым оттенком. Конец моста вел к перевёрнутому вверх корнями дереву, размеры которого ничуть не уступали размерам самой высшей точки крепости. Старческая корневая система
— Что это? — завороженно спросила Лили, указав в сторону спадающих в пропасть шумных водопадов, сливающихся в бурлящую молочную реку.
— Это путеводная река Кераз.
— И куда она ведет?
— В мир живых, Лили, унося собой все те сущности, чье время для перерождения настало.
— Да что ты! — возбужденно воскликнула она. — Правда, я никого в ней не вижу.
— Как не видишь? — удивленно переспросил юноша, слабо нахмурив лоб. — Присмотрись внимательнее к переливам у гребней.
Последовав совету спутника и полностью сфокусировав свое внимание на одном из молочных гребней, девушка с досадой добавила:
— Нет, я никого не вижу.
— Странно. Так, а ну, вон тех отчаянных ты видишь? — снова спросил Мавэл, указав на живую изгородь. Лили быстро перевела свой взгляд обратно в сторону крепости, увидев нечто такое, от чего все тело непроизвольно застыло, подобно статуе. Вся изгородь находилась в движении, узниками которой были тысячи агнов, рьяно пытавшихся высвободиться из ее оков.
— Что.… Почему? — только и спросила она, не в силах закончить свою мысль от захлестнувшего чувства сострадания и отчаяния. — Мы должны им помочь!
— Нет, это невозможно. Ни ты, ни я, никто другой не сможет им помочь, кроме их самих. Если им повезет выбраться отсюда и не сойти с ума, то они попадут в Агрон и смогут вернуться обратно, в мир живых.
— А если нет?
— Если нет, то они станут частью этой стены.
— Но… но почему они не могут попасть в Агрон, зачем все это?
Юноша, выдержав небольшую паузу, и ухмыльнувшись, ответил:
— Как я тебе уже говорил, агны могут вернуться обратно в мир живых только в том случае, если смогут попасть в Агрон. Приговоренные к жизни, они не ценили ее, когда она была им дарована, а теперь они рьяно пытаются снова ее прожить, вернуться обратно. Вот так незадача, да?
— Но ведь это неправильно, у каждого должен быть второй шанс, Мавэл.
— Я разделяю твои взгляды, Лили, но в Агроне думают иначе. Вся эта стена целиком и полностью была выстроена агнами, но в итоге стала для них могилой… или домом. Они существуют, но не так, как мы. Буквально пара сантиметров отделяет их от возможности получить шанс на жизнь, но… — грустно оборвал себя юноша, сбавив ход машины. — А теперь приготовься и подумай о чем-нибудь хорошем.
— К чему приготовиться? — только и успела спросить девушка, как увидела впереди груду камней, перегородившую им путь. — Что ты делаешь?! — закричала она. — Останови машину, Мавэл, останови!
Уже приготовившись к удару и зажмурив глаза что было сил, Лили ощутила на своем плече слегка уловимое прикосновение чего-то очень мягкого и в то же время холодного. Просидев в таком положении не меньше минуты, она услышала над своим ухом задорный смех юноши:
— Ха-ха-ха, ты бы себя сейчас видела!