Агник
Шрифт:
— А что если я откажусь?
— Подумай хорошенько. Я не заставляю тебя сделать это собственноручно. Мне лишь нужно, чтобы ты нашел с ее помощью Брула и все. Или тебе по душе темная пустыня вечности?
— Уж лучше я сгину в вечности, чем стану помогать тебе, — огрызнулся юноша, сразу пожалев об этом.
— Значит, будет по-плохому, — враждебно оскалившись, прошипела госпожа. — И кстати, пока не забыла. Аквелья передает тебе привет…
— Аквелья?
— Бедняжка, она так мучается в бесконечных и сводящих с ума лабиринтах Лирда. Думаю, ты уже совсем скоро с ней встретишься.
— Анадель, заканчивай
***
Оказавшись посреди скалистого и темного ущелья, старик, облаченный в белую шерстяную тогу, принялся выискивать глазами своего проводника, с опаской продвигаясь вглубь. — Ну же, выходи, выходи, Мавэл. Не нужно все усложнять.
Одиноко восседающий на обглоданной и прогнившей сущности ворон, тревожное и предостерегающее карканье которого взывало в непроглядную мрачную бездну, непроницаемо наблюдал за испуганным стариком.
— Следуй за мной, — глухо отозвался вынырнувший из темноты Мавэл, держа с Галваелем дистанцию. В упор посмотрев в глаза птицы, юноша движением руки приказал той опуститься на свое плечо, ловя на себе испуганный взгляд старика. Быстрым шагом, продвигаясь сквозь извилистое и глухое ущелье, двое вышли к заднему двору Агрона, посреди которого их уже ожидала лживая сущность Аквельи. Обернувшись назад в надежде снова увидеть Галваеля, что свидетельствовало бы о том, что процесс замещения прошел безуспешно, Мавэл увидел позади лишь пустоту, и изменился в лице. Ураган несвязных и почти неразборчивых мыслей эхом пронесся в голове юноши, отбросив его ментальное тело на второй план. Искрящиеся триумфом, пронизывающие глаза самозванки внимательно пробежали по Мавэлу, жестом приказав подойти.
— Втереться в доверие Лимье — вот что от вас потребуется. С ее помощью вы выйдете на этого жалкого предателя Брула, который, вероятнее всего, уже ищет ее.
— Так зачем он тебе? — с издевкой прохрипел юноша, мысленно оттолкнув насмехающуюся сущность Галваеля. — И кстати, да, научись хотя бы врать!
— Ты что это, вздумал учить меня? Ха, самодовольный мальчишка!
— Ну, так зачем?
— Он кое-что у нас украл и… — прервалась Анадель, задумавшись. — Галваель, если этот наглый юнец посмеет ослушаться тебя или просто намекнуть Лимье, то ты знаешь, что с ней сделать.
В знак согласия юноша неосознанно кивнул, услышав внутри мерзкий хриплый смех.
— Как только увидите на горизонте последний луч заходящего солнца, не мешкая ступайте в ту башню и спасите девчонку, — указала Анадель на высокое стеклянное сооружение вдалеке. — Ну а что делать дальше, Галваель подскажет…
***
Осторожно спустившись в подземную крипту, Лили и Онгель последовали вдоль сводчатых перекрытий, аккуратно ступая по многоцветному мозаичному полу. Призрачная какофония мученических и тихих стонов, эхом расползающаяся по подземелью, непроизвольно начала резать слух, заставив Лили на время прикрыть уши. Такие же призрачные, как и стоны, сущности десятка незнакомцев тут и там начали появляться в разных частях подземных покоев, бормоча под нос неразличимую несуразицу.
Разом погасший свет факелов в мгновение погрузил пространство
— Главное, не касайся их, — еле слышно прошептал Онгель, — и ни звука.
Напряженно обходя блекло мерцающих и блуждающих призраков, Лили непроизвольно задержала внимание на обезумевшей сущности маленького мальчика, что без устали раскачивался на месте, ударяясь головой о каменную колонну. Ощутив некую толику жалости и отчаяния, и напрочь забыв о предупреждении своего спутника, она слегка коснулась ледяного плеча незнакомца.
— Не-ет! — закричал Онгель, не успев предотвратить ошибку. Десятки затуманенных глаз вспыхнули безмолвной яростью, в упор уставившись на гостей. — Бежим! — только и успел произнести он, схватив девушку за руку. С молниеносной скоростью миновав лежащее впереди расстояние, на ходу отшвыривая от себя и Лили обезумевшую толпу, путники выбежали к каменной витой лестнице, после чего быстро взбежали наверх.
— Что это было?
— Лирд, — коротко ответил Онгель, осуждающе посмотрев на девушку. — Я же просил тебя никого не трогать. Им и так там несладко, а теперь еще и ты… Зачем ты это сделала? Впрочем, неважно.
— Я лишь хотела помочь… тому мальчику.
— Помочь? Каким образом?
Не зная, какое придумать оправдание бездумному проступку, она лишь молчаливо помотала головой, и опустила стыдливый взгляд в пол.
— Извини, — остыл гнеопец, — это моя вина. Видимо, Мавэл не успел рассказать тебе о Лирде.
Интуитивно вдохнув, девушка снова отрицательно помотала головой, продолжая смотреть вниз.
— Это ловушка, в которую попадают сущности ввиду собственной глупости и собственных ошибок, обрекая себя на вечное странствование в глубинах нескончаемых лабиринтов. Большинство сходят там с ума, моля о смерти; готовые отдать то, что им даровано, в обмен на возможность выбраться из вечного заточения.
— Но если есть начало, то должен быть и конец. Ведь выход есть всегда!
— Выход и конец — это разные пути, что часто пересекаются друг с другом, следуя бок о бок.
— Разве у них его нет, выхода?
— Почему же? — напряженно усмехнулся Онгель. — Ты буквально пару минут назад чуть не доказала это самой себе.
— Что ты имеешь в виду?
— Если бы они нас схватили, то сейчас мы не стояли бы здесь, а блуждали в гнетущей и давящей безызвестности. Ты могла осчастливить пару сущностей, дав им возможность существовать, а возможно, и даровать шанс на жизнь… Но не будем больше об этом. Пойдем.
Молча согласившись, девушка направилась вслед за высоким спутником, то и дело ругая себя за мимолетную слабость, которая могла стоить ей шанса снова увидеть родителей.
Переступив порог массивной каменной двери, путники очутились посреди овальной комнаты, пол и стены которой были выложены мелкой зеркальной мозаикой. Невообразимого размера колодец, вода которого служила освещением, отбрасывал на стены бирюзовые блики, переливами расползаясь по комнате. Возвышающийся над головами бесконечно высокий потолок пронизывали четыре бездонных воронки. Из их недр одна за другой вылетали непохожие друг на друга призрачные силуэты сущностей, скрываясь в осколках зеркальных стен. Трое не имеющих рта и рук существ с переливающейся жемчужной кожей безмолвно парили на высоте, словно следя за порядком.