Ах ты... дракон!

Белова Елена Петровна

– Не знаю! Сейчас, погоди... вот!

Огненная вспышка - ответная любезность кровавой твари - снова чуть-чуть не дошла до крыши, издевательски точно долбанув по уже изрядно покореженному флюгеру.

– Да что он творит, тварь?!

– Пало, может, все же ударить чем-то? Одного мы сможем сбить, даже если...

– И тогда второй спалит тут все подчистую! Этого хочешь?

Пало сам не понимал, почему не хочет бить по драконам всерьез.

Сначала, когда на соседней крыше обнаружили дракона, он даже усмехнулся однообразию человеческой фантазии. Когда очевидец уточнил показания, увеличив количество драконов до двух, северянин подивился, насколько хорошего мнения горожане о своих крышах.

А потом кто-то слабонервный по этой соседней крыше пальнул из брошенного драконоловами снаряжения. Попасть не попал, к счастью (разрывец с тройным зарядом не для жилых зданий, тут крепостная стена не каждая устоит!), но веселье разом кончилось. Драконы взлетели с крыши одновременно, как стайные птицы, и закружили рядом, словно высматривая добычу.

Перехватить руку Пилле Рубина Пало успел в последний момент - младший товарищ уже держал пальцы на знаке "Дихон", который мог пробить дыру в монолитной скале.

– Не смей!

– Почему?

Подходящий аргумент нашелся быстро:

– А люди на площади! Если дракон упадет...

Договаривать не пришлось - и воображение, и способности к быстрому счету у молодого вельхо были развиты на должном уровне. Пилле Рубин отдернул руку, точно обжегшись. Отчаянный взгляд метнулся вниз, туда, где в недоумении замерла огромная толпа (по счастью, люди не понимали, что повторное явление драконов - не очередная иллюзия, поэтому не метались и не давили друг друга). Потом - на дракона, попытавшегося спуститься обратно на крышу...

– А как тогда?

Решение пришло само.

– Сначала отпугнуть его! От города! А там решим.

Пилле обеими руками взъерошил волосы - и рванул оба рукава, оставляя обе руки открытыми. Мгновенно вскипел и растаял пар, побежал по коже золотистый узор Знаков, готовых к немедленной активации.

– Отпугнуть, говоришь? Сейчас отпугнем!

Некоторые Знаки Пилле и Гэрвина Пало знал, о предназначении еще кое-каких догадывался... и если бы у него было время, от души вознес бы хвалу богине, отведшей его от судьбы Наставника "личинок". Вряд ли тогда его путь был бы столь успешен (честно говоря, он вряд ли бы пережил уже первые "отпечатки" первых воспитанников).

"Мялка" летела за "сосулькой", "мушиная сеть" сменялась "бешеным листом", вслед неслось еще нечто и вовсе неопознаваемое... зато эффектное и трескуче-безобидное, и Пало поставил себе целью обязательно познакомиться с новшествами в области пугалок. Позже. Когда будет время!

Сейчас времени не хватало катастрофически - драконы кружили рядом, то и дело пыхая огнем. Блики факелов зло плясали на серебристой чешуе, "короны" переливались мелкими бегучими огоньками...

Вельхо обливались потом - на морозе!
– феерически быстро сменяя один Знак другим, сам Пало вперемешку с пугалками запускал в воздух "огнистые спирали" и "цветные дымы", вызывая у столпившихся внизу людей восторженные вопли...

Проклятые твари отпугиваться не желали.

Ситуация быстро и неотвратимо перерастала в очередной бред: драконы не нападали и не улетали, их нельзя было убивать и нежелательно было даже ранить (попаданье драконьей крови на людей было целебным, но это если она растворена в пропорции три капли на флакон, а если в таком, первозданном, концентрированном виде... да избавь, боги!). И через несколько минут Пало готов был поклясться, что драконы это понимают. Понимают, что их не убьют, поэтому кружат над толпой, понимают, что вельхо вынуждены сдерживаться...

И сами не бьют всерьез. Только идиот не понял бы, что с такого расстояния не промажет даже слепой дракон. По флюгеру-то долбают с меткостью прямо-таки сверхъестественной...

Тогда чего они хотят?

– Ты гляди, гляди...

– Сейчас снов блескучку запустят!

– Не-не, счас банты огненные будут. Во... Во, видишь!

– А драконов когда развеют?

– Да погодь ты, только началось ведь. Ох, молодцы вельхо, такое представление затеять.

– Вельхо! Вель-хо! Вель-хо!!!

Восторженный рев, кажется, может разбудить и мертвого. И седовласая дама, лежащая в плетеном кресле, легонько морщится, чуть громче вздыхает... а потом открывает глаза - огромные, светлые, точно налитые сном. Но взгляд быстро делается острым, прицельным - женщина приподнимается на локте, кого-то ища.

Долго искать не пришлось - худенькая фигурка, сидящая рядом, крепко вцепляется в ее ладонь.

<