Алек
Шрифт:
Чертова шлюха.
— Вы превысили скорость почти на четырнадцать километров.
Шестнадцать.
— Ох, мне очень жаль, сэр. Я даже не догадывалась.
Я посмотрела в свое окно, когда другой полицейский прошел мимо и проверил налоговые и страховые карточки на лобовом стекле. Он вернулся к моему окну, затем замедлился и посмотрел на мои ноги.
Я взглянула на него и улыбнулась.
Он улыбнулся в ответ
Черт возьми, я тоже шлюха.
— На первый раз я отпущу вас с предупреждением.
— О, благодарю вас, сэр.
— Приятного вечера, дамы.
Полицейские вернулись к своей машине, и Эйдин тронулась с места, придерживаясь скоростного ограничения.
— Я чувствую себя грязной! — сорвалась я.
Эйдин расхохоталась. — Не могу поверить, что это сработало!
Я покачала головой, скрестив руки на груди, и молчала, пока мы не добрались до дома Слэйтеров. Затем выскочили из машины и бегом направились к входной двери.
Прямо перед нами она распахнулась.
— Как раз, бл*дь, вовремя! — проревел Нико. — Я умираю от голода!
Я закатила глаза, когда мы прошли мимо него и двинулись по коридору.
— Я тут не при чем, виновата Кила.
Я ахнула, когда вошла на кухню.
— Я виновата? Это уже слишком. Кого остановили из-за превышения скорости? Ох точно, это же тебя, сучка!
Эйдин закатила глаза.
— Мы выбрались из этой ситуации меньше чем за пять минут.
Я уставилась на нее.
— Да, но рискуя потерять самоуважение!
— Каким образом вы могли потерять свое самоуважение? — спросил Райдер.
Я щелкнула пальцами.
— Я расскажу тебе как! Эйдин использовала наши тела, чтобы избежать штрафа за превышение скорости.
— Вы этого не сделали! — произнесла Брона, разразившись смехом.
Это было не смешно!
— Это было не так ужасно, как она это выставляет...
— Мое платье было задрано так высоко, что можно было увидеть мои трусики, и твои сиськи были выставлены на всеобщее обозрение.
— Есть ли вероятность, что кто-то сфотографировал…
— Черт возьми, Доминик, заткнись, — огрызнулась Брона на ухмыляющегося Нико.
— Все было не так уж плохо... кроме того, меня отпустили с предупреждением, это был успех.
Я закатила глаза, а затем почувствовала, как кто-то обнимает меня сзади.
— Привет, — прошептал мне на ухо Алек.
— Хэй, — улыбнулась я.
— Как там щенок?
Я засияла. — Замечательно. Доктор сказал, что мы сможем забрать его домой через три-четыре дня.
— Говорю тебе, эта собака притворяется, — заметила моя лучшая подруга.
— В него стреляли, Эйдин, дай ему отдохнуть, — ответил Кейн.
Я подошла к нему и дала ему пять.
— Спасибо тебе.
Эйдин
— Не вмешивайся в это, Герминатор.
Я улыбнулась, когда он зарычал от раздражения.
Последние две недели он болел, поэтому Эйдин называла его «Герминатор», он это ненавидел.
— Оставь его в покое, — нахмурилась Бранна и обняла Кейна.
Он ухмыльнулся и крепко обнял ее в ответ.
— Да, оставьте меня в покое.
Райдер посмотрел на него и покачал головой.
— Теперь, когда все в сборе, можно рассаживаться за столом, — произнесла Бранна.
— Хвала Иисусу! — выкрикнул Нико.
— Может, прекратишь? Ты каждые пять минут что-то ешь, ты не голоден.
Нико застонал.
— Перестань следить за тем, что и как часто я ем, это сводит меня с ума, женщина.
— Как чокнутого Марко? — спросила я.
— Не настолько, — ухмыльнулся Нико.
— Кила, — позвал меня Алек.
Я посмотрела на него и подошла ближе.
— Что?
— Привет, — улыбнулся он.
Я усмехнулась. — Хэй.
— У меня для тебя кое-что есть.
— Да?
Алек кивнул, потянулся к своему карману джинсов и достал маленькую черную коробочку.
— О Боже мой!
Он опустился на одно колено.
— О Боже мой!
Открыл коробочку, внутри лежало красивое бриллиантовое кольцо.
— О Боже мой!
Он улыбнулся.
— Тогда я не спросил тебя должным образом, поэтому на этот раз хочу сделать все правильно.
— О Боже мой!
— Кила Дейли, я люблю тебя! Я хочу провести остаток своей жизни, доказывая, как сильно я дорожу тобой. Только тобой. Поэтому можешь забыть про свой трах-список девушек, я не делюсь. Ты выйдешь за меня замуж, котенок?
Я рассмеялась.
Выйду ли я за него замуж?
— Черт возьми, да! — ответила я.
Алек надел обручальное кольцо на мой палец, и вокруг нас зазвучали поздравления. Он поднялся на ноги, взял мое лицо в свои руки и поцеловал так, что чуть не довел до потери сознания. Когда мы оторвались друг от друга, девчонки кинулись ко мне обниматься, а братья начали пожимать Алеку руку.
— Поздравляем!
Я обняла всех девушек, потом братьев.
— Могу я теперь называть тебя сестренкой, раз уж ты будешь моей невесткой? — спросил меня Нико.
— Ты можешь называть меня как хочешь.
Нико усмехнулся и как только открыл рот, чтобы ответить, Брона влепила ему подзатыльник.
— Я не собирался ничего говорить!
Брона ухмыльнулась. — Тебе же лучше.
Он заворчал себе под нос, затем схватил Брону за задницу и притянул ее на стул рядом с собой.
Я посмеялась над ними, а потом посмотрела на свое кольцо. Оно было прекрасно.