Альфасамка
Шрифт:
— Может, прогуляемся вдоль моря? — предложил официант.
Все согласились. Постепенно наша маленькая компания разбилась на парочки. Мы с красавчиком-барменом сидели на бетонном пирсе, опустив ноги в теплое море, и молчали. Только периодически смотрели друг на друга и улыбались. Минут через десять я поняла, что так может продолжаться еще долго, и положила свою руку на его. Хорват мой намек понял, мы повернулись друг к другу и начали целоваться. У него были прекрасные мускулистые плечи и сильные руки, а целовался он выше всяких похвал. Я достала из кармана ключ от номера в отеле и показала ему, подняв
Хорват в ответ только радостно закивал…
Ночь мы провели чудесную. Страстную и молчаливую. Тут Наташка оказалась права: язык любви или скорее язык тела интернационален. В постели слова, в принципе, не особо нужны.
В девять утра я разбудила своего красавчика и показала ему на часы. Он все понял, быстренько оделся, поцеловал меня на прощание и, улыбаясь, растворился в коридоре отеля. Я же не спеша приняла душ, смакуя воспоминания о ночных удовольствиях, оделась и пошла на завтрак. Аппетит был зверский.
На завтраке ко мне присоединилась Наташка. Выглядела она хмуро.
— Доброе утро, солнышко! — приветствовала я ее. — Что случилось? Почему на лице такая вселенская тоска?
Она села за столик, молча налила себе кофе, сделала глоток и мрачно сказала:
— Знаешь, а ты была права.
— Объясни, — не поняла я.
— Этот официант мне вчера весь мозг вынес своей болтовней. Долго объяснял, что на самом деле он учится в университете на медицинском. И что официантом он подрабатывает на курортах только летом. И что у него такая офигительная машина в Загребе. И что каждую зиму он ездит кататься на лыжах в Австрию… Задолбал!
— И…
— Что и? Полтора часа гуляли! И все это время он мне рассказывал, какой он классный. Когда начало светать, я не выдержала и свалила спать.
— А он что?
— Обиделся, похоже. Не понял, почему я после таких рассказов не изнасиловала его в ближайших кустах… Тьфу, не выспалась еще из-за этого придурка!
Она посмотрела на меня и не могла не заметить моего сияющего лица.
— Скажешь хоть слово — убью, — остановила она мою попытку поведать ей о прошедшей ночи.
После завтрака мы с Наташкой запланированно поехали в Ровинь. Там провели весь день и вернулись в отель уже поздно ночью. А на следующий день улетели в Москву. Своего красавчика-бармена я больше ни разу не видела, да и не хотела. Зачем портить такие прекрасные впечатления?!
— Как провела отпуск? — спросила меня мой психоаналитик по приезде. Мы лениво завтракали летним субботним утром в американском ресторанчике на Садовом кольце. — Загар у тебя отменный. И выглядишь чудесно. Как сексуальные приключения? Опробовала местное население?
Я кивнула.
— Сняла мужчину на одну ночь.
— Ого! Хорвата?
— Да, — я показала его фотографии на своем телефоне — сфотографировала в отеле, когда он в одном полотенце выходил из душа.
— Красавчик. Как зовут?
— Не знаю. В смысле, не помню. Какое-то сложное хорватское имя. Я не запомнила.
— Ну ты даешь! Кто такой?
— Не знаю. Он говорил только по-немецки и по-хорватски.
— Ничего себе, — воскликнула мой психоаналитик, — и как же вы объяснялись?
— Чуть-чуть по-немецки, а в основном жестами. — Ты знаешь немецкий? — удивилась она.
— Я же говорю — чуть-чуть, учила по видеопособиям:
Мы захихикали. Мужчина за соседним столиком с интересом на нас обернулся. Мы захихикали еще громче.
— Кстати, у нас перед этим вышел интересный спор с Наташкой. Стоит ли общаться с мужчиной, если собираешься с ним только разок переспать.
И я пересказала моему психоаналитику наш диалог с подружкой.
— А что ты думаешь? — спросила я ее.
— Дорогая, несколько раз в моей жизни получалось так, что я знакомилась с мужчиной, который мне физически нравился, и я готова была с ним переспать. Но стоило нам пообщаться, сексуальный интерес к нему пропадал.
— Такая же фигня! — вставила я.
Так что, мужчины, мой вам совет: когда женщина уже согласна — лучше молчать и получать удовольствие, а не лезть со своими рассуждениями и не портить девушке весь настрой.
Глава 15. Омикрон
— О, смотри-ка, в Питере через месяц опять эта модная вечеринка будет, — воскликнула мой психоаналитик летним воскресным утром года три назад. Мы ехали завтракать. Я была за рулем, а она изучала содержание мелькавших за окном рекламных щитов и увидела объявление об очень популярной вечеринке, которую каждый год устраивали в Питере во время «белых ночей». — Ты когда-нибудь ездила на нее? — спросила она.
— Ты разве не знаешь сумасшедшую историю, которая приключилась у меня именно там пару лет назад?! — удивилась я.
— Не помню, — сказала мой психоаналитик со свойственной ей прямотой, — может, ты мне и говорила, но я забыла. Напомни…
И я рассказала ей о том, что случилось со мной в Питере несколько лет назад.
— Дорогая, это совершенно невероятно! — воскликнула она, когда я закончила. — Неужели так бывает? Эта история достойна того, чтобы быть включенной в твою книгу!
— Но как ее преподнести? — спросила я. — Это не сценарий отношений между мужчиной и женщиной и не какая-то системная закономерность…
— Почему же? — возразила мой психоаналитик. — Это как раз закономерность! Как все тайное рано или поздно становится явным…
— Ну что ж, — согласилась я, — пожалуй, это действительно стоящая тема…
Знаете ли вы, что о 80 % измен становится известно тем, кому изменяют? Не верите? Поверьте! Рано или поздно, но тайное становится явным. Я этому сама долго не верила, пока однажды не напилась в компании одного своего бывшего любовника, с которым мы остались хорошими друзьями, и мы не рассказали друг другу обо всех изменах за время нашего романа. Скандал был нешуточный, хотя никаких чувств друг к другу мы уже давно не питали. Проснувшись утром с тяжелой головой и неприятными воспоминаниями об ужасно проведенном вечере, я задумалась над произошедшим. Я очень тщательно скрывала свои измены и думала, что этот мужчина никогда не узнает о моих похождениях. Но он узнал (так же как и я о его, что было для меня большой неожиданностью), и не просто узнал — я сама ему рассказала! Удивительно, но факт есть факт.