Алхимик

Скотт Майкл

Глава 20

Даже для Бель-Эйр — фешенебельного района Лос-Анджелеса, знаменитого своими экстравагантными особняками, — это было уже чересчур. Огромный, как будто расползшийся по земле, полностью выстроенный из белого мрамора дом, добраться до которого можно было только по частной дороге, занимал шестьдесят акров площади и был окружен четырехметровой стеной с колючей проволокой, подключенной к электричеству. Доктору Джону Ди пришлось подождать десять минут у закрытых ворот, пока вооруженная охрана не проверила его документы и каждый сантиметр машины (они даже осмотрели с помощью мини-камеры ее днище). Хорошо, что Ди взял

лимузин напрокат, с обычным водителем. А то эти секьюрити бог знает что подумали бы, если бы увидели глиняного голема.

Ди прилетел из Сан-Франциско далеко за полдень на личном самолете. Лимузин, который ему заказали от имени фирмы, подобрал его у Бербанка, где находился аэропорт Боба Хоупа, и повез по бульвару Сансет, влившись в едва ли не самый безумный транспортный поток, какой встречался Ди со времен викторианского Лондона.

Впервые за долгую жизнь Ди показалось, что события выходят из-под контроля. Все происходило слишком быстро, а опыт подсказывал ему, что вот так и случаются неприятности. Его подгоняли люди — конечно, не совсем люди, скорее существа, — которым неймется увидеть результаты. Сегодня они заставили его пойти против Фламеля, хотя он и говорил, что ему нужно еще несколько дней на подготовку. И между прочим, оказался прав. Еще двадцать четыре часа слежки, и он бы схватил и Николаса, и Перенель, и Кодекс, целым и невредимым. Ди предупреждал своих боссов, что Николя Фламель очень хитер, но они и слушать не хотели. А Ди знает Фламеля куда лучше остальных. Много раз за эти века он подбирался к нему очень близко и был на волосок от победы, но каждый раз Фламель и Перенель успевали унести ноги.

Сидя в прохладном салоне машины, в то время как охранники обшаривали ее со всех сторон, Ди вспоминал свое знакомство со знаменитым алхимиком Николя Фламелем.

Доктор Джон Ди появился на свет в 1527 году. То была эпоха королевы Елизаветы I, и он служил королеве в разных качествах: был и советником, и переводчиком, и математиком, и астрономом, а также личным астрологом. Именно ему доверили выбирать дату коронации, и он выбрал полночь 15 января 1559 года, пообещав молодой принцессе долгие годы на троне. В результате она правила сорок пять лет.

А еще доктор Джон Ди выполнял роль придворного шпиона.

Он шпионил для английской королевы по всей Европе и был самым влиятельным и могущественным тайным агентом, который орудовал на континенте. Известного ученого, чародея и алхимика радушно принимали при дворах королей и в замках вельмож. Он говорил, что знает только английский, латынь и греческий, хотя на самом деле владел еще десятком языков и понимал еще столько же, в том числе арабский и немного китайский. Он быстро понял, что люди о многом могут проболтаться, когда думают, будто ты их не понимаешь, так что пользовался этим на полную катушку. Ди подписывал конфиденциальные и зашифрованные доносы цифрами 007. Вот такая ирония судьбы: Йен Флеминг, создавший пятьсот лет спустя своего Джеймса Бонда, дал ему то же кодовое имя.

Джон Ди входил в число самых могущественных магов своего времени. Он овладел черной магией и колдовством, астрологией и математикой, ворожбой и гаданием при помощи магического кристалла. Путешествуя по Европе, он общался со всеми великими волшебниками и колдунами той эпохи, включая и легендарного Николя Фламеля, больше известного как Алхимик.

Ди совершенно случайно узнал, что Николя Фламель, который, по слухам, умер еще в 1418 году, на самом деле жив. И эта встреча повлияла на всю его оставшуюся

жизнь, а в определенной степени и на всю дальнейшую историю человечества.

Николя и Перенель вернулись в Париж в начале шестнадцатого века и занялись целительством, помогая бедным и больным в лечебницах, которые Фламели основали более века назад. Они жили и работали буквально в тени великого собора Парижской Богоматери. Ди был тогда в Париже на секретном задании от королевы. Стоило ему увидеть статного темноволосого мужчину и его зеленоглазую жену, которые вместе трудились в больничных палатах с высокими потолками, как он сразу понял, кто они такие. Ди был одним из немногочисленных обладателей экземпляра научного труда Фламеля «Краткий свод философии», в котором на левой странице титульного листа была гравюра с изображением портрета знаменитого алхимика. Когда Ди представился доктору и его жене, назвав их настоящими именами, они даже ничего не стали отрицать. Разумеется, до них доходили слухи об известном докторе Джоне Ди. И хотя Перенель отнеслась к нему с осторожной подозрительностью, Николя пришел в восторг от возможности взять английского волшебника к себе в ученики. Ди немедленно покинул Англию и следующие четыре года провел в Париже под опекой Николя и Перенель.

И именно в Париже, в 1575 году, он впервые узнал о существовании Древней расы.

Поздней ночью он штудировал книги на своем тесном чердаке в доме Фламеля, когда по трубе спустилось настоящее чудовище из кошмара. Разбросав уголь и дрова, оно выползло на видавший виды коврик. Это оказалась горгулья из древнего племени вурдалаков, которые населяли канализацию и кладбища большинства европейских городов. Она была похожа на грубые каменные статуи, украшавшие собор напротив дома, но это было живое существо из похожей на мрамор плоти, с обжигающе черными глазами. На древнегреческом языке горгулья пригласила его встретиться на крыше собора Парижской Богоматери.

Быстро сообразив, что от подобного приглашения отказываться не рекомендуется, Ди отправился за чудовищем в ночь. Передвигаясь вприпрыжку на двух, а чаще на четырех ногах, горгулья повела его через сужающийся переулок, затем вниз по сточным каналам в тайный лаз, который привел их в самые недра великого собора. Ди проследовал за горгульей по лестнице из тысячи и одной ступеньки, высеченных внутри стены, и в конечном итоге они оказались на крыше готического собора.

— Подожди, — приказала горгулья и больше не проронила ни слова.

Ее миссия завершилась, поэтому горгулья перестала обращать на Ди внимание, уселась на парапет, сгорбилась, сложив за плечами крылья, и прижала хвост к спине, демонстрируя маленькие рожки на лбу. Она выглянула на площадь, которая раскинулась далеко внизу, и стала наблюдать за передвижением запоздалых прохожих и тех, кому вообще некуда было пойти. Вообще-то она высматривала себе подходящее кушанье. Даже если бы кто-то и додумался поднять глаза, горгулью было бы не отличить от бесчисленных каменных рельефов, вырезанных на стенах здания.

Ди подошел к самому краю крыши и взглянул на город. Перед ним как на ладони лежал ночной Париж, мигая тысячами огоньков печей, лампад и свечей, выпуская в застывший воздух струйки дыма. Неисчислимая россыпь огней была расколота черным изгибом Сены. С такой высоты Ди слышал гудение всего огромного города, монотонный гул, как в пчелином улье, устроившемся на ночь. А еще он чувствовал кислый запах, повисший над городом, — то смешались вонь из канализации и запахи гнилых фруктов и тухлого мяса, пота и вонючей реки.