Алхимик
Шрифт:
— Нас обучат волшебству? — спросила Софи.
По идее, она должна была испытывать восторг от такой перспективы, но у нее из головы не шли слова Скетти: если Геката пробудит в них силу, они окажутся в о-о-очень большой опасности.
— Волшебству, черной магии, колдовству и чародейству, — улыбнулся Фламель, оглянулся через плечо и вновь повернулся к близнецам: — А теперь идите и делайте все, как она скажет. Знаю, вам страшно, но постарайтесь не бояться. Поверьте, нет ничего постыдного в страхе. — Он криво улыбнулся одними губами. — Когда вы выйдете из этой комнаты, то
— Я не хочу становиться другой, — прошептала Софи.
Ей так хотелось, чтобы все вернулось на круги своя и стало таким, каким было пару часов назад, — скучным и однообразным. Она бы все сейчас отдала, лишь бы вернуться в привычный заурядный мир.
Фламель отступил от дверей и жестом пригласил близнецов войти внутрь.
— С того момента, как вы увидели Ди, все начало меняться. А стоит изменениям начаться, их уже не остановить.
В комнате, стены которой были образованы переплетенными корявыми корнями, оказалось очень темно. Софи сжала руку брата, чтобы чувствовать его присутствие. Джош ответил ей тем же.
Близнецы продвигались все дальше в глубь пустоты, которая, по всей видимости, была больше, чем казалось на первый взгляд. Их глаза постепенно привыкли к темноте, и комната наполнилась зеленоватым свечением. Корявые сучья облепил густой пушистый мох, излучающий бледный желтовато-зеленый свет. Создавалось впечатление, что все это находится под водой. Воздух стал тяжелым от влажности, и на волосах и коже, точно бусинки пота, скопились капельки воды. Холодно не было, но Джош и Софи дрожали.
— Вы должны быть польщены такой честью, — раздался прямо у них над головами голос Гекаты. — Я уже много поколений не пробуждала силу в людях.
— Кто… — хрипло начал Джош, прокашлялся и начал заново: — Кто был последним?
Мальчик упрямо вознамерился не показывать страха.
— Это происходило довольно давно, в двенадцатом веке по человеческому календарю. Это был человек из Шотландии. Не помню его имени.
Софи и Джош интуитивно поняли, что Геката лжет.
— Что с ним случилось? — спросила Софи.
— Он погиб. — Раздался странный пронзительный хохот. — Его убило градиной.
— И, наверное, не одной, — прошептал Джош.
— Верно! — прошептала Геката.
В этот момент близнецы поняли, что она как-то связана с таинственной смертью того человека. Богиня внезапно показалась Джошу мстительным ребенком.
— И что теперь? — спросил он. — Нам встать, или сесть, или лечь?
— Ничего не надо! — огрызнулась Геката, — Это вам не шутки шутить! На протяжении тысяч поколений вы, люди, намеренно отгораживались от того, что со смехом называете магией. Но на самом деле магия — это всего лишь использование полного набора чувств. Человечество отгородилось от своих чувств. Сейчас люди видят лишь малую долю зрительного спектра, слышат лишь самые громкие звуки, почти не чувствуют запахов и различают только самое обычное — сладкое и кислое.
Близнецы ощутили, как Геката кружит над ними. Они не слышали ее движений, но ее выдавал звук голоса. Она заговорила за их спиной, и оба подпрыгнули от
— Когда-то давно человечеству нужны были все чувства просто для того, чтобы выжить.
Наступила долгая пауза, и когда Геката заговорила вновь, она оказалась так близко, что от ее дыхания у Софи зашевелились волосы.
— А потом мир изменился. Дану-Талис ушла под воду, миновала эра ящеров, прошел ледниковый период, и люди набрались… опыта. — Это слово в ее устах превратилось в ругательство. — Человечество охватили лень и высокомерие. Люди решили, что им больше не нужны эти чувства, и постепенно их потеряли.
— То есть мы потеряли магическую силу из-за лени? — переспросил Джош.
Софи с трудом подавила стон: когда-нибудь ее брат сведет их обоих в могилу.
Но ответ Гекаты прозвучал на удивление спокойно и почти мягко:
— То, что вы называете магией, — это не что иное, как полет воображения, подпитанный чувствами и облеченный в форму силой ауры. Чем могущественнее у вас аура, тем сильнее магия. Вы оба храните в себе редкий дар. Алхимик был прав: из вас можно сделать величайших волшебников, каких только видел мир. Но есть одна загвоздка…
В комнате немного посветлело, и ребята увидели силуэт Гекаты в центре комнаты. Она стояла под спутанным клубком корней, ужасно похожих на цепкие руки, свисающие с потолка.
— Люди научились жить без своих чувств. Ваш мозг пропускает через себя столько информации, что вы живете как будто в тумане. Я могу пробудить дремлющие в вас силы, но настоящая опасность состоит в том, что может произойти перегрузка ваших чувств. — Она замолчала, а потом спросила: — Вы готовы рискнуть?
— Я — да, — тут же ответила Софи, пока ее брат не начал возражать.
Она боялась, что, если он опять выкинет какую-либо глупость, богиня во что-нибудь его превратит. Во что-нибудь гадкое и… мертвое.
Богиня вопросительно посмотрела на Джоша.
Он повернулся, ища глазами сестру. Зеленоватый свет придавал ее лицу болезненный оттенок. Пробуждение будет опасным и даже губительным, но он не может позволить Софи пройти через это одной.
— Я готов, — с вызовом ответил он.
— Тогда приступим.
Глава 25
Ди подождал пока последние птицы и кошки не исчезли в темном царстве Гекаты, и только потом вышел из машины и зашагал к тайному отверстию. Сенухет, прислужник Бастет, уже давно ушел, прямо-таки убежал за своей госпожой в царство теней, но Ди не проявил такого же энтузиазма. Первым бежать в бой — себе дороже. У солдат в тылу всегда больше шансов выжить. Он подозревал, что стражники Гекаты скопились сразу за невидимыми стенами, и ему не очень-то хотелось первым лезть в драку. Он не считал это трусостью, скорее, осторожностью — именно она помогала ему выжить уже не первое столетие. Но не может же он тут вечно прохлаждаться: его владычицы ждут своего слугу на поле брани. Коротышка плотно укутался в кожаный плащ стоимостью две тысячи долларов и в следующее мгновение шагнул в отверстие, оставляя позади морозный утренний воздух. Он шагнул и оказался…