Алхимик
Шрифт:
— Он говорил, что это наш единственный шанс, — возразила Софи.
— Вчера он сказал, что увез нас из магазина, чтобы спасти. А теперь оказывается, что нас надо чему-то обучать, чтобы мы смогли защититься от Ди и этих темных старейшин. Чует мое сердце, Софи: Николя Фламель задумал свою игру.
Взгляд Софи заскользил в сторону и остановился на алхимике. Она была знакома с этим человеком уже пару месяцев и как-то даже написала в своем блоге, что он «классный». Теперь она поняла, что совсем его не знает. Человек под именем Ник Флеминг оказался вымышленным. Враньем. Фламель пристально смотрел на нее,
— Нам обоим необязательно проходить ритуал Пробуждения, — сказал Джош. — Давай я сделаю это один…
Софи посмотрела ему в глаза.
— И как, по-твоему, я буду себя чувствовать, если с тобой что-то случится?
На этот раз Джош не знал, что ответить. Сама мысль о том, что с его сестрой может произойти нечто ужасное, пришла ему в голову совсем недавно. Но одна эта мысль приводила его в ужас.
Софи взяла брата за руки.
— С самого рождения мы все делали вместе, — произнесла она тихим и серьезным голосом. — А если учесть, что мама с папой все время где-то пропадают, мы и правда всегда только вдвоем. Ты постоянно заботился обо мне, а я о тебе. И я не позволю, чтобы ты прошел этот… ритуал один. Мы сделаем это вместе, как и все остальное.
Джош пристально вгляделся в лицо сестры.
— Ты уверена? — спросил он, начиная видеть в Софи нового человека.
— Я еще ни в чем не была так уверена.
Они оба понимали скрытый смысл этих слов: никто из них не хотел оставаться один, если что-нибудь случится во время Пробуждения.
В конце концов Джош кивнул, взял сестру за руку, и они вместе повернулись к алхимику, Гекате и Скетти.
— Мы готовы.
— Морриган уже здесь, — сообщила Скетти, когда они следом за Николя и Гекатой прошли через массивные двери в самые недра дерева.
Скетти переоделась в свои черные армейские штаны, черную водолазку без рукавов и армейские ботинки на толстой подошве. За спиной у нее были пристегнуты два коротких меча, и рукоятки слегка торчали из-за плеч. А еще она для устрашения раскрасила глаза и скулы черной краской, отчего ее лицо стало напоминать череп.
— Она привела с собой Бастет. Они уже мчатся в царство теней.
— Но ведь Геката сумеет их задержать? — спросила Софи.
Они могли лишь догадываться о силе богинь, но мысль о том, что есть кто-то могущественнее Гекаты, пугала девочку.
Скетти пожала плечами.
— Откуда мне знать? Они хорошо подготовились и привели с собой войска.
— Войска? — переспросил Джош. — Какие еще войска? Опять глиняных людей?
— Нет, теперь это будут не големы. Они привели птичий воздушный флот и кошачью пехоту.
У Софи вырвался нервный смешок.
— Птицы и кошки… Но что они могут?
Скетти покосилась на девочку. Ее белые глаза на фоне боевой раскраски производили потрясающий эффект.
— Вы помните, что птицы сделали с машиной?
Софи кивнула, и у нее вдруг скрутило живот. Воспоминания о том, как грязные черные вороны барабанят в стекло и пробивают клювом дырки в металлической крыше, будут преследовать ее до конца жизни.
— Тогда представьте, что могут натворить десятки тысяч таких вот птиц!
— Десятки тысяч… — прошептала Софи.
— Скорее, сотни тысяч, —
— А кошки? — спросил Джош.
— Натары вообще сбились со счета.
Джош посмотрел на сестру, и только сейчас до него начало доходить, какая ужасная опасность им грозит. Они могут погибнуть в этом удивительном царстве теней, и никто никогда не узнает, что с ними случилось. К глазам подступили слезы, и Джош быстро заморгал, прогоняя их. Бедные родители! Они всю жизнь будут искать ответ на вопрос, куда делись их дети.
Коридор, по которому они шли, свернул в сторону и стал еще уже, хотя, казалось бы, уже некуда. Потолок стал до того низким, что ребятам пришлось нагнуться. Ни ступенек, ни лестницы — коридор просто спускался вниз длинной плавной спиралью. Близнецы поняли, что их ведут глубоко под землю. Стены становились темнее, на гладком дереве теперь кое-где попадались сучки и корешки, которые цеплялись за волосы, точно хваткие пальчики. Воздух стал влажным и сырым, запахло сырой землей, прелыми листьями и свежей порослью.
— Дом и правда живой! — удивленно произнесла Софи, когда они свернули в очередной извилистый коридор, стены которого оказались выложенными из кривых и сучковатых корней могучего дерева, росшего над ними. — Несмотря на то, что мы ходим внутри, несмотря на то, что в доме есть комнаты, окна и бассейны, дерево до сих пор живет!
Эта мысль привела ее в благоговейный трепет.
— Это дерево выросло из семени Иггдрасиля, Мирового древа, — тихо пояснила Скетти.
Она потерла ладонью торчащие корни, поднесла ладонь к лицу и глубоко вдохнула аромат.
— Тысячелетия назад, когда Дану-Талис ушла под воду, старейшины смогли спасти несколько видов растений и животных и посадили их на других землях. Но только двоим, Гекате и Одину, [28] удалось взрастить семена Иггдрасиля. Один, как и Геката, обладал не только магической силой.
Джош нахмурился, припоминая то, что он слышал об Одине. Кажется, это одноглазый скандинавский бог? Не успел он задать вопрос, как Геката исчезла в проходе, обрамленном переплетением кривых корней. Николя Фламель дождался близнецов и Скетти. Его светлые глаза заволокла темная пелена, между бровями обозначилась вертикальная складка. Тщательно подбирая слова, он произнес с явственным французским акцентом:
28
Один — верховный бог в скандинавской мифологии.
— Если бы только мы могли обойтись без этого! Но поверьте мне, у нас нет другого выхода.
Он положил руки на правое плечо Софи и левое плечо Джоша. Их ауры, серебристая и золотая, на мгновение вспыхнули, и в душном воздухе послышался запах ванильного мороженого и апельсинов.
— Боюсь, что, оказав помощь нам с Перенель, вы тем самым навлекли на себя смертельную опасность. И когда… то есть если Геката сможет пробудить ваш магический потенциал, я обучу вас некоторым защитным заклинаниям, а потом отведу к другим знатокам древней магии. Надеюсь, они смогут завершить ваше обучение и посвятят вас в тайны пяти древнейших форм магии.