Алтарь Василиска
Шрифт:
– Обороняйтесь. Эта нечисть не должна попасть внутрь. – Пантур встал и вышел вместе с охранником в коридор. – Я подниму мужчин на помощь, а ты обойди остальные общины и сообщи о нападении. Пусть подготовятся к обороне города.
Отправив к месту сражения мужчин Первой общины, Пантур постучал в комнату служанки владычицы, дождался, пока та разбудит великую, а затем, после разговора с Хэтоб, пошел в Седьмую общину узнать, как развиваются события.
В туннеле было тесно от монтарвов, собравшихся на подмогу охранникам, но спокойно. Защитники
– Что здесь произошло? – спросил Пантур, подойдя. – Где уттаки?
– Мы отбили их, – ответил один из защитников. – Они забрали убитых и отступили. Но мы не уходим на случай, если они опять полезут.
– А у нас есть убитые?
– Убитых, к счастью, нет. Уттаки не мастера биться в туннелях, да и удар у них слабее. Мы уложили не меньше двух десятков дикарей, а с нашей стороны – лишь несколько раненых.
– Есть опасность, что они прорвутся внутрь?
– Вряд ли, если их там не слишком много. Лицом к лицу с каждой стороны в туннеле могут встретиться трое-четверо, не больше. Если здесь поставить десятка два охранников, это будет уже не битва, а мастерская по уничтожению уттаков.
– Хорошо. – У Пантура отлегло от сердца. – Но Здесь, я смотрю, собралось полсотни наших, и никто не уходит.
– Бой был легким, но все встревожены, – объяснил охранник. – Неизвестно, что будет дальше.
Пантур прошел вперед по туннелю, изгибавшемуся в конце для защиты от света, как и все наружные выходы Лура. Вдруг сидевшие впереди монтарвы вскочили и с кирками в руках выстроились поперек туннеля. Выглянув из-за спин защитников, Пантур увидел появившихся на повороте уттаков, а с ними – сухого, остролицего человека, освещавшего путь ослепительно белым шариком, похожим на тот, который показывал Шемма. Немного не дойдя до ощетинившихся кирками монтарвов, он остановился и заговорил на непонятном здесь языке людей сверху.
Догадавшись, что нападающие хотят вступить в переговоры, Пантур раздвинул охранников, вышел вперед и спросил:
– Кто вы такие и что вам нужно?
На лице человека мелькнуло удовлетворение.
– Вы говорите по-уттакски. Хорошо, – перешел он на исковерканный монтарвский язык. – Мне не нужно вашего, мне нужно мое, а оно здесь.
– Вы не ответили, кто вы такой.
– Я – Каморра, если это имя вам что-то говорит, – с усмешкой представился остролицый.
– Говорит, – подтвердил Пантур. – У нас нет ничего вашего.
– Если вы обо мне слышали, то, конечно, знаете, что я всегда добиваюсь своего.
– Здесь нет ничего вашего, – повторил ученый. – Я о вас слышал и знаю, что вы добиваетесь, но не своего, а чужого.
– Свое, чужое – пустые слова, – огрызнулся Каморра. – У вас прячется человек с драгоценностью, которая принадлежит мне.
– А если я скажу, что здесь никого нет? – взглянул на него Пантур.
– Я этому не поверю. Я маг и чувствую Красный камень на расстоянии.
– Этот человек может прятаться в неизвестном нам месте.
– Впустите меня внутрь, – потребовал маг. – Дайте мне проводника, и я сам отыщу его.
– В наш город нельзя войти без разрешения владычицы, – сказал ему Пантур. – Я могу передать ей вашу просьбу, но сейчас у нас время сна, великая не станет со мной разговаривать.
– Я не прошу! – Лицо мага перекосилось. – Я требую, чтобы мне выдали Красный камень, или я превращу ваши поганые норы в кучу обломков!
– Если вы разорите наш город, мы разобьем вашу игрушку. Мы не маги, мы ее не пожалеем.
Пантур сам удивился действию своих слов, потому что маг смешался и продолжил разговор уже без прежней напористости.
– Я могу выкупить камень, – предложил он. – Деньгами, вещами… чем угодно. Пусть твоя правительница назначит цену.
– Но камень не наш, – напомнил Пантур. – Он находится у нашего гостя.
– Что вам этот человек? – поморщился Каморра. – Выдайте его мне вместе с камнем, и все.
– Такие дела у нас решает владычица. Если вы придете сюда через сутки, я скажу вам, соблаговолила ли она дать ответ, и какой.
– Сутки? Ладно. Но ты объясни ей получше, что мне нужен ответ не какой-нибудь. Если она не понимает, с кем договаривается, пусть расспросит хорошенько того, кто с вами. Завтра в это же время я приду за ответом.
Каморра резко повернулся и пошел к выходу, уттаки последовали за своим вождем.
– Усильте охрану, – обратился Пантур к защитникам. – Я доложу великой о его притязаниях.
Он отправился к владычице, не дожидаясь начала монтарвского дня.
Хэтоб не спала, она заметно обрадовалась приходу ученого.
– Люди сверху втянули нас в неприятности, – сказала она, выслушав его рассказ.
– Они не виноваты, великая. Они хотели помочь нам.
– Я понимаю, поэтому не выдам их Каморре. Но они должны немедленно уйти из Лура.
– А Желтый камень?
Хэтоб ответила не сразу. Чувствовалось, что она принуждает себя принять нежелательное, но необходимое решение.
– Они правы, для нас опасно владеть им, – со вздохом признала она.
– Если этот человек видит сквозь землю Красный камень, он может увидеть и Желтый. Пусть тогда лучше камень достанется нашим друзьям, а не врагам.
Она ушла в соседнюю комнату и вскоре вернулась, держа в руках корону с сияющим в ней Желтым камнем.
– Возьми.
Пантур разогнул пальцами удерживающие камень зажимы и спрятал его в карман балахона. Вернув корону владычице, он пошел будить гостей. Когда они проснулись, ученый собрал всех пятерых у себя в комнате.
– Я разбудил вас потому, что в Лур рвется Каморра с уттаками, – сказал он, не тратя времени на вступление. – Он требует выдать ему Красный камень, а заодно и вас. Владычица была так великодушна, что отказалась выполнить его требование, но вы должны немедленно покинуть город.