Амиль. Сделай меня... своей
Шрифт:
— Блядь! — рычит, резко отстраняясь. И толкается так грубо и глубоко, что становится очень больно. Затылок до боли сжимает. — Какого хрена? Ты этим ртом тысячу раз чужой хер сосала, а сейчас что творишь?
От этих слов становится обидно. Я ничей хер в рот не беру, мужу даже целовать себя не позволяю! Что он несет?!
Я решаю не отвечать ему. Утыкаюсь носом в его шею, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы. Еще пару толчков, и его член пульсирует внутри меня. Мужчина резко
Отстраняясь, одевается, я же, как статуя, сижу на месте, не в силах оторвать глаз от мужчины.
Я ведь не шлюха! Не шлюха я! Но можно ли иначе назвать замужнюю женщину, которая только что трахнулась с чужим мужиком? С мужиком, которого впервые в жизни видит? Верно! Нельзя! Он ведь прав! Шлюха!
— Думаю, этого вполне достаточно, — достав из кошелька несколько купюр, швыряет мне в лицо и широкими шагами выходит из комнаты.
— Дура! — шепчу себе под нос дрогнувшим голосом. — Идиотка!
Из глаз текут слезы. Сжав руки в кулаки, я встаю с места. Меня ведет в сторону, голова кружится. Нахожу лифчик и платье. Надеваю. Трусы не годятся, и вообще, черт знает, где они сейчас. Собираю деньги и кладу на стол. А бутылку рядом. Проклятая бутылка!
Спускаюсь, крепко сжимая перила. Вхожу в комнату, где мы переодевались, скидываю с себя этот наряд и натягиваю на тело свои штаны и рубашку. Поправляю на себе одежду, а потом волосы. Нахожу сумку и из дома буквально вылетаю. Вызываю такси.
Уже оказавшись недалеко от своего дома, облегченно вздыхаю. Нужно срочно принять душ, смыть с себя запах незнакомца. Каждая частичка моего тела, где он касался, до сих пор горит.
— Боже, — постанываю, потому что замечаю машину мужа.
Он что, приехал?
Глава 2
Застываю перед подъездом, не в силах сдвинуться и на сантиметр. Только адреналин после произошедшего ушел, как я вновь трясусь от ожидания того, что может произойти, стоит мне подняться в квартиру.
«Как же ты меня подставила, Арина», — мысленно злюсь на подругу и все-таки шагаю внутрь.
Лифт отсчитывает уровни высотки и, остановившись на пятнадцатом этаже, звонко бьет по натянутым нервам.
Выхожу из металлической коробки и иду в квартиру. Тихо открываю дверь, надеясь, что если муж и дома, то хотя бы спит. Но нет! Не повезло!
Тишину разрывает ненавистный голос:
— Ксения? Это ты?
Сковывающий страх оттого, что я слышу голос мужа, не дает продвинуться дальше прихожей. Я застываю на месте в ожидании бури.
Как же я его ненавижу, не передать
— Я… — легкие сжимает так, что я не могу дышать, когда он надвигается на меня. — Привет, ты дома?
Иногда я думаю, что он видит меня насквозь. И сейчас попытка придумать себе достойное оправдание не ускользает от него.
Глаза Толика сверкают яростью и чем-то похожим на возбуждение.
Я дала ему повод, и он этому рад.
Снимаю обувь, затем кладу сумочку на комод. Стараюсь унять дрожь в руках.
Разворачиваюсь и смотрю на него. Прислонившись к дверному проему и скрестив руки на груди, муж прожигает меня гневным взглядом.
Не знаю, что мне делать. Я хочу пойти в душ, как и планировала, но он сразу догадается. Дьявол раздери! На мне даже трусов нет!
Тем более сейчас Толя явно ждет от меня оправданий!
— Не хочешь чая? — какой глупый вопрос, но в голову больше ничего не приходит.
— Не строй из себя дуру, Ксюша. Ты можешь начать говорить или хочешь, чтобы я задавал вопросы? — повышает голос.
— Ну так задавай, — прохожу мимо него, чтобы выторговать себе немного пространства. — Откуда я знаю, что ты там хочешь услышать?
Как только муж приходит домой, первым делом он просит чай. Чуть ли не бегом иду на кухню и включаю чайник. Звук его шагов набатом стучит в ушах. Дышу часто, стараюсь взять себя в руки.
— Где ты шлялась, твою мать? — схватив за локоть, дергает на себя.
— У Арины! Где еще я могла быть?!
Выдерживаю его взгляд, полный гнева и ярости. Отхожу на шаг. Ставлю наши чашки на стол и насыпаю в них сахар. Наливаю заварку.
«Только бы не подошел вплотную», — мысленно молю Бога. Как там сказал незнакомец? «От тебя не воняет сексом?» Как раз именно им от меня воняет! Впервые! От меня пахнет тем мужчиной!
— Блядь, я тебе сколько раз говорил, чтобы ты с ней не общалась?
— Она моя подруга, и я не перестану с ней общаться! Ты и так сделал меня нелюдимой!
Лучшая защита — нападение, как говорится.
— Можно подумать, ты в своей деревне была центром внимания, — рычит он, сжимая мой локоть.
— Свободной! Я. Была. Свободной! — цежу сквозь стиснутые зубы — Этого мне было достаточно!
— Ты меня что, специально провоцируешь? — снова дергает, и я намеренно опрокидываю чайник с заваркой на себя.