Амон-Ра
Шрифт:
— Амон-Pa, как он на тебя похож, только чуть постарше тебя!
Амон-Pa ничего не ответил ей, а только улыбнулся. Улыбнулся и маленький пастух, и их улыбки таили в себе загадку.
— Как тебя зовут? — спросила Саломея.
— Геннадис! — ответил мальчик, продолжая все так же загадочно улыбаться.
Амон-Pa опять взял Саломею за руки и поднялся с нею над облаками…
Там, высоко-высоко, они увидели совершенно другие села и города. Саломея не могла описать словами эти необыкновенные, потрясающие цвета и образы, которые пленили и заворожили ее. Сердце ее наполнилось легкостью, радостью, светом…
Душа Амон-Pa оставила Саломею во сне со своими радостными переживаниями и полетела к Пещере Господа.
Амон-Pa
Амон-Pa потянулся. "Где я и сколько сейчас времени?" — подумал мальчик. Открыв глаза, он увидел прямо перед собой нарисованный на стене Образ, встал на колени и вознес Господу молитву с пожеланиями добра и счастья людям, а затем послал всю свою любовь Андрею. И в этот момент снаружи до него донесся осторожный, робкий зов:
— Амон-Pa, я пришел к тебе!.. Амон-Pa, я пришел к тебе!..
— Иорам?! — удивился Амон-Ра, не поверив своим ушам.
Он и понятия не имел о том, что его душа уже успела облететь половину Вселенной; посетила Мару и Саломею и одарила их добрыми и светлыми снами; и под конец, она помогла Иораму принять очень сложное, но такое нужное решение.
Амон-Pa быстро встал и вышел навстречу Иораму. Было раннее утро.
Глава 16
Никогда раньше по этой тропинке Иорам не ходил, да и на гору тоже никогда не поднимался. Дети обычно старались избегать этих мест. Во-первых, их пугали взрослые, говоря, что в пещерах живут черти, а в горах скрываются разные хищные животные, змеи и ящерицы. А во-вторых, зачем им нужно было ходить туда, где они не могли найти ничего хорошего и полезного для себя и своей семьи. Поэтому в Городе все были очень удивлены чудачеству Философа, узнав о том, что он поселился в этих заброшенных пещерах. Однако, когда разнесся слух, что на горе в пещерах вместе с Философом поселился семилетний мальчик, которого он учит чтению и наукам, то все разом заговорили об этом. "Что нужно маленькому мальчику в пещерах, среди змей и ящериц, в этом убежище чертей? И почему мать предала сына, позволив ему уйти?" — говорили те, кто почти не знал бедного рыбака и для кого Философ был посланником сатаны. "Большой черт воспитывает маленького черта!" — злословили они. Однако те, кто хорошо был знаком с Марой и Амоном и видели, какой у них вырос хороший сын, одобряли переселение мальчика к Андрею для обучения. "Научится чтению и наукам — человеком станет!" — говорили они.
Иорам был первым среди ребят Города, кто не побоялся пойти к пещерам. "Я не боюсь! Я иду с верой!" — упрямо повторял он, поднимаясь все выше и выше. Вокруг была непроглядная тьма, лес пугал мальчика непривычными для него звуками, а колючие кусты цеплялись за ноги, раздирая их до крови. Но он шел с верой в своем сердце! Он верил, что его сердце не ошибется, а ноги сами найдут дорогу.
Иорам уже не думал о том, что скажут его родители, когда утром они не увидят своего мальчика, спящего во дворе на ковре под деревом. И тем более, что будет, когда они узнают, что он тайком ушел к Философу и его ученику — "сатане и ученику сатаны", как сказал бы отец. Они могут возненавидеть сына, и тогда больше никогда не впустят его в свой дом. Иорам знал, чувствовал, что так все и может произойти на самом деле, но он усилием воли постарался отогнать от себя эти грустные мысли о родителях. "Пусть будет, что будет, а Амон-Ра вовсе не сатана!" — рассуждал Иорам. В этом он убедился после беседы с Амон-Pa, когда, лежа на ковре, он созерцал загадочное и такое бездонное звездное небо. Сейчас он не думал даже о том, как могло такое случиться, что Амон-Pa, только недавно стоявший
"Даже с закрытыми глазами смогу дойти! Я не испугаюсь!" — убеждал себя мальчик. Теперь его не страшил ни шум качающихся под ветром деревьев, ни крики совы. Он не испугался бы, даже если бы сейчас из кустов выпрыгнул лев, ибо был уверен, что никакой зверь не навредит ему. Ведь на идущего с добрыми намерениями человека, а тем более ребенка, не набросятся ни лев, ни волк, ни змея! И с этой верой Иорам, босой, шагал вверх по тропинке, покрытой колючими растениями и кустарником. Корни деревьев, камни, пни и ветки уже не мешали мальчику, ибо тропинка эта была особая: она беспрепятственно вела только стремящихся к знаниям.
Уже светало, когда Иорам, неожиданно для себя, оказался на маленькой каменной площадке. "Стой, — подсказало сердце, — перед тобой пещеры!" Иорам с трудом различил вход в пещеры, Оттуда не доносилось ни звука. Мальчик позвал осторожно и тихо:
— Амон-Pa, я пришел к тебе! Амон-Pa, я пришел к тебе! — Он подождал некоторое время и собирался было позвать еще раз, как тот сам вышел из пещеры.
— Иорам, как же ты сюда поднялся? Кто тебе показал дорогу? Ты один шел ночью, в темноте? — удивленно спрашивал Амон-Ра.
— Я начал свой путь после полуночи, — ответил Иорам, — ты же сказал мне, что мне поможет сердце. Вот оно и привело меня к тебе!
— Но почему ты пришел? — непонимающе спросил Амон-Ра.
— Как почему? Ты же сам позвал меня! Я хочу научиться чтению и наукам! Вот почему я здесь! А еще ты обещал, что научишь меня целительству!
Амон-Pa никак не мог вспомнить, когда же он обещал Иораму сделать из него целителя и когда он пригласил его в пещеры.
— Но ведь Андрей ушел! — сказал он таким же спокойным голосом, как это делал Андрей. — Он не вернется больше сюда!
— Но кто же тогда научит меня чтению и наукам? — забеспокоился Иорам.
— Не знаю! — Амон-Pa сел на камне. Иорам тоже присел напротив него.
С той стороны, откуда всходило солнце, из-за горы появились первые голубовато-красные лучи. Они вмиг разогнали ночную тьму и заиграли на снежных вершинах.
Иорам глубоко задумался. "Домой я не вернусь, — думал он, — к кому же мне теперь идти, кто сможет научить меня чему-либо?"
Амон-Pa тоже размышлял: "Научу-ка я сам Иорама чтению и всему тому, чему учил меня Андрей. Ведь Андрей сказал, что Иорам хороший мальчик, и ему надо дать столько знаний, сколько он будет в состоянии понять и освоить. Да, научу! Но как же я скажу ему, что могу быть его учителем? Иорам старше меня, он может обидеться".
А Иораму вдруг пришла в голову удивительно простая мысль. Он подумал: "Амон-Ра ведь умеет читать и знает разные науки! И надо только попросить, чтобы он учил меня!"
— Амон-Ра, будь моим учителем! — с мольбой в голосе произнес Иорам. — Я буду прилежным учеником и верным товарищем! Прошу тебя!
Амон-Pa ответил спокойно и просто:
— Хорошо, если ты этого очень хочешь!
— Очень, очень хочу! — обрадовался Иорам. Амон-Pa встал и вошел в пещеру. Вскоре он вышел оттуда с кувшином и двумя чашами в руках. Наполнив чаши цветочным напитком, он протянул одну из них мальчику:
— Выпей! — сказал он, и отпил из другой сам. Иорам осушил чашу до дна и с восхищением посмотрел на Амон-Ра.
— Что это было? — недоуменно спросил он.
— Понравилось?
— Очень, но что же это было? Никогда раньше мне не приходилось такого пробовать!
— Это то, что сейчас тебе было нужно, чтобы набраться сил после бессонной ночи и длинной дороги и скорей приступить к работе. Но скажи мне сначала, как ты добрался до пещеры в темноте?
Амон-Pa был очень рад и доволен тем, что Иорам ради учения преодолел такой сложный путь, ведь ходить ночью через лес в горы для неопытного мальчика было опасно.