Амплуа девственницы
Шрифт:
Тут дверь неожиданно распахнулась, и Лерка точно фурия, вылетела из туалета.
— Ну-ка еще раз и в деталях.
Пришлось повторить рассказ, попутно отвечая на многочисленные Леркины вопросы.
— Так и сказала — «я тебя ненавижу»? Хороший ход. Умница, дай поцелую. — Она смачно расцеловала меня и почесала затылок, свой, естественно.
— Чего хорошего? — не поняла я.
— От ненависти до любви один шаг. Счастье мое, отчего бы тебе с ним не подружиться? Это бы очень упростило дело.
— Та-ак, — грозно
— Ты, главное, не нервничай. Этот ящик в подворотне очень хорошее начало для романа. Миленько, и всегда есть что вспомнить. Внукам еще будешь рассказывать, как огрела дедушку за милую душу.
— Какой дедушка? — взревела я.
— Все мы когда-нибудь будем дедушками. Или бабушками, если бог даст.
— Громова я огрела бутылкой, мне об этом тоже внукам рассказывать?
— Его внуки перебьются. А при чем здесь Громов? — насторожилась она.
— Марат рассказал ему, что в «Лотосе» была я.
— Да? Ну ничего. Простит. Куда ему деваться.
Будешь с ним поласковее, залижешь раны. А Димка, значит, сказал, что Марат сам на тебя запал, оттого и цепляется? Это хорошо, мужики такие вещи чувствуют. Может, и впрямь запал, а если нет, так мы поможем.
— Ты сумасшедшая… Я уезжаю к маме.
— Надолго? — спросила Лерка.
Вопрос поставил меня в тупик. Я рухнула в кресло и собралась в очередной раз реветь, но тут хлопнула входная дверь, и появился Сашок.
— Марат явился, — осчастливила его Лерка.
— Высокий, года тридцать два, морда наглая, волосы темные, зачесаны назад? — скороговоркой произнес Сашок. Такая его речистость произвела на меня впечатление, я даже рот открыла, а Лерка кивнула:
— Точно.
— Видел в «Лотосе».
— Соображаешь, что за дела? — спросила Лерка.
Не знаю, что Сашок мог сообразить, но он кивнул. — Это хорошо для нас или плохо? — продолжила она допытываться — Нормально, — подумав, ответил Сашок.
— Выходит, Марат дружкам не очень-то доверяет. Белобрысый подчиняется ему и о своих действиях Димке с Витькой докладывать не спешит. Хитрый, гад, смекнул, кто здесь танцы заказывает.
— Подожди, — нахмурилась я, — но ведь в подворотне Марат накинулся на парней белобрысого.
Зачем?
— Скорее всего, затем, чтобы подружиться с тобой. Он тебя спасает, ты открываешь ему душу, и он возвращает денежки. Ясно, что в рядах противника единением не пахнет, и это хорошо. Для нас, я имею в виду. Что там с банком? — спросила она Сашка.
— Порядок. В два встречаемся с девкой в «Азалии». У нее обеденный перерыв.
— Отлично, — взглянув на часы, заявила Лерка. — Поезжай, а я облачение надену и следом.
Сашок удалился, подмигнув мне, а я продолжила сидеть с открытым ртом.
— Вот видишь, — оптимистично улыбнулась Лерка. — Может, уже сегодня в ячейку заглянешь.
— А как
— Да наплюй на него. — Лерка ушла в спальню, а назад вернулась уже в образе тетушки. — Поехали.
Разумеется, я поехала. В «Азалии», ничем непримечательном кафе неподалеку от банка, было немноголюдно. Сашок сидел в компании девицы, и я сразу ее узнала — это она оформляла мне документы на аренду ячейки. Девушка выглядела сильно расстроенной, Сашок скалил зубы и казался довольным жизнью.
Лерка плюхнулась на соседний стул под удивленным взглядом девицы и запела:
— Значит, так, голуба моя, если не договоримся, планы твои накроются Я не люблю делать людям пакости, но по-другому не получится. Фотки видела?
— Видела, — ответила девушка.
— Вот-вот. Завтра твой дружок их тоже увидит.
На фотках дата, так что не соврешь, что ты с Лешкой кувыркалась пять лет назад.
— Сколько вы хотите? — вздохнула девушка, глядя на меня, а не на Лерку.
— Денег нам не надо, своих куры не клюют. Тут вот какая штука… — Далее Лерка коротко и доходчиво изложила нашу проблему.
— Спятили, — резонно заметила девица. — Как вы это себе представляете?
— Очень просто, — изрекла Лерка и изложила свое видение ситуации.
— Почему бы вашему другу, — кивнула девушка на Сашку, — самому не забрать документы из ячейки? Вы же говорите, что паспорт, бумаги и ключ у вас есть?
— Есть. Но вот у этой девушки нет веры в людей, то есть в нас. Ей непременно надо заглянуть самой.
— Там видеокамеры и в журнале посещений фиксируется время.
— Ага. Вот мы и сделаем следующее: Анюта предъявит свои бумаги, она тоже ячейку арендует…
— Я вас помню, — кивнула девушка, а я подумала, что яркая внешность далеко не всегда хорошо.
— Прошу не перебивать, когда я излагаю директивы, — кашлянула Лерка. — Так вот, она отправится в хранилище, но ты откроешь ей не ее ячейку, а триста двадцать восьмую.
— Там видеокамеры…
— Да послушай ты. Сразу после нее идет Сашок с документами на триста двадцать восьмую ячейку, но ты откроешь ему ячейку под номером триста восемьдесят, которая принадлежит Ане. При известной ловкости обмануть камеру не сложно, просто стойте к ней спиной, ведь ячейки рядом, никто ничего не заметит.
— Если шум не поднимут, — задумчиво сказала девушка. — А если объявится хозяин и устроит скандал, тогда все ваши хитрости…
— Хозяин на кладбище. Можем могилку указать, если интересуешься. Мы оттого и торопимся заглянуть в ячейку, вдруг оставил что на память.
— Это ж тюрьма, — покачала головой девица.
— Брось. Никакого риска. А ты выйдешь замуж за любимого и наплюешь на этот банк. Ну?
Через две минуты она согласилась, спросив с беспокойством:
— А если вы не все фотки вернете? Почему я вам верить должна?