Ангел севера
Шрифт:
– Они сегодня не хотят приглаживаться. – Эмма дернула себя за непокорные локоны. – Я их приглаживаю, а они еще больше встают дыбом.
Тася засмеялась:
– Тогда завяжем их лентой.
Помогая Эмме переодеваться, Тася про себя размышляла, можно ли девочке пройти к гостям. Ведь леди Харкорт просила их держаться от гостей подальше. Но в конце концов, лорд Стоукхерст никаких особых распоряжений на этот счет не давал, хотя, вероятнее всего, он согласится с желаниями леди Харкорт. Эмма же весь день вела себя просто как ангел:
Зрелище, представшее перед их глазами в большой гостиной, было удивительно живописным. Нарядные мужчины и женщины группами сидели на элегантных французских диванчиках и стульях с изогнутыми спинками. Притушенный свет ламп мягко отсвечивал от обитых шелком стен и алебастровых завитков бордюра. Прохладный ветерок задувал в задернутые тюлем окна.
Увидев дочь, лорд Стоукхерст прервал свой разговор с кем-то из гостей и направился к ней. Темный вечерний костюм и шелковый жилет с черным и темно-зеленым рисунком подчеркивали его суровую красоту. Подойдя к Эмме, он наклонился и легонько поцеловал ее, говоря:
– Я целый день не видел тебя и удивлялся, где ты прячешься.
– Леди Харкорт велела нам не… – начала было Эмма и, сморщившись, замолчала, потому что Тася незаметно ткнула ее в спину. – Мы были заняты уроками, папа.
– Чему же ты сегодня научилась?
– Утром мы изучали этикет, а днем немецкую историю.
Я была весь день такой хорошей, что мисс Биллингз разрешила мне посмотреть на мадам Миракль. Из угла.
– Мадам Миракль, – хохотнул Стоукхерст, – шарлатанка. Можешь сесть со мной, впереди, Эмма. Но только если обещаешь не верить ни одному ее слову.
– Спасибо, папа! – просияла Эмма и отправилась с ним, обернувшись перед этим на Тасю:
– И вы идите с нами, мисс Биллингз!
Тася покачала головой:
– Я останусь здесь.
Она смотрела на широкую спину Стоукхерста, уходившего с дочерью. Ее охватило тягостное чувство потерянности. Почему он ни разу не посмотрел на нее? Он намеренно не замечал ее. Но его холодное спокойствие скрывало что-то угрожающее, сжатое, как пружина.
Она отвлеклась от этих мыслей, когда леди Харкорт вывела на середину комнаты одетую в черное женщину.
– Господа! Прошу вашего внимания. Мне хотелось бы представить вам особенную гостью нашего вечера. В Лондоне, Париже и Венеции мадам Миракль признана всеми ясновидящей необычайной силы. Говорят, что с ней часто советуется один из членов нашей королевской семьи. К счастью для нас, мадам Миракль любезно согласилась принять мое приглашение присоединиться сегодня вечером к нашему собранию и проявить свой замечательный дар для нас.
Приветственные аплодисменты прошелестели в гостиной.
Тася с безучастным лицом прижалась к стене в дальнем конце зала.
Мадам Миракль была
– Друзья мои, – торжественно сказала мадам Миракль хорошо поставленным голосом, – пришло время отбросить сомнения и земные ограничения. Мы будем приветствовать духов, приглашая их прийти и раскрыть зеркало наших душ.
Приготовьтесь узнать тайны прошедшего и будущего.
Женщина еще продолжала говорить, когда Тася услышала рядом с собой шепот:
– Тася.
Озноб пробежал у нее по спине, она быстро обернулась.
За ней стояла Алисия Эшборн. Губы ее расплывались в неудержимой улыбке. Повинуясь ее молчаливому приглашению, Тася выскользнула за дверь, и они вместе поспешили в пустой холл. Сияя от счастья, Тася сжала ее в объятиях.
– Алисия! – воскликнула она. – Как я рада тебя видеть!
Алисия, тоже улыбаясь, отступила на шаг, внимательно разглядывая Тасю.
– Тася, ты чудесно выглядишь! Эти прошедшие несколько недель пошли тебе на пользу.
Тася критически оглядела себя:
– Я никаких перемен не замечаю.
– Ты поправилась, и морщинки исчезли у тебя с лица.
– Я ела как следует. Здесь очень хорошо готовят. – Тут она скорчила рожицу. – Но бланманже… Они подают его все время.
Алисия расхохоталась:
– Ну, ты на нем просто расцвела. Скажи мне, Тася, ты довольна? С тобой все хорошо?
Тася неловко пожала плечами. Она хотела бы рассказать о том, как ей в зеркале привиделся Михаил, о своих ночных кошмарах, муках совести, которые она испытывала, когда вспоминала о прошлом. Но чего она добьется, сказав об этом Алисии? Та начнет тревожиться, и только.
– Со мной все хорошо. Насколько это возможно, – добавила она.
Алисия посмотрела на нее с состраданием:
– Мы с Чарльзом – твоя семья, Тася. Мы сделаем все возможное, чтобы помочь тебе. Надеюсь, лорд Стоукхерст был добр к тебе?
– Он не был недобрым, – осторожно отозвалась Тася.
– Ну и хорошо. – Алисия взяла ее руки в свои и крепко сжала. Оглядев пустой холл, она торопливо сказала:
– Нам лучше вернуться. У нас еще будет возможность поговорить.
Потом.
Тася подождала еще одну-две минуты, прежде чем тоже вернуться в гостиную. Ее тонкие брови удивленно взметнулись, когда она увидела, что за столиком перед ясновидящей сидит Эмма. Несмотря на предостережения отца, Эмма была совершенно заворожена мадам Миракль.