Ангел
Шрифт:
Мы пытались разделиться, для чего наиболее отважные из нас вызвались увести за собой Это и, возможно, погибнуть. Но вскоре мы обнаруживали, что постепенно вновь сходимся в какой-нибудь точке Бесконечной Энергии. С этим мы ничего не могли поделать. Какие бы координаты мы не выбирали, нас словно привязанных за…нитку, вновь «стягивало» в одну армаду.
Оно вело, погоняло нас.
Гоня нас, словно пастух неразумных низших, впереди Себя и неотступно следуя за нами. Обуреваемые ужасом и страхом, мы всячески укрепляли и развивали Веру, пели Ему хвалебные песни, стараясь задобрить Его. На какое-то
Мы высадились на неизвестный нам Дом и перебили большую часть местных существ, чтобы освободить себе жизненное пространство. Остальные стали нашими Преданными. Собираясь там и обосноваться, мы думали, что вконец избавились от Него. Но спустя несколько ваших «лет» Оно вновь было замечено нами в Бесконечности. Очень близко от нас…
Мы не успели ни погрузиться в подъёмные челноки, ни тем более уйти с орбиты. Там, на этом Доме, Оно и преградило нам путь. Мы почувствовали, что должно произойти Нечто решающее.
Замерев неподвижной массой, Оно ждало.
Наши предки разделились во мнении. Одни настаивали на покорности Вере, другие, молодые, рвались в битву. Все понимали, что мы почти обречены, как народ. И мы приняли свой последний Бой.
…Это был самый трудный и страшный бой в нашей истории. Оно приняло облик живого существа. И назвало Себя. Мы знаем его как Маакуа. Или «Последний из Кара Оакана». На нашем языке «Кара Оакана» означает Великую Расу, из которой якобы и пошёл наш собственный Народ.
…Вставая с поверхности Дома с оружием в руках, Оно назвалось нам на нашем языке своим полным именем — Маакуа Геар Эпое. Что означало «Единственный и любимый, избранный из всех». Многие из нас тогда испугались по-настоящему. Никому из нас не доводилось видеть, как бесформенная Материя преображается во вполне осязаемое тело…
Я хочу сказать, что своими формами Оно отчего-то более напоминало вас, нежели нас. Но Его лицо представляло собой что-то напоминающее маску неведомого нам зверя. Кажется, наиболее близок к этому изображению был зверь в пустой и самой жаркой вашей местности, которого я случайно видел в ваших странных приборах, по которому вы смотрите всякие… изображения. Это животное питается мясом других животных, убиваемых им.
Но я не уверен, что правильно увидел и понял. Оно было крупнее нас, но нас смущало не это. Ибо в Нём бушевала дикая, Основодарящая Сила.
Тонхи — лучшие воины в этом секторе Бесконечности Энергий, называемом вами Галактикой. Лишь дважды за всё наше Время мы сталкивались в ней с почти равными нам. И всё-таки побеждали.
В третий раз мы отступили.
Далёкая Раса Труаргхов на краю вашего Звёздного Озера разбила нас наголову, но не стала уничтожать полностью. Они подарили нам шанс возродить себя в ответ на нашу клятву никогда более не появляться в их Секторе.
Мы ушли и честно забыли туда дорогу. Кроме этого поражения, о котором все стараются не вспоминать, мы никогда более не проигрывали. Но в этот раз и мы дрогнули. Мы дрогнули и… и обратились в бегство.
Мы не убегали и не отступали даже тогда, когда Великие Воины
Его Первая Сила была воистину ужасающа. Казалось, ей не будет конца. У нас нет оружия, называемого вами «огнестрельным». Мы сражаемся оружием, которое зовётся у вас почему-то «холодным». Мы называем его Оружием Имени. Это оружие, сделанное для каждого его хозяина на всю его жизнь, живёт с ним рядом и рядом с ним умирает. В вашей истории, как я видел, оказались весьма похожие, хотя и несравненно меньшие и худшие, прообразы нашего оружия, которое не имело и, наверное, до сих пор не имеет себе равных в ближней Бесконечности.
Потому как сделано оно из нашего материала, превосходящего все известные материалы других Домов. И оно за время боя становится почти горячим.
Кроме него, у нас хватало разного другого вооружения, использующего силу Энергий и Звёзд. Хотя для Личного Боя мы используем лишь Оружие Имени. Такое же держало в руках и Оно.
Но в тот День Битвы мы обрушили на Него всё, чем располагали. И всё равно гибли без числа. Это продолжалось по вашим меркам три месяца. И тогда, когда уже казалось, что мы просто обречены исчезнуть, как Народ, Оно неожиданно стало всё-таки терять силы. Его удары и защита слабели. В результате мы смогли Его уничтожить, убить, залить «кровью», как вы говорите, большого числа лучших своих воинов, заплатив за это такую страшную цену, о которой даже не смели потом и задуматься.
Семь с лишним миллионов жизней, если говорить вашими числами. Мои предки, не веря глазам, стояли над Его тающим «телом», превращающимся из истекающего ало-золотой, как бы назвали бы вы этот цвет, именно кровью Существа в небольшой… комочек, наверное.
В камень.
Похожий на небольшой… астероид. Куда меньший, чем Он был изначально.
Тогда никто из предков так и не решился даже прикоснуться к Нему. Даже к, как нам казалось, мёртвому и остывшему. Оно действительно источало холод Бесконечности. Мы отчего-то чувствовали, что это ещё не конец. Наши Вопрошающие Веры сказали нам, что, убив Его, а не покорившись Ему, мы вновь сотворили нечто страшное, хотя и во многие разы меньшее зло, чем Далёкие наши Отцы Дома. И что нам теперь не стоит ждать ничего хорошего от этой «победы».
Мы поспешили убраться даже из этого, последнего своего пристанища. Некоторые клялись, что видели, как в момент нашего взлёта «астероид» тоже начал, словно с великим усилием, приподниматься над поверхностью покидаемого нами Дома. Однако время шло, и никакой погони мы не обнаруживали, как ни старались прощупать сектора Звёздной Дороги. Несколько коротких отрезков нашего времени мы не слышали о Нём ничего. Но однажды Оно объявилось вновь. И снова начало убивать нас, но уже не столь массово. Поскольку нас осталось уже не так много, как до встречи с Ним, Оно делало это теперь со вкусом и не спеша, словно… словно… — Тик наморщил лоб, подбирая подобающее выражение.