Ангел
Шрифт:
Злой парень швыряет открытую папку обратно. Светлая бумага разлетелась по тёмному салону автомобиля.
— Нас ждут в центральном офисе, — невозмутимо сообщил Дэёп, снимая один из листов с головы.
— Поехали, — важно повелевает Ган.
Парень смотрит на Ролекс, вернее пробует, часов на запястье у него нет.
— Айщи-и!
(Тем временем) Бар «Помятая Креветка».
Девушка в фартуке убирает посуду
— Коджо харабоджи знает необычную исполнительницу? — спросила милашка.
(Коджо харабоджи [?? ????] — Прапрадедушка.)
— Вижу данную особу впервые, соннё, — ответил старик, чиркая карандашом на листе бумаги.
(Cоннё [??] — Внучка.)
— Подумала, она из новых учеников, — улыбнулась милашка.
— К сожалению нет, — нахмурился старик, — редкий талант…
— Почему талант? — милашка завистливо надула губки. — Песня замечательная, но этот неряшливый вид. Как у страшилища!
— Всесокрушающая уверенность, решила значит сделала, — старик задумчиво смотрит в пустоту. — Наполнение… Давно не слышал настолько эмоционального выступления. Большинство поют чтобы спеть, она поёт чтобы жить. В ней видно стержень. Знаешь поговорку? Если даже небо рухнет, отверстие, чтобы вылезти…
Входная дверь резко открылась, впуская фигуры в чёрном. Беззвучно совершив красивый пируэт, тела растянулись на полу и заглядывают под столики, плавные движения напоминают огромных пиявок.
— Ай-гу! — звонко голосит милашка.
(Айгу [???] — Ой.)
Испуганная девушка выронила поднос с мисками. Она судорожно вцепилась в фартук и прикрывает коленки, убегая на кухню. Гремит посуда, катаясь по дощатому полу.
Следом за охранниками возник недавний посетитель. Хмурый парень ковыляет к бару, угрожающе шурша синим пакетом на ноге.
— Случайно не видели здесь моих часов? — угрюмо спрашивает Ган.
Карие глаза цепко изучают старого бармена, не замечая дурдом, творящийся вокруг.
(Тем временем) Станция метро «Ёыйнару».
Где тут ближайший ломбард? Нужно поскорее сдать швейцарский будильник и уехать из Кореи!
Шагаю под козырёк из зелёного стекла. Гранитная лестница устремилась вниз, к эскалатору. Его стальные ступени тащат ниже, под землю.
Снять дорогие часы оказалось легко. Пока чудик тупил, сработали ловкие пальцы. Никакой фантастики! Теперь дело за малым — исчезнуть с места события. Парень, конечно, лопух, но не дурак.
Обхожу круглые колонны, облицованные светлым кафелем. Впереди ряд невысоких турникетов. Кольца звонко клацают, упираясь ладошками в металлические крышки, и я перепрыгиваю электронный барьер. Сразу двигаю на следующий эскалатор. Исполняю трюк не в первый раз, пока
По столице можно передвигаться на такси, автобусе или метро, не говоря уже о личном транспорте. Подземка удобнее всего. Гигантская паутина охватывает весь город, достигая соседних провинций.
На одной из стен мелькнула схема, поражающая невероятным числом направлений. Что-то около семисот остановок и громадное количество поездов, спешащих под мегаполисом. Корейцы действительно трудолюбивые землекопы…
Сейчас проеду всего одну станцию, до гостиницы. Если таким званием можно наградить конуру, два на полтора метра, с рейтингом в половинку звезды. Там меня ждут вещи.
Чудик наверняка обнаружил пропажу часов. И он в курсе про ночлежку. Значит, первоочередная задача убрать точку возможного соприкосновения.
Прикольные шкафы на станциях! За стеклянными дверцами лежат предметы первой необходимости: вода, перевязочные, фонарики и… противогазы! Может, это запасы на случай атаки северного соседа? Всё для людей…
Подхожу к путям. Меня встречают открытые двери состава. Направление, вроде, верное. Как удачно.
Широкий вагон радует небольшим числом пассажиров. Краткую поездку сопровождает реклама в потолочных мониторах. Там милашка уплетает лапшу за обе щёки. Подумаешь… Мы рамена уже отведали. Следом показывают непонятные мультики и зелёные бутылочки. Явно не газировка. Агась… Приехали.
Серебристый эскалатор ждёт меня. Опять прыгаю через турникеты. И бегом на выход! Пока не поймали.
(Немного позже) Гостиница «ЯКорея».
— Аньён! — здороваюсь с сонной хозяйкой.
Тётка в грязном фартуке прекращает сладко зевать и смотрит недовольно. Огорчилась, что не получила заветный поклон? У меня нет времени на разборки, но и башкой мотать я по-прежнему смысла не вижу.
— Сумка… — покопавшись в карманах штанов, выкладываю на столик пластиковый ключ, — расчёт, чусэё.
(Чусэё [???] — Пожалуйста.)
В тесный номер подниматься незачем, вещи на хранении у хозяйки, которая уставилась и сердито молчит. Чего это она? Слова правильные… Кажись.
— Кто вчера устроил погром в переулке?!
— Погром? — непонятливо улыбаюсь. — Вчера?
Было дело…
— Не знаешь?
— Ания, — отрицательно мотаю головой.
Не… Точно, не я…
— Пришлось всю ночь битое стекло убирать… — сетует хозяйка.
Невинно хлопаю ресницами за тёмными стёклами. Проза жизни…
— Сегодня тоже нужно оплатить!
Вяло киваю, соглашаясь. Бесполезная растрата, но время поджимает. Спорить мне некогда. Значит, ночная работа по уборке стеклотары будет оплачена. Поношенная сумка плюхнулась на стойку. Хозяйка отсчитывает купюры. Твою ж… Денег всё меньше.