Анна Фаер

Фаер Анна

– Почему? – я не удержалась и добавила: - Милый.

– Прекрати,- грубо обрезал он.

И я сразу же прекратила. Ему сложно перечить. Даже мне.

– А почему тебе это не нравится? – всё-таки не могла уняться я.

– Потому что меня воротит ото лжи. Её так много. Я ведь знаю, что я ни черта не милый. Я злой и жестокий.

Неосознанно я взяла его руку и посмотрела на татуировку. «Evil inside me».

– Нет в тебе зла. В тебе добро.

– Во мне нет добра,- сказал он холодно.

–

Может быть,- я решила, что с ним лучше не спорить.

– Ничего во мне нет,- вздохнул он устало.

Я улыбнулась и посмотрела в его тёмные из-за длинных опущенных ресниц глаза.

– Есть! В тебе есть что-то, что очень мне нравится! Что-то решительное и классное!

Он усмехнулся.

– Думаешь, я классный? – улыбнулся он.

– Я уверена! И плевать, что это из-за тебя я заболела!

– Разве? – удивился он.

– Да. Ведь я сбежала из дома потому, что хотела всем доказать свою самостоятельность и свободу. Все говорят, что это твои слова на меня так повлияли.

– Надеюсь, ты не сильно злишься,- сказал он неуверенно. – Мне жаль.

– Вину чувствуешь? – спросила я насмешливо.

– Чувствую,- сказал он на удивление серьёзно.

– Ты не можешь быть злым! – снова сказала я решительно. – Бессмысленная татуировка. Глупая.

Я посмотрела на упаковку молока, которая так и осталась стоять на столе. Меня ужасно интересовал один вопрос.

– А ты умеешь пускать молоко из носа? – спросила я заинтересованно.

Алекс засмеялся, а потов всё-таки ответил.

– Да.

– Плюс пять очков к крутости! – вырвалось у меня.

Это, наверное, очень круто, когда умеешь пускать молоко фонтанчиком из носа. Весело, должно быть.

Мы с Алексом говорили о всякой чуши. Но это была очень интересная чушь. И время прошло быстро. Он встал из-за стола.

– Ты уходишь? – спросила я удивлённо.

Он указал мне на часы:

– Твои предки скоро вернутся. Не хотелось бы пересекаться с ними.

– Точно! – вспомнила я. – Проваливай! Они же даже не знают о тебе.

– Ты им не рассказывала?

– Рассказывать? Им? Про тебя? Про парня, который пьёт и курит, а ещё их дочурку медленно спаивает? Они тебя возненавидели бы! Поэтому уж лучше ты останешься моим секретом.

Алекс усмехнулся, накидывая косуху.

– Будем прощаться? – он развёл широко руки для объятий.

Я вспомнила слова Макса. Точнее я вспомнила слова Ницше, которые услышала от Макса. Чем шире ты открываешь объятья, тем легче тебя распять. Бедный Алекс! Но я его распинать не стану. Я лучше его обниму.

Я утонула в его руках. Уткнулась носом в шею. Пахло чем-то сладким. Почти ванилью, только немножко резче.

– От тебя вкусно пахнет.

И, что самое странное, это сказала

не я. Это сказал он.

– Странно, я сегодня даже духами не пользовалась,- удивилась я, а потом бросила взгляд на часы. – Проваливай!

– Никто ещё меня так не выпроваживал,- усмехнулся он и закусил губу.

Хватит закусывать губы! Это сводит меня с ума! Это чертовски меня отвлекает! Как я буду вместе с ним переворачивать мир, если он постоянно закусывает свои чёртовы губы?!

Он ушёл. А потом домой вернулись родители. И мне совсем не было грустно. Я болела целую неделю, целую неделю я проводила время наедине с собой, но тоска ко мне не подступала. Алекс посоветовал один совсем неизвестный, но удивительно правдивый сериал. Там показывали то, как с помощью телевиденья и СМИ отводят взгляд людей от чего-то важного. Скажем, три страны подписывают подозрительный договор, но в СМИ об этом ни слова. В СМИ только и говорят, что о каком-нибудь новом ужасном вирусе. Разумеется, мы-то с вами понимаем, что вирус выпустили специально. Кому-то это выгодно. Всё, что происходит в мире, происходит из-за того, что кому-то это выгодно.

Была пятница. Вечер. Я уже чувствовала себя просто отлично. Да ещё кончалась первая учебная четверть, и у меня впереди были каникулы! Я их не за что не потрачу впустую! Не за что не допущу, чтобы мне было скучно на каникулах!

Мы болтали с Алексом по скайпу, когда ко мне завалились парни. Мама меня даже не предупредила, что они пришли.

– Передайте привет Алексу! – сказала я, отодвинувшись от камеры.

Макс как-то неопределённо взмахнул рукой, а Дима зло заворчал.

– Что это с блондинчиком? – спросил у меня Алекс.

– Ты ему не очень нравишься,- ответила я.

Дима посмотрел на меня злыми глазами. А чего он хотел? Чтобы я врала?

– Он мне тоже,- рассмеялся Алекс.

– Всё! – не выдержал Дима. – Заканчивай разговаривать. Или мы уйдём!

– Расслабься, блондинчик,- сказал, а скорее даже отдал приказ Алекс.

Дима закипел. Его прямо прорвало.

– И не называй меня блондинчиком, у меня есть имя! – закончил свою долгую речь он.

Алекс только усмехнулся:

– Не выстёбывайся, блондинчик.

Мне это всё начинало не нравиться.

– Ладно, сам видишь, мне пора. Я тебе перезвоню, если хочешь.

– Не надо,- ответил Алекс и отключился.

Просто отлично! Алекс встревожен, Дима встревожен. Один Макс улыбается своей придурковатой улыбкой бога, который знает всё наперёд.

– Ты не улыбайся, как идиот,- сказала я Максу, а потом обратилась к Диме: - А ты не лезь на рожон. Не нравится тебе Алекс, так молчи.

– Это ты сказала ему, что он мне не нравится,- напомнил мне Дима.