Антигерой: адаптация
Шрифт:
Лишь увидев здоровенного кадака, который от неожиданности показался им ещё больше и страшнее, разбойники, закричав от страха, бросились наутёк. Победа досталась Элин слишком легкой ценой, но она не поспешила никого преследовать. Девочка никогда никого не убивала, за исключением мелких зверушек и птиц во время охоты. Тем не менее, сражаться по-настоящему ей никогда не приходилось. Поэтому она и сама не была уверена, что сможет кому-то на самом деле навредить. Посмотрев на побледневшего от страха старика, который постарался закрыть собой девочку, Элин забыла про разбойников и подъехала чуть ближе.
— Не подходи! — выкрикнул старик, сильнее прижимая к себе девчонку.
— Я не причиню вам вреда, я всего лишь хотела
По морщинистым глазам старика потекли слёзы.
— Один из этих негодяев хотел забрать её, а когда она стала сопротивляться, он проткнул её кинжалом, сказал, что она «сгодится пока теплая», ублюдки… Моя бедна Конни…
Элин тем временем что-то быстро перебирала в своей сумке.
— Я смогу ей помочь, — сказала она, доставая из сумки какие-то баночки с мазями и пучки трав.
— Что?
— Я смогу ей помочь, быстрее, несите её к костру, пока она потеряла не так много крови. Ей нужно тепло, — приказным тоном ответила Элин.
Тем временем до них наконец-то добежал Талер, который, оглядевшись, открыл рот и хотел было что-то спросить, но Элин, зло посмотрев на него, резко сказала:
— Не мешай!
Мальчик решил, что лучше и правда не вмешиваться. Зеленоволосая девочка, по всей видимости, и правда хорошо знала, что нужно делать. Она умелыми движениями обработала Конни несколькими мазями, разжевала во рту пучок трав и, выплюнув его на руку, приложила к ране, зажимая её и останавливая кровотечение. Оторвав подол своего платья, Элин перевязала её рану.
— Не волнуйтесь, она скоро придёт в себя и поправится. Кровотечение скоро остановится, а чтобы она восстановила силы, мне нужно приготовить отвар. У вас есть какой-нибудь котелок? И ещё понадобится чистая вода. И принесите что-нибудь, чем можно укрыть Конни и подложить ей что-нибудь под голову.
— Да… — глаза старика светились надеждой, и он очень резво для своего возраста побежал доставать всё необходимое из повозки.
Весь дальнейшие вечер Талер просто сидел неподалеку и наблюдал, как Элин выхаживает незнакомую ей девочку, тратя на ту редкие травы и целебные мази, которые она вряд ли сможет найти где-то ещё, кроме своего родного леса. Всё это время старик Мэттон, оказавшийся дедом раненной девочки, благодарил её и рассказывал свою историю.
Отец Конни, как оказалось, служил в армии империи и погиб, защищая её рубежи от диких племён. Мать девочки, не утратив духа после ужасного известия, отдала все силы на воспитание дочери. Их семья никогда не была богатой и, когда она осталась без мужа, ей пришлось браться за любую работу, чтобы прокормить себя и дочь. После нескольких лет тяжелого труда, она захворала и её истощенный организм не смог побороть болезнь. В итоге девочка осталась сиротой. Известия об этом достигли Мэттона уже тогда, когда девочка оказалась одна на улице, и ей пришлось прикладывать все силы, чтобы просто выжить. Собрав в дорогу вещи, он тут же поехал забрать Конни к себе и, после долгого пути, наконец-то смог найти её. На обратной дороге всё было хорошо, пока они не встретили разбойников, но Мэттон был уже слишком стар. Хоть он и был готов распрощаться с жизнью, защищая свою внучку, но не смог бы справиться с ними в одиночку.
— Талер, — сказала Элин, позже подойдя к рыжему мальчишке, всё так же тихо сидевшему недалеко от костра, — прости, я поступила неправильно, когда на тебя разозлилась. Я понимаю, что ты ничего не мог сделать, но не могла стоять и смотреть, как эти мерзавцы-разбойники обижают стариков и детей.
— Всё нормально, Элин, — ответил мальчик, задумчиво смотря на огонь, — Что сделано, то сделано, так что мы просто должны двигаться
На следующее утро, Конни пришла в себя. Выслушав историю своего чудесного спасения, она долго благодарила Элин. Казалось, что ни её, ни её старика Мэттона, не заботили ни цвет волос, ни оттенок кожи их спасительницы. Узнав, что Элин и Талер направляются к королевству Терос, Мэттон рассказал им, как добраться до дороги, ведущей на юг империи Альдерван, и предложил заехать в его деревню, чтобы остановиться у него на пару дней и пополнить припасы.
— Элин, я очень тебе благодарен, если бы не ты, то моя Конни точно бы погибла, — сказал он, — Я понимаю, что из-за твоей, кхм, специфической внешности, вам не будут рады в этих краях. Но, если мы заедем в деревню вечером, когда уже стемнеет, а ты накинешь свой плащ, то никто ни о чем не догадается. Я буду рад поделиться с вами всем, что у меня есть. Только твой Аркен должен будет какое-то время побыть за деревней, его будет тяжеловато спрятать.
— Да, конечно, мы с радостью погостим у вас! — сказала менадеи, которой очень хотелось хоть одним глазком глянуть, как устроен быт людей, — Правда, Талер? — с надеждой спросила она мальчика.
— Да, можем остановиться ненадолго, — ответил тот, несмотря на то, что эта идея ему крайне не понравилась. Они уже знали дорогу, но он понимал почему Элин так стремится попасть в деревню Мэттона.
«Не хочется её расстраивать… Надеюсь, что всё обойдется» — думал Талер, залезая в повозку.
***
Въезжали в деревню тем же вечером. Она была небольшой, всего в несколько десятков дворов, и не прилегала ни к одному из городов. Проживая в нескольких днях пути от границы империи, местные жители в основном занимались тем, что снабжали продовольствием пограничные заставы, а взамен получали установленную для них законом плату, которая, в связи с тем, что места здесь считались опасными, была примерно в полтора раза выше, чем в остальных регионах Альдервана. Большая часть местных жителей могла постоять за себя и практически всегда мужчины и женщины ходили, не расставаясь с оружием. И каждый день, соблюдая оговоренную очередность, некоторые из них оставались на постах по краям деревни, чтобы не упустить врагов, которые могли показаться в любое время.
— Эй, Мэттон! Привёз внучку? — крикнул стоявший на посту усатый мужчина в стеганой крутке и с факелом в руке.
— Привёз, Загрид! Как в деревне то, всё спокойно? — весело ответил старик.
— Да куда там, у недотёпы Кураса опять сбежали его свиньи, всей деревней ловили, да только всё равно одной не досчитались! Видать у кого то знатный ужин был! — рассмеялся Загрид, — А что это ещё за детишки там у тебя в повозке? Вроде как ты говорил, что внучка у тебя одна.
— Да так, подобрал по дороге, родителей потеряли, к родичам в город теперь направляются. Вот взял к себе на пару дней откормить.
— Да, это дело правильное, — сказал он, осветив их факелом, — что-то девчонка у тебя в повозке какая-то больно бледная, — увидел он Элин, поспешно закрывшую лицо капюшоном.
— Говорю же тебе, Загрид, откромить надо, чего пристаешь?
— Ладно, ладно, проезжайте, скучно же, а ещё всю ночь стоять тут, — проворчал дозорный.
Больше они никого не встретили на пути к дому Мэттона. Его жилище оказалось достаточно просторным, здесь был и обеденный зал, и подвал, и пара кладовок. Перед приездом внучки старик освободил одну из комнат, куда поставил широкую кровать, чтобы девочке было, где спать. Устав после тяжелого пути, Конни и Элин, которые сошлись характерами и уже стали лучшими подругами, завалились на неё спать вместе, старик ушёл спать к себе в комнату, а талеру досталось место на широкой лавке в обеденном зале. Впрочем, он знавал места и похуже, а здесь было и тепло и крыша над головой, так что мальчик совершенно не жаловался и вскоре крепко заснул.