Антираспад
Шрифт:
— Тут никакие альпинисты не лазают, даже под человеком все обламывается, — добавил помощник капитана. — И посадку совершить нельзя — сразу …, выбирайся потом!
— Кажется, скоро я тоже начну материться, — сквозь зубы бросила Аманда.
— Давно пора, — согласился Вевегер. — А то все вы как-то не по-человечески выражаетесь, даже оторопь берет.
Аманда скрестила на груди руки и отвернулась к иллюминатору. Из кабины вышел Клекнас.
— Жмем на юг, пока слакиане не спохватились, — объявил он, оглядев пассажиров. — Гаора — это задница, но лучше уж туда, чем на Слак. А как доберемся до Мутмакана, иллюминаторы поменяем на новые, чтоб открывались и закрывались. Господин Ларре, вы умный парень!
Вибрация усилилась —
Зеруат принес из каюты тюбик с мазью и отдал Аманде, коротко распорядившись:
— Окажите им первую помощь.
Приближаться к Норберту ему не хотелось: этот хладнокровный убийца внушал раглоссианину естественное отвращение. Компьютерщик — тоже, но, помня о его ценности для Раглоссы, Зеруат старался не давать воли чувствам. Когда миссия будет завершена, препараты группы «X» сделают Олега неагрессивным и покладистым; тогда Теневой Сенат сможет пользоваться его способностями без риска, что инопланетянин впадет в неуправляемое состояние. Вот с Амандой надо поосторожней: у нее действительно есть интуиция! Которая, правда, срабатывает не всегда, от случая к случаю, но уж если сработает… Зеруат ссутулился в кресле. Его донимала вибрация, и вдобавок он нервничал. Не допустил ли он ошибку, обратившись в «Антираспад»? Его телохранители слишком хороши… и в этом «слишком» таится угроза: вдруг они поймут, что наниматель задумал от них избавиться?
Озабоченный Зеруат глянул в иллюминатор — ландшафт не изменился — и подпер кулаком свой выступающий подбородок. Как-никак, он тоже профессионал. Его специальность — управлять из тени, пользуясь тайными пружинками, которые есть у каждого. С «Антираспадом» он сладит. Главное — не упустить пульт Нуль-Излучателя…
Гаора оказалась вполне цивилизованной страной, и Норберт поначалу не мог понять, чем она не нравится капитану Клекнасу. Наконец Аманда объяснила: тут чересчур высокие пошлины не только на импорт, но и на транзитный провоз любых товаров через гаоранскую территорию. Она договорилась с капитаном (опять же от имени господина Ларре) и отдала ему остальную часть суммы, сэкономленной при найме магнитоплана: Клекнас платит пошлину за транзит, а доля «Антираспада» в прибыли увеличивается до тридцати процентов.
— Короче, ни черта мы не сэкономили, — подытожил Норберт. — Нам стоило за те же деньги нанять другой транспорт, не связываясь с контрабандой.
— А процент от выручки? — возмутилась директор.
— Его еще надо получить.
— Пессимист, — вздохнула Аманда. — Почему ты всегда ждешь худшего?
Норберт едва не ответил, что за три неполных года работы в «Антираспаде» он изучил ее манеру вести дела и не может припомнить ни одной удачной сделки, но сдержался. Вылететь из фирмы он сейчас не желал бы. И обидеть Аманду не хотел: как бы там ни было, на Валене она в течение двух лет, несмотря на плачевное состояние своих финансов, платила ему зарплату. Его так и тянуло объяснить ей, что бизнес можно организовать и получше, но Аманда болезненно восприняла бы критику. Вместе с тем, по крайней мере сейчас, это уж точно, она спускала свою долю плюс те наличные, которые клиент выдавал на текущие расходы; вкладывать в ее малопонятные операции то, что причиталось лично ему, Норберт не собирался. С некоторой долей удовлетворения он подумал, что, сбив слакианский бот, отработал, пожалуй, Гестеновы деньги.
— Нор, я знаю, что делаю. Ты сам видел, какая у меня интуиция! Я раньше всех засекла опасность.
«Насчет опасности — согласен, но не в бизнесе…»
Не дождавшись от него ответа вслух, Аманда хмыкнула и ушла в комнату. Он остался на лоджии один. Отель, где они сняли номер на то время, пока Клекнас уладит дела с таможней, находился рядом с ангарами для магнитопланов — куполообразными
— Как ваши руки? — озабоченно спросил Гестен.
— В порядке.
Норберт мельком взглянул на свои красные, шероховатые кисти.
— Стрелять сможете?
— Ага.
Клиент посмотрел на него с немым укором и молча отвернулся. После стычки со слакианским ботом Норберт заметил, что Гестен как будто недоволен им, но не мог понять, в чем дело. В конце концов со своей задачей он справился! Слегка раздраженный, он присел на край заскрипевшего стола и обронил:
— Наверное, вы здесь чувствуете себя как дома, профессор Бегориус?
— Почему, молодой человек? — Гестен испуганно заморгал.
— Отель — как на вашей родной планете… — Норберт кивнул на решетку.
— Нет, — после недолгой паузы возразил клиент, его голос звучал ровно и строго. — На моей родной планете карантин, потому что почти половина населения очень восприимчива к инопланетным инфекциям и не имеет иммунитета. Увы, наша медицина до сих пор не решила эту проблему. Именно этим обусловлена изоляция. Помните, вы видели группку детей из окна отеля?
— Да, видел.
— Вероятно, вы обратили внимание, в каком подавленном состоянии они находились. Это дети-сироты, их родители погибли от болезни, завезенной извне. Там поблизости есть приют. Вот так-то…
Вспомнив о своих подозрениях по поводу детей, Норберт ощутил досаду. Хорошо еще, что не покраснел. Никогда не стоит спешить с выводами.
— А вы сами разве не рискуете заразиться? — спросил Олег.
— Я принадлежу к другой половине, у меня есть иммунитет. — Сцепив узловатые пальцы, Гестен продолжил: — В Гаоре нередко крадут людей, поэтому здесь везде решетки и бронированные двери.
— Кто крадет?
— Местные преступники, они продают похищенных слакианам. Гаоранские власти пытаются бороться с этим подпольным бизнесом, но пока не преуспели. А на моей планете жизнь течет тихо и мирно, ничего общего со здешними ужасами. — Он умолк, печально глядя на распахнутую дверь лоджии.
— Извините, — смущенно буркнул Норберт. Клиент не ответил.
— Профессор, вы не в курсе, из чего здесь строят дома? — нарушил неловкую паузу Олег. — Из псевдокамня?
— Да, из псевдокамня, — подтвердил Гестен. — Его подвергают специальной обработке, прессуют, и он приобретает нормальную для камня плотность. Неплохой строительный материал.
Норберт снова вышел на лоджию. На душе было муторно. Возможно, кое в чем Аманда права: он недоверчивый, склонный к пессимизму тип. Вспомнив полный грусти и мягкого упрека взгляд Гестена, он мысленно выругал себя за бестактность.
Сохраняя на лице скорбное выражение, Зеруат внутренне улыбнулся: ему удалось вызвать у телохранителя чувство вины. Да, этими дикарями можно управлять. Заодно он свел на нет их подозрения относительно необычного (с точки зрения инопланетян) поведения раглоссианских детей: инфекция, потеря родителей, приют — вполне правдоподобная версия. Он не может соперничать с этими людьми в силе, зато без труда одолеет их с помощью хитрости.