Апогей
Шрифт:
— Почему мы крадемся, как воры? — Спросила я, когда мы все же вышли из комнаты, идя к черному выходу.
— Потому что хозяин не погладит меня по голове за то, что я подвергаю вас опасности. — Последовал мрачный ответ.
Мысль о том, что Франси рискует из-за меня, доставляла дискомфорт.
— Но это не запрещено контрактом.
— Именно поэтому я это делаю. — Потом она приложила палец к губам, и я надолго замолчала.
До тех самых пор, пока мы не добрались до шестигранного павильона, сделав огромный крюк, дабы не попасться на глаза прислуге или, что
— Постарайтесь не делать резких движений, спугнете птиц и о том, что мы здесь, узнают все.
Я сглотнула. Все-таки было ошибкой считать, что место она выбрала — лучше не придумаешь.
В больших клетках разной формы, под потолком или на подставках в павильоне жили пернатые разной расцветки и размера. Экзотическое увлечение госпожи Бланш — хозяйки дома Вимур, а по совместительству матери Амана и Каина.
И если Франси без особых усилий преодолела все препятствия, занимая стратегически важную точку на софе, что стояла рядом с окошком, я еще долго пыталась бесшумно пройти мимо сторожей, смотрящий на меня черными блестящими глазами-бусинами.
Создав на софе горку из подушек, я в итоге разместилась поудобнее. Слева от меня всего в полуметре висела изящная клетка с красным кардиналом. Заметив посторонних, птица вытянулась и подняла алый хохолок. И в момент, когда она тоненько свистнула, подобно флейте, из которой извлекли высокую ноту, раздалась громкая оркестровая прелюдия. И я облегченно вздохнула.
Франси не нужен был бинокль, чтобы четко видеть все происходящее внизу, в великолепном парке, который уступал разве что Версалю, и то только размерами, но не роскошью и красотой. Очевидно, завершив свои дела внутри здания, аристократы выползли под темное как обсидиан небо, насладиться красотой парка, архитектуры и этой ночи.
— Чтоб меня… — Протянула я шепотом, ерзая на подушках. — Была бы здесь Аги со своими кузинами, они бы удавились от зависти.
И говорила я не о себе и возможности, которую не упустила. Я имела в виду всех этих прелестных женщин и солидных мужчин, которых аура важности и силы окружала подобно нимбу. Их наряды, восхитительные костюмы и платья… Боже всемогущий, эти платья! Я в жизни ничего подобного не видела, и вряд ли увижу еще хоть раз. Хотя минутку… после помолвки должна быть свадьба, верно?
— Франси. — Шепнула я девушке, слыша ее вопросительное «м-м?». — Если это всего лишь помолвка, то какой должна быть свадьба?
— Скоро узнаете… через полтора года.
— Ничего себе. — Нахмурилась я. — Нужно ждать полтора года, чтобы завершить официальную церемонию? Почему же так долго?
— Вообще-то я говорила о нашем главе и его свадебной церемонии. Их срок как раз подходит к концу. С момента помолвки до момента свадьбы должно пройти десять лет, не меньше.
Отодвинув бинокль, я удивленно на нее воззрилась. Десять лет? Да это же шестая часть человеческой жизни. Они необычайно щедры во всех отношениях, если готовы тратить время, которое могли бы провести в объятьях друг друга, на всякую ерунду. И на недоуменный вопрос «зачем», Франси ответила «так надо».
— И
Красный кардинал безбожно свистел рядом, будя остальных птиц, но я знала: из-за громкой музыки и грудного контральто выступающей оперной певицы, нас не было слышно.
Я вновь рассматривала пиршество. Слуг, блюда, бокалы, наполненные не вином (как я рада, что там нет ничего от меня), гостей. Гости… словно звезды в телескопе, такие же ослепительные, холодные и далекие. И куда больше меня восхищали их надменные лица, нежели наряды. Все же, облачи меня в такой, и я не смогла бы слиться с толпой. Той ночью я ясно увидела различия между нами.
— Знаешь… — Я хохотнула, не опуская бинокль. — Я рада, что в этом мире есть кто-то круче нас.
— Почему же?
— Не хотелось бы мне знать, что ответственность за весь бардак, который творится на этой земле, несет человек. Люди не ведущие, они ведомые. Все же именно Они — я кивнула на гостей, — короли этого мира. И довольно некомпетентные, если этот мир лежит в руинах.
Думаю, ей было что мне возразить. Ведь жестокости, жадности, эгоизма и глупости людям не занимать. И все же мудрая Франси промолчала. А я продолжила любоваться раутом и приглашенными.
Среди пестрой толпы я отыскала господина Каина и его невесту, засмотревшись на которую я чуть было не свалилась с горы подушек. Венера в ярко-алом платье принимала поздравления и улыбалась гостям, пленяя их сердца. Она была миниатюрной платиновой блондинкой, волосы которой были собраны в сложный шиньон, а на лице при улыбке проступали очаровательные ямочки.
— Отличная вещь… этот бинокль. — Пробормотала я, видя каждую складочку на атласном наряде. — Спасибо.
— Не стоит. — Бросила в ответ Франси, давая своим тоном понять: ей приобрести его действительно ничего не стоило.
— Как ее зовут? — Поняв, что она не знает, о ком идет речь, я поспешила добавить: — Невесту молодого господина?
— Вивьен. Третья чистокровная дочь клана Фьёрм.
Если они там все такие, то, исходя из выражения о красоте, которая спасет мир, еще не все кончено и есть вероятность скорого возрождения из пепла.
— А сколько всего таких кланов?
— Восемь.
Кажется, не так уж и много. Так и есть, если не задумываться, что один такой чистокровный может сравниться по силе разве что с ядерной бомбой.
Я еще долго скользила взглядом по сильным мира сего, пока в итоге не остановилась на другой паре, которая по красоте была не первой просто потому, что данную роль должны были этой ночью играть обрученные.
— А как зовут…
— Адель Лейфт. — Догадалась Франси.
Все же теперь было очевидно, кто меня заинтересовал после невесты Каина. Невеста господина Амана, разумеется. Жгучая брюнетка с алебастровой, матовой кожей; она походила на дорогую фарфоровую куклу руки самого Аполлона. Холодность и высокомерие очень шли ей. Они делали ее острый, темный взгляд глубже и выразительнее. И ей определенно не нравилось то, что внимание гостей не принадлежит всецело ей — королеве.