Апрель! Апрель!
Шрифт:
У Магнуса тоже есть тетрадь и огрызок карандаша, но его тетрадь полна тайн и секретов, и не простых, а только весьма секретных. Это он придумал завести секретные тетрадки, потому что теперь так положено.
— Сколько страниц у тебя? — спрашивает он Самюэля Элиаса, выйдя на улицу.
— Не скажу.
— Жалко, да?
— Полстраницы, — со стыдом признается Самюэль Элиас. — А у тебя?
— Семь!
— Семь! Откуда ты их берешь?
— У меня полная голова тайн и секретов, — спокойно говорит
— Можно мне почитать твою секретную тетрадку? — спрашивает Самюэль Элиас.
Магнус с минуту думает, потом качает головой.
— Это невозможно.
— Ну что тебе стоит! — просит Самюэль Элиас.
— Ты что, не понимаешь? — говорит Магнус. — Если ты прочтешь мои секреты, они перестанут быть секретными!
Разумеется, Самюэль Элиас понимает это.
— А если я тебе свои покажу? — делает он новую попытку. И спешит добавить, видя, как на него глядит Магнус: Нет, конечно, это невозможно! Ведь моя тетрадка тоже секретная.
И единственная тайна Самюэля Элиаса остается при нем. Тайна, которая заключается в том, что в его тетрадке только две записи: «сокровище спрятано в…» и «мама мечтает о поцелуе». Правда, он не написал, о каком, так ведь и мама держит это в секрете, нарочно говорила о поцелуе какой-то непонятной «музы».
— Кто первый заполнит свою тетрадку, тот победитель! — говорит Магнус.
Самюэль Элиас обиженно молчит.
— Вот увидишь, я буду первый! — заявляет Магнус. — Ты всегда плетешься в хвосте.
А началось все с того, что учительница раздала всему классу тетради. Одну для арифметики, другую для письма.
— Одну тетрадку отведем под важные дела! — прошептал Магнус Самюэлю Элиасу.
— А какие дела важные? — спросил Самюэль Элиас.
На перемене Магнус объяснил ему:
— Важно то, что секретно.
— Но я не знаю ничего секретного, — вздохнул Самюэль Элиас.
— А ты разузнай что-нибудь!
С тех пор Самюэль Элиас мучается со своей тетрадкой. Грызет карандаш и гадает, что написано у Магнуса. Какими такими тайнами и секретами наполнена его голова?
— А про что должно говориться в этих секретах? — пытается он выяснить, но тут уже Магнус вздыхает.
— Сам соображай.
— Ну, скажи хоть что-нибудь!
— Можно про преступления, — говорит Магнус. — Или про чудовищ. — Он поднимает свою знаменитую подвижную бровь и добавляет: — Про чудовищ очень здорово!
— Про каких таких чудовищ?
— Про каких хочешь!
— Можешь ты описать какое-нибудь?!
— Ну, возьми такое, которое сосет кровь у человека. Сосет кровь через трубочку, а еще у него глаза не закрываются, всегда открыты. А изо рта справа капает кровь, все время капает. Да ты прочти книжку, которая называется «Чудовище на острове».
Но Самюэль Элиас боится чудовищ,
— Кто же боится чудовищ! — говорит он. — Нужно только помнить, что сказать, когда встретишь чудовище, вот: «Берегись, не то как врежу!» Или: «Катись отсюда колбасой!»
Еще он говорит, что чудовища нападают только на тех, кто их боится, а больше Магнус не желает ничего рассказывать про свои секреты. К тому же ему срочно надо домой, чтобы записать одну тайну, и он исчезает вместе со своей тетрадкой. А Самюэль Элиас стоит на улице и размышляет: что, если какое-нибудь чудовище почувствует, что он боится, и нападет на него? Вечером в темноте, когда Самюэль Элиас один дома, плюхнется к нему на кровать, кувырнется через него, потом уляжется с ним рядом на подушке и давай сосать через трубочку кровь из его руки!
День рождения
В конце января у Самюэля Элиаса день рождения. Ему исполняется восемь лет. Чего он себе желает? Известно чего: ему нужен секрет. Мама и папа переглядываются. А может быть, что-нибудь еще? Например, альбом для марок? Нет, альбомов ему не надо. Может быть, книжку какую-нибудь? На что Самюэлю Элиасу книжка? У него есть своя заветная тетрадка! По лицу папы видно, что он озабочен. Тогда Самюэль Элиас говорит, что ему очень нужен альбом для марок. Говорит так, чтобы папу не мучали заботы.
И вот наступает день рождения. В такой день положено делать вид, будто ты спишь, когда мама и папа утром входят с подносом, а на подносе торт, а на торте марципаном выведено: «Самюэль Элиас 8 лет». Надо протереть глаза, и сделать удивленное лицо, и прикинуться, будто ты забыл, какое сегодня число. Самюэль Элиас всегда так делает, потому что его папа такой чувствительный. Вдруг он жутко расстроится, если Самюэль Элиас не будет рад альбому для марок и детской карточной колоде!
— Хочешь, сыграем! — предлагает Самюэль Элиас, и они играют в карты, сидя на кровати.
— Пап, — говорит Самюэль Элиас после того, как дал папе выиграть два кона, — вы сегодня вечером будете дома?
Папа качает головой:
— Нет, дружок, мы заняты в театре.
Входит мама и говорит, что Самюэль Элиас может, если хочет, пригласить к себе друзей после школы.
— Магнуса? — спрашивает Самюэль Элиас.
— Магнуса и еще несколько человек, если хочешь.
— Ладно, пускай Макаронин придет, — бурчит он.
— Ее так зовут?
— А как же еще?
— Больше никого не пригласишь?
— Может, позвать еще Пера-Улу? И Тюлле? — воинственно говорит Самюэль Элиас.
— Ну, хотя бы их, — осторожно отвечает мама.
— Нет уж, их я ни за что на свете не позову!
Он уже раздумал, совсем не хочет праздновать свой день рождения. Слишком это хлопотное дело, если разобраться.
— Тогда я приглашу кого-нибудь из своих друзей, — говорит мама.
— Так ведь это не твой день рождения!