Арена
Шрифт:
— Ни хрена себе… — пробормотал Саша, затем уточнил: — И какой из перечисленных нам противостоит?
— С такого расстояния сканер не дает точной картины, но по ряду признаков… Учитывая, что далатиане ждут нападения, могу предположить, что придется иметь дело с «Воином».
— Его можно вывести из строя? — помрачнев, спросил Борис, вертевший в руках автомат. На фоне сказанного простенький АКС казался просто зубочисткой.
Дан вдруг рассмеялся. Он смеялся долго, заливисто, заразительно — постепенно у всех, в том числе и у Бориса, на лицах появились улыбки.
— Если это и в самом деле «Воин», то они просчитались. Крупно просчитались. Я объясню. Дело в том, что
— Дан, — вдруг подскочил как ужаленный Женька, — ты сказал, что они отключили транспортную систему. А внутренняя — та, что вела в тренажерный зал и так далее… Она работает?
— Не знаю, — удивленно ответил Лигов. — Надо проверить… Скорее всего, работает — ее использование почти ничего не стоит. А что?
— Есть идея! У нас был один прототип «Робокопа», который делался как образец. Он, конечно, не более чем имитация настоящей матрицы: послабее, и управляться с ним сложнее, но все равно довольно крут. Мне нужно лишь пять минут… лишь бы модель никто не разобрал на запчасти! Хотя на кой черт Штерну разбирать или уничтожать боекостюм? Стоит себе в углу, никого не трогает.
Перед мысленным взором Трошина пронеслись все те возможности, которые им предоставлял полностью… да хотя бы и наполовину функционирующий боевой костюм. Картина вырисовывалась заманчивая!.. Ради этого стоило рискнуть и ослабить свои силы на одного бойца, сосредоточив усилия остальных на том, чтобы обеспечить ему необходимое время для реализации задумки, — преимущества в случае удачи почти наверняка обеспечили бы им победу при штурме.
— Пять минут… — задумчиво протянул Саша. — Пять минут — это немало… Но мы попробуем. Дан, если транспортная система отключена, у нас в запасе два часа, так? Ну что ж, бойцы, план будет таков. Первое…
Лестница была бетонной, поэтому не горела. Но эффективность свою плазмомет доказал: пышущая жаром кирпичная стена, деревянная отделка которой превратилась в золу, раскаленные ступени — и на них черное, обугленное «нечто», еще несколько секунд назад бывшее живым существом.
Похоже, людей в помещении «Арены» не было — имеется в виду лагерь оборонявшихся. Люди как раз атаковали. Несмотря на определенный успех в самом начале, теперь они находились в ситуации, близкой к патовой. Далатиане рассредоточились наверху, на втором-третьем этажах. Людям принадлежал нижний, но это владение мало чем могло им помочь. Борис и Саша, попытавшиеся было двинуться вверх по лестнице, теперь зализывали раны. И если Трошин получил в основном удар по самолюбию — ему пришлось просто уносить ноги, забыв имидж несокрушимого и не испытывающего страха капитана, — то Борьке повезло меньше. Плазменный заряд, выпущенный из чего-то очень
Счет был равный: один-один. Два раза далатиане пытались спуститься по лестнице — один раз сами, во второй — пустили вперед робота. Это и впрямь оказался «Воин». Встреченный шквалом огня из пяти стволов, он ретировался. То ли в нем был заложен инстинкт самосохранения, то ли просто таков был приказ. Далатиане тоже получили свою порцию свинца, но метаморфам, как и следовало ожидать, пули не причинили особого вреда, и сил на то, чтобы уползти обратно наверх, им хватило.
Пару раз биоробот пытался применить свои пси-излучатели прямо сквозь бетонные перекрытия здания, но то ли армированный бетон хорошо поглощал излучение, то ли расстояние было великовато, но ничего, кроме легкой слабости и тошноты, люди не почувствовали.
В общем, далатиане не могли спуститься, а люди — подняться. Пат. Отведенные Малому пять минут истекли. Если он не ошибся в расчетах, его появления можно было ожидать в любой момент.
— Лика, Макс, Мишка… Берите Бориса и тащите его в реанимационку — Лика покажет. А то он, не дай бог, вообще окочурится. Лика, запустишь медблок в режим высшей срочности — он подлатает этого битюга за полчаса, максимум минут за сорок. Шрам останется, конечно, жуткий, но с ним потом можно будет разобраться. Мы пока держим оборону.
Позади них, в кладовке, раздался грохот — что-то упало и рассыпалось… Послышались тяжелые шаги. С треском, чуть не слетев с петель, распахнулась дверь. На пороге стоял закованный в сталь великан — почти одного роста с Трошиным, он был вдвое шире в плечах. Из встроенных динамиков гулко прозвучал слегка искаженный и отдающий металлом Женькин голос:
— Все целы? Командир, я готов к атаке.
— Чем ты богат?
— Силовая защита действует, электромагнитная тоже. Плечевые лазеры отключены во избежание недоразумений со спутником. Энергоресурс БК — семьдесят процентов. Боекомплект пистолета — сорок процентов.
— Всего?
— К сожалению. Синтезатор может наштамповать хоть вагон патронов, однако ему нужно время. Но главное даже не во времени: большая часть лаборатории блокирована, в том числе и синтезатор. Штерн постарался, не иначе.
— Вот черт… Медблок-то хоть работает?
— Ни малейшего представления. Должен работать.
— Ну… с богом. Женька, главное — не увлекайся. У тебя одна задача: положить робота. Все остальное — по возможности. Понял?
— Все понял, капитан. Прикрывайте сзади.
«Робокоп» сделал шаг в сторону лестницы. В какой-то момент Саша даже испугался, что сейчас бетон не выдержит, и пролет просто-напросто обрушится под чудовищным весом БК. Но лестница выдержала. Шаг, еще шаг… Сверху ударила струя пламени, вокруг брони «Робокопа» заплясали огоньки.
— С-сука… — ругнулся Женька.
— Цел? — крикнул Трошин.
— Пока цел…
Оружие, символически именуемое пистолетом, зажатое в правом манипуляторе БК, выплюнуло длинную очередь. Грохот в замкнутом помещении стоял такой, что Лика от испуга выронила оружие и прижала ладони к ушам. Но тут же опомнилась и подхватила автомат.