Аргонавты
Шрифт:
Каких чудовищ тут только не было! У одних на голове торчала красная грива, рога вздымались кверху, как языки пламени. У других космы были голубые, а по бокам виднелись крылья. У третьих был клюв наподобие птичьего, у четвертых из пасти выступали длинные клыки. Были там чудовища с бычьими головами и со звериными мордами. У одних кожа была красная, словно выкрашенная суриком, будто вспышки молнии, изо рта валил огонь.
Увидев человека, приближающегося к ним, чудовища завопили
Вот он, негодяй, который не дает нам жить спокойно!
Так просто мы его не отпустим!
Вяжите его скорее!
Схватили они человека, надели на шею железные колодки, защелкнули на руках медные кандалы и в таком виде привели к своему царю, мрачному Аиду.
Разгневался царь великим гневом и сказал:
Так вот он, этот болтун с длинным языком, который обманывал людей, бессовестно лгал, будто нет на свете нашего царства.
Он выставлял нас на посмешище!-раздались голоса.
Отвечай, зачем тебе это нужно?
Схватили чудовища его и принялись тянуть за голову, пока не уподобился он длинному бамбуковому шесту. Чудища хохотали во все горло, поставили его на ноги и велели идти, но, шатаясь, он сделал несколько шагов и повалился наземь.
Тогда Аид отдал новый приказ:
Теперь сделайте его коротышкой!
Снова набросились чудища на бедолагу, принялись мять и катать его, как лепешку. После этого стал он поперек шире, а когда попробовал шагнуть, то пополз, точно краб. Чудовища так и покатились со смеху.
Тут один из них, самый старый, сказал:
Ты все время разглагольствовал, что нашей власти нет, насмехался над нашим царством, но вот пришло время, и сам сделался для нас посмешищем.
Ну, довольно, жаль беднягу, не будем его больше мучить,- вмешался Аид.
Поднял Аид беглеца на руки и кинул наземь, и в тот же миг принял он свой прежний облик.
А теперь пусть отправляется восвояси,- пробурчал Аид.
Нельзя отпускать его с пустыми руками,- загомонили остальные.- Надо наградить его чем-нибудь на прощание!
Один из чудищ сказал:
Дарю ему рога, рассекающие облака!
– И с этими словами налепил на лоб человека два рога.
А я жалую ему клюв, в котором свищет ветер!
И в тот же миг у рта человека вырос железный клюв.
А от меня пусть останется у него красная грива!
И плеснули ему на голову красную краску.
– А я, так и быть, жертвую ему зеленые, сверкающие зрачки!
После этого чудовища проводили человека до самой дыры, через которую он попал в их царство.
Не успел он выйти на дорогу, ведущую в родные места, как рога накрепко приросли у него ко лбу, клюв прилип к губам так, что не отодрать, выкрашенные в красный цвет волосы
– торжественно произнесла Медея последние слова.
Ясон заметил, что на губах у нее дрожит едва заметная улыбка, точь в точь, как он видел когда-то во сне.
Дева в лиловом,- произнес он тихо-тихо.
Но те слова словно потонули в каком-то вечном мраке. Никто их не услышал. Да и сам Ясон не успел вымолвить их, как Теламон оглушил всех аргонавтов своим громким голосом:
В одном городе, невдалеке от моря, в восточном направлении от Фив, жил богач по имени Дарет; было у него две прекрасные дочери. Род его был знатен и издревле славился благородными деяниями. Такой был и Дарет, справедливый муж и добрый отец. И жил по соседству с ним бывший приближенный аргосского правителя Адраста, престарелый Аний.
Давно уже он оставил ратное поприще, занимался торговлей и жил в достатке и благополучии. Его единственный сын Полидор был одних лет со старшей дочерью Дарета. Маленькими, беззаботными детьми они часто играли вместе, да так хорошо понимали друг друга, что Аний решил, не дожидаясь, пока они повзраслеют, помолвить малышей, чтобы потом они поженились, и заслал к соседу свата.
Дарет ответил согласием, по этому случаю родители обменялись подарками - вином и угощением, а своей будущей невестке Аний преподнес алый плетеный пояс.
Однако, как видно, богини человеческих судеб - Мойры - готовили серьезные испытания невинным детям.
В то время сыновья фиванского царя - Полиник и Этеокл, проклятые отцом за недостойное к себе отношение, враждовали друг с другом, оспаривая право единоличного правления в Фивах. Изгнанный Этиоклом, Полиник нашел прибежище у Аргосского царя Адраста и женился на его дочери Аргее. По настоянию Полиника Адраст решил выступить против Фив, чтобы вернуть изгнаннику утраченную власть. Так начался поход Семерых против Фив.
Теперь мы знаем, что в единоборстве оба сына Эдипа погибли под стенами Фив. Но тогда, в то время, о котором расскажу, исход кровавой борьбы не был ясен. И Аний со своим семейством, доводившийся Аргее, жене Полиника, близким родственником, оставаясь на виду у врагов Полиника, подвергал себя и домочадцев смертельной опасности. Заперев дом и собрав пожитки, он укрылся в надежном и глухом месте, бесследно исчезнув на целых девятнадцать лет.
Между тем старшей дочери Дарета исполнилось девятнадцать лет, стала она красавицей, и от женихов не было отбоя. Но девушка и слышать не хотела о замужестве.