Архимаг
Шрифт:
Все верховные матери, сидевшие вокруг стола Правящего Совета, при этих словах затаили дыхание. Даже Дома, которые славились своим опытом в искусстве вызова, вроде Дома Меларн и Дома Миззрим, не могли даже надеяться противостоять той орде демонов, которую могла выдвинуть Арк-Тинилит.
Мез’Баррис внимательно изучала остальных, понимая, что те лишь начали осознавать опасность. Эта демоническая оргия, созданная Матроной Матерью Бэнр, могла обречь на гибель каждую из них, могла обречь на гибель их всех.
Матрона Мать Миз’Ри Миззрим встала, чтобы начать говорить, но Квентл оборвала
– Сядьте! Вы обе!
– приказала матрона мать.
– Молите Ллос направить вас, сестры, и придержите свои глупые речи, иначе мой бич вырвет языки из ваших ртов! Мензоберранзан вернулся к первым дням, когда демоны делили улицы с дроу, и Госпожа Ллос повелевала и была довольна.
– Многие дроу были убиты орудиями Паучьей Королевы, - напомнила ей Мез’Баррис.
– Мы не поощряем слабых, - без колебаний ответила Матрона Мать Бэнр.
– Мы станем сильнее, сконцентрировав всю нашу бдительность и весь наш опыт. Как твой мастер оружия, Малагдорл, который убил Марилит, - она остановилась. На лице дроу мелькнула злая усмешка, и она добавила: - Как ты утверждаешь.
Мез’Баррис ощутила, как её глаза распахнулись, а ноздри раздулись от яростного негодования. Однако, прежде, чем она успела возразить, дверь комнаты открылась и в залу вошел Архимаг Громф. Вслед за ним скользила Марилит. Не марилит, а, без сомнения, сама Марилит.
Мез’Баррис откинулась на спинку стула, открыв рот.
– Все, как было в первые дни Мензоберранзана, - спокойно сказала матрона мать, как ни в чем не бывало, потому что не было никакого смысла давить на смущенную Матрону Мать Мез’Баррис.
– И так будет снова. Загляните в свои молитвы, сестры. Паучья Королева довольна, не сомневайтесь.
Мез’Баррис оглядела стол. Она увидела сомнение и удивление окружающих, направленные в её сторону. Она увидела трепет, даже страх, на лицах высших жриц. Они достигли славы и власти, но вот внезапно все стало таким хрупким. Мез’Баррис казалось, что глаза всех жриц устремлены на неё. Они глядели жалобно, словно умоляя в разгар этого ужасного хаоса послужить своего рода балансом безграничному контролю Матроны Матери Бэнр.
Верховная Жрица скрытно оглядела комнату, встречаясь взглядом с каждой из присутствующих, кроме Квентл Бэнр и этой грязной Далии. Даже в глазах союзников Дома Бэнр Мез’Баррис отметила отголоски мольбы о помощи. В этот момент жрица приободрилась. В своем ненасытном желании сохранить полный контроль, Квентл, вероятно, слишком сильно сжала кулак.
Мез’Баррис позволила хитрой улыбке появиться на своих губах. Она надеялась, что сможет поступить так, как считает нужным. Она даже была в этом уверена. Остальные, даже союзники Квентл, желали показать матроне матери, что ей стоит держаться подальше от этого раздражающе опасного пути. Присоединятся ли они к планам Мез’Баррис? Готовы ли будут сокрушить Дом До’Урден?
Да, присоединятся, верила Мез’Баррис. Она бросила взгляд на матрону-дартиир и отметила как скривились и исказились лица других матрон матерей.
Очень скверно, что верховная мать Дома До’Урден скоро погибнет.
И Матрона Мать Квентл испытает всю силу ограничений.
Вспыхнула
Громф Бэнр наблюдал за дракой между демонами с легким презрением. Он едва ли был удивлен — нельзя собрать в одном месте столько хаотичных демонов, и не дождаться дикой потасовки с использованием магии, когтей и зубов. А в Мензоберранзане сейчас были сотни демонов, и, несмотря на тысячи манов, более крупные звери служили пушечным мясом.
Громф сошел со своего балкона, возвращаясь обратно, в свои покои в Сорцере. Ибо даже с высокой башни Архимаг не мог должным образом рассмотреть бойню.
Он махнул рукой над водой волшебного бассейна, вызывая картины.
Архимаг тяжело вздохнул от отвращения. Каждая улица, каждая дорога, каждый район Мензоберранзана заполнился битвами между демонами. Группа глабрезу бесчинствовала по всему острову ротов, огромные монстры резали рогатый скот Подземья, словно хищные рыбы, ворвавшиеся в стайку добычи.
Марилит, стоявшая позади Архимага, зашипела от волнения. Вид бойни дразнил её глубинные чувства. Громф оглянулся, собираясь приказать ей держать себя в руках, но демоница, глядевшая мимо него, ахнула снова, увидев в бассейне для прорицаний какое-то еще захватывающее событие.
Маг обернулся назад как раз вовремя, чтобы увидеть рой чазмов, которые навалились на глабрезу. Рядом пробиралась марилит, держась вместе с парой огромных налфешни и даже чудовищным гористро.
Это была сила Матроны Матери Квентл.
– Гористро, - пробормотал Громф, качая головой. Только некоторые бейлоры и демонические лорды были мощнее. Вызов такого существа всегда влек за собой опасность. А вызов ради того, чтобы отправить в бой — нес еще больше проблем.
Но вызвать гористро и отправить его разгуливать с тремя великими демонами, да еще с роем чазмов?
– Безумие, - пробормотал Архимаг.
Банда Глабрезу бежала перед превосходящей силой, с тучей брызг проносясь через небольшое озеро. Чазмы пикировали на них сверху. Они не давали противникам сделать и шагу, не подвергнувшись очередной атаке.
Громф изменил изображение в воде, фокусируя взгляд на крупной битве, идущей прямо рядом со строениями Дома Баррисон Дель’Армго. Сотни манов и других мелких демонов толпились на бульваре, разрывая друг друга в клочья. Здесь тоже гудели чазмы, хотя их было не так уж много. В тенях и на краю бойни рыскали большие существа, которые, без сомнения, и направили в битву своих ненужных слуг.
Вспышка огромного огненного шара озарила бассейн. Град пламенных снарядов взвился в воздух над сражением. Шары падали, превращая манов в живые свечи. Гуманоидные демоны были слишком тупы, чтобы осознать источник боли, захлестнувший их. Потому монстры еще яростнее рванулись в бой. Они рвали и кусались, покуда, наконец, не валились на землю, один за другим превращаясь в дымящуюся шелуху.