Архимаг
Шрифт:
Бренор просто поднял над головой щит, останавливая поток снарядов. Он даже не замедлился, неистово врезаясь в первые ряды кобольдов. Дворф едва не схватился за серебряный рожок, чтобы призвать дух Тибблдорфа Пвента, но не поддался желанию.
Каждый взмах топора заставлял кобольдов разлетаться в стороны, а ревущее пламя оружия прожигало ужасные раны, когда Бренор наносил их. Лишь один раз он обратил внимание на то, что творится вокруг. Он увидел эльфа, почти магически работавшего своими скимитарами. Дроу отпрыгивал и уворачивался от любого нацеленного в него оружия кобольдов.. Он толкал и колол стоявшее перед ним существо. А как
Бренор отбил щитом троицу врагов, действуя слишком быстро, чтобы те успели увернуться. Он чувствовал, как они падают перед ним, не в состоянии устоять на подогнувшихся ногах. Дворф рванулся вперед, взмахивая топором, источавшим живое пламя. Линия противников снова поредела.
– Проклятье, отличное оружие!
– сказал Бренор, качая головой перед тем, как закричать. Он едва не выронил зачарованный топор, когда созданное оружием пламя приняло окончательный вид. Живое крылатое существо воспарило над лезвием, отделяясь от топора, чтобы поглотить кобольда, который с отчаянием рванулся назад.
Еще одна вспышка огня взметнулась над боевым топором Бренора, и тот ахнул от удивления, прежде, чем окончательно смог разрешить эту загадку. Он оглянулся через плечо, чтобы увидеть спокойную Кэтти-бри. Женщина расхаживала за их спинами, её глаза были полузакрыты, а губы двигались, чтобы сотворить еще одно заклинание, а быть может и поговорить с огнем.
Еще дальше справа Дзирт одного за другим рубил кобольдов.
– Ты не убьешь больше меня!
– закричал ему дворф, и повернулся, чтобы продолжить бой с ближайшей группой. Он замер и позвал свою дочь. Из бокового прохода вылетело множество новых монстров, которые бросились прямо на Кэтти-бри. Женщина стояла в одиночестве, выглядя очень уязвимой. Бренор обернулся, зная, что он был слишком далеко, чтобы помочь.
– Моя девочка!
– взревел он.
Крик «Моя девочка» раздался за спиной Кэтти-бри, но женщина не обратила внимания. Она сконцентрировалась на внезапной и неожиданной угрозе. Первый кобольд нацелил на неё свое копье.
Легким движением, Кэтти-бри увернулась от броска, и как только кобольд покачнулся, она рубанула его жезлом по шее, заставляя противника споткнуться и упасть. Концентрация женщины была столь велика, что она смогла продолжить чтение заклинания, при этом будучи в состоянии повернуться лицом к следующему нападающему. Она отпрыгнула от его удара, не давая ему поразить себя мечом.
Одной рукой Кэтти-бри ухватилась за тонкий мех монстра, отдергивая прочь его щелкающую пасть. Второй рукой женщина направила свой жезл вперед. Сапфир сверкнул, принимая её чары.
Часть пещеры, лежавшая по правую руку от женщины, стала скользкой от магического вещества. Застигнутые врасплох существа начали спотыкаться и крутясь падать.
И прежде чем Кэтти-бри смогла разобраться с напавшими кобольдами, она ощутила, словно в бой вступил целый рой пчел.
Магия правого моргенштерна Атрогейта, покрытого взрывавшимся маслом, произвела мощный грохот, отбрасывая кобольда далеко назад. Второй кистень раздавил голову другого мелкого существа. Сражавшаяся рядом Амбергрис, совершала широкие мощные удары, своей булавой отправляя в полет сразу двух кобольдов за раз.
Но никто из этих великих воинов не смог завладеть вниманием Кэтти-бри больше, чем две молодых дворфы из цитадели Фелбарр. Коннерад бросился к Кэтти-бри, но тоже промолчал. Не моргая, дворф наблюдал за смертельной игрой Кулак и Фурии.
Обе женщины держали мечи, но ни одна не удосужилась прихватить щит. Они прыгнули на пару кобольдов и одна из сестер — Кэтти-бри не могла точно сказать, кто!
– отшатнулась в сторону, отвлекая внимание противника от второй сестры, которая перекатилась, бросаясь под ноги монстров.
Первая дворфа резко остановилась перед врагами, и кобольды, рефлекторно отшатнувшись, споткнулись о женщину, стоявшую на коленях прямо за их спинами. Дворфа быстро и мощно распрямилась, стоило монстрам натолкнуться на неё, подкидывая несчастных высоко в воздух. Дворфа повернулась спиной к кобольдам и протянула сестре руку. Та взяла её, и женщина резко дернула сестру, словно живой снаряд посылая её в отступающих монстров. Словно став одним целым, сестры Феллхаммер бились бок о бок. Меч взлетал высоко вверх, меч опадал вниз. Ни один кобольд не смог бы проскользнуть между этими тисками. Не смог бы блокировать или перепрыгнуть через них.
Главная дворфа повернулась и потянулась. Сестра взяла её за руку, ведь теперь пришла её очередь лететь в толпу, смеясь на протяжении всего пути.
Сестры Феллхаммер догнали Бренора, и троица задвигалась, как старые друзья. Как близкие старые друзья, которые тренировались вместе всю жизнь.
Словно поле пшеницы, податливое косе земледельца, кобольды падали вокруг.
Позади Кэтти-бри и Коннерада появились остальные дворфы. Смелая атака Бренора развернула и пристыдила их. Теперь они спешили наказать монстров, осмелившихся их преследовать.
И полные решимости доказать свою доблесть своему королю.
Была в королевствах старая поговорка «Ни один дворф не сможет сражаться, как разозленный дворф, и ни один дворф не сможет рвать так, как дворф пристыженный»
Что и происходило теперь, к великой неудаче клана кобольдов, снесенного живой волной ярости.
Теперь окруженная толпой дворфов, Кэтти-бри снова сосредоточилась на венах Первородного, которые бежали вокруг неё. Она почувствовала мощь, сконцентрированную среди рядов кобольдов живую энергию, и поняла, что это было пламя, заключенное во множество снарядов.
Используя свое кольцо, женщина воззвала к огню. Чтобы разбудить, чтобы сделать его сильнее. Чтобы дать расширить свою территорию и вырваться из могил.
Спустя мгновение, среди кобольдов раздались звуки взрывов, крошечные язычки предвечного пламени рвались из своих оболочек, разрывая гранаты монстров.
Вскоре, вся орда кобольдов бросилась бежать, и огромный лавовый элементаль поспешил за ними. Крошечные огоньки покатились следом, жадно ища плоть монстров, которую они будут кусать и жечь.