Ариэль
Шрифт:
— Мейер уже совсем старик. Вейссу не составило труда поймать его на крючок, чтобы обеспечить себе маскировку. Его забавляло, как Мейер вцепился в сделанное ему предложение. Поверь, Мейер был только декорацией.
— Почему же ты не спросил у Вейсса прямо, чем он занимается?
— Я спросил. Он рассмеялся и сказал, что занимается бизнесом, пушниной, и собирается разбогатеть на этом.
— Он встречался еще с кем-то, кроме Мейера?
— Консультировался с Максом Оксбаумом в конторе твоего брата.
— И по какому
— Понятия не имею. Я ждал его на улице.
Я задумался на мгновение. По степени достоверности стройная история Дана походила на ловко скроенный из полуправды рассказ умелого враля. Дан предугадал мой следующий вопрос и сказал:
— Когда я все обдумал, то решил, что самое разумное — не обращаться в полицию. Я позвонил в израильское посольство и рассказал все или почти все. Они обещали сами связаться с полицией.
— С кем именно ты разговаривал?
— С начальником службы безопасности по имени Клейн. Я вообще не понимаю, почему мне надо бояться делишек Вейсса, если я с ними никак не связан. Я рассказал, что у меня в Израиле свое охранное предприятие. Там этот бизнес очень строго контролируется, требует разрешений… малейший компромат, и отберут лицензию. А смерть Вейсса — нечто большее, чем мелкий компромат. И еще одна небольшая проблема: я нахожусь в Финляндии по чужому паспорту, да и на оружие у меня нет разрешения.
— По чужому паспорту? Почему?
— Я подозревал, что Вейсс может впутать меня в какую-нибудь историю. У меня есть друзья в «Моссаде», и достать паспорт было не трудно. С другой стороны, я сначала вообще не хотел ехать, но Вейсс пообещал хорошо заплатить. Деньги на деревьях не растут. Честно говоря, бизнес у меня в полном дерьме. Эта тысяча долларов мне была больше чем нужна.
— Ты сказал, что вы были тут в деловой поездке, но почему-то не жили ни в одном отеле. Это уже установлено.
— Вейсс договорился о квартире с каким-то своим знакомым. Только не спрашивай адрес.
— А зачем ты мне позвонил?
— Ты расследуешь это дело. Теперь знаешь, как все было на самом деле. Ты полицейский и должен знать, что наиболее разумное объяснение обычно и является правильным. Вейсс ввязался в теневой бизнес и сделал нечто такое, что кому-то не понравилось.
— В любом случае ты объявлен в розыск. И я хочу дать своему старому другу самый лучший совет из возможных. Тебе нужно явиться ко мне.
На мгновение повисла пауза.
— Я не смогу прийти. Не обижайся, Ари.
— Значит, мне придется тебя найти и арестовать, а это уже паршивое дело.
В голосе Дана появилась дразнящая интонация:
— Помнишь, как в детстве играли в бандита и полицейского? Ты ведь ни разу не смог меня поймать. И когда писали секретные записки, я всегда находил твои письма, а ты мои — никогда.
— Я уже большой мальчик.
— Как и я.
«Скорая помощь» с воем появилась со стороны улицы Исо Рообертинкату. Когда она
Я остановился на площади. На углу Исо Рообертинкату стоял мужчина и смотрел на меня. Между нами оставалось метров сорок. Мужчина махнул рукой и исчез за углом.
Я бежал изо всех сил, но этого было недостаточно. Когда я домчался до угла, то заметил фигуру, мелькнувшую на Фредрикинкату. Я добежал и до этой улицы, но уже никого не увидел. Мне оставалось только остановиться. Согнувшись и пытаясь отдышаться, я принял решение вновь заняться физкультурой.
Я поплелся в сторону Булеварди, хотя знал, что проиграл. На углу Булеварди мой телефон зазвонил. Я ответил, все еще с трудом дыша.
— Хорошо соображаешь, — сказал Дан. — Ты продвинулся в своем развитии, но, к счастью для меня, находишься в неважной форме. Впрочем, в беге ты никогда особенно не отличался.
— Моше маньяк! — выругался я в трубку.
Дан рассмеялся:
— В следующий раз будь осторожней. И все-таки мне хотелось повидать тебя. Спокойной ночи.
Глава 17
Дан Каплан, кто ты и чем занимаешься? Я повторял эти вопросы, обращаясь к самому себе, и не находил ответа.
Я сидел на берегу в парке Кайвопуйсто, в лицо мне дул бодрящий ветер со стороны Таллина. Самые высокие волны перехлестывали через край набережной и пытались прорваться на тротуар. Свет маяка в крепости Суоменлинна расчищал небо над морем.
Когда мне было всего несколько лет, отец часто возил нас с Эли по воскресеньям на машине в Кайвопуйсто и мы гуляли по берегу. У него был бледно-зеленый «форд таунус», и отец им очень гордился, хоть автомобиль и принадлежал отцовскому работодателю. Мы шли от ресторана «Клиппан» до набережной Хернесаари, и отец покупал нам и себе мороженое. Помню, как мы скармливали уткам оставшуюся от сахарной трубочки вафлю и однажды я свалился в воду, общаясь с пушистым утенком.
Иногда, правда, мне казалось, что я придумал все это или просто слышал рассказы о прогулках от Эли.
Однажды я спросил его об этом, и он утверждал, что не помнит никаких воскресных прогулок. Уверен, что он соврал, хотя и не вижу для этого никаких причин.
Мимо с включенными на полную мощность динамиками проехало старое американское авто. Внезапный шум вызвал раздражение, поскольку на мгновение заглушил звуки ветра и волн и сбил меня с мыслей…
Звонок Дана был как раз тем вызовом, которые он любил в прошлом и склонность к которым сохранилась у него и после сорока. Я не знал, что мне думать об этом. Я встал и подошел к самому краю набережной. Волны били в каменную стенку. Это завораживало так же, как если долго смотреть на языки пламени.