Арминэ

Вартан Виктория Николаевна

На следующий день у сельпо только и было разговору, что об урваканах, которые ночью летали над двором Гукасянов. Давид и Шаген слушали все эти толки и перемигивались. Они очень гордились, что вызвали такой переполох в поселке.

— Мариам, слышала, как урваканы напугали ночью Гукасян Лусик? Они летали всю ночь над их двором и выли страшными голосами. Среди них, наверно, была покойная мать Анаит и Каро, она привела урваканов, чтобы отомстить за своих детей.

— Слышала, слышала, но не очень-то верю во все эти россказни.

— Вай, ты не веришь мне! Я сама

слышала, какой Гукасяны ночью переполох подняли у себя во дворе. Я ведь рядом с ними живу. Лусик до сих пор не может опомниться от страха.

— Хорошего человека урваканы не напугают, а, наоборот, помогут ему, — глубокомысленно изрек худощавый старик, которому на вид было лет сто, не меньше.

— Да уж что правда, то правда, — хорошему человеку урваканы всегда придут на выручку, — сказал дед Маркос, у которого была непоколебимая вера в свои добродетели и который теперь уже нисколько не сомневался, что дрова ему ночью привезли именно урваканы.

— Верно говоришь, Маркос, — поддержал его Карапет, дедушка Шагена. — Ведь наказали же они за жадность старуху Сиран. Хе-хе! Отобрали у нее инжир и раздали соседям. И знали-то ведь, когда сделать это: как раз накануне базарного дня. Хе-хе!

— А я вот что думаю, Карапет, — сказал дед Маркос. — Как бы там ни было, Лусик теперь не посмеет обидеть сирот, правда?

— Истину говоришь, Маркос, истину.

— Ну, мне пора домой, — сказал дед Маркос, вставая с лавки. — Пойду сварю себе похлебку да лягу сегодня вечером пораньше. Утром мне надо поехать к себе на участок и собрать виноград. Эх, если бы урваканы взяли да за ночь собрали мой виноград, вот было бы хорошо! Не знаю, как я один и справлюсь… Нынче ведь хороший урожай, гроздья тяжелые, налитые.

— А ты бы подождал, пока мы свой соберем, а потом всей семьей поможем и тебе, — предложил дедушка Шагена.

— Спасибо, попробую-ка сам. Пока.

Давид толкнул Шагена в бок.

— Ты чего? — спросил тот.

— Не соображаешь? Поможем деду Маркосу собрать виноград?

— Нет уж, так далеко ночью я не пойду. Это же за поселком, — сказал Шаген. Действительно, виноградники и бахчи находились километрах в десяти от поселка.

— А мы туда пойдем рано, с петухами, — вполголоса, чтобы не услышали присутствующие, уговаривал Шагена Давид. — Только я не знаю, где участок деда Маркоса.

— Я тоже не знаю. Дедушка Маркос! — остановил деда Маркоса Шаген, когда тот уже повернулся уйти. — А далеко ли твой участок?

— Мой участок? — Дед обернулся к мальчикам. — Он находится в самом конце виноградников.

— Над обрывом у речки? — решил уточнить Давид.

— Да. Его отовсюду видать, потому как там, в винограднике, растет большущее ореховое дерево. Я его посадил, когда еще молодым был… Кажется, в том самом году я и женился, — докончил он, обращаясь к старикам, сидевшим на лавке. Потом вдруг, словно спохватившись, оглядел мальчиков: — А зачем вам знать, где мой участок?

— Да ни зачем… — несколько смутились они. — Мы просто так…

И снова дед Маркос

Рано

утром Давид и Шаген уже были на участке деда Маркоса. Вооружившись садовыми ножницами, они срезали спелый виноград кисть за кистью и складывали на траву в тени орехового дерева. Они очень торопились, потому что надо было собрать виноград до прихода деда Маркоса. Мальчики уже собрали довольно большую кучу винограда, когда невесть откуда взявшийся сторож схватил Шагена за руку.

— Я вам покажу, как воровать чужой виноград! — заорал он. — Я вам сейчас…

— Мы… мы… — пробормотал в страхе Шаген. — Мы не воруем…

— Правда, дядя, мы не воруем, — не растерявшись, спокойно подтвердил Давид, — а мы помогаем деду Маркосу собрать урожай.

— Так он знает, что вы здесь? — спросил сторож, все еще крепко держа Шагена за локоть.

— Нет, он не знает… Мы хотели потихоньку…

— Мы хотели, чтобы он не знал, кто помог, — пояснил Давид.

— Знаете что, не морочьте мне голову! Лучше отведу-ка я вас к вашим родителям, а уж они пусть сами разбираются. Ты, кажется, внук Карапета, да? — обратился он к Шагену. Тот кивнул. — А ты чей? — спросил он Давида.

— А я сын Аревик Аракелян. Дядя, отпустите нас! Честное слово, мы пришли помочь, а не воровать. Мы только хотели… помочь деду Маркосу.

— Враки! Если вы действительно хотели помочь деду Маркосу, вы могли бы ему самому сказать об этом. Это его только обрадовало бы…

— А мы… мы хотели, чтобы он думал, что ему помогают урваканы, — решив говорить откровенно, сказал Давид.

— Что? Урваканы? Вай, больше ничего не могли придумать в свое оправдание?

Но тут раздался противный скрип, и у входа на участок остановилась маленькая арба, запряженная ослом. На козлах сидел сам дед Маркос. Арба была уставлена пустыми плетеными корзинами.

— Эй, Вано, добрый день! — крикнул дед Маркос, слезая с арбы. — Что тут происходит?

— Я в твоем винограднике двух воришек поймал. Они собирали твой виноград. Вон сколько уже успели собрать… — Сторож движением головы показал на груду винограда под ореховым деревом.

— А я-то думаю, что это они вчера выспрашивали, где мой виноградник, — сказал дед Маркос, подходя к мальчикам.

— Дедушка Маркос, честное слово, мы хотели только помочь!

— Мы хотели как лучше…

— Так вы вчера могли мне об этом сказать, — сказал укоризненно дед Маркос. — Я бы только спасибо вам сказал.

— Я им то же самое говорю, — поддакнул деду Маркосу сторож. — И знаешь, что они мне ответили? Они сказали: «Мы хотим, чтобы дед Маркос думал, что ему помогли урваканы собрать урожай». В общем, чепуху какую-то городят!

— Урваканы? Постой, постой, кажется мне становится понятным кое-что. — Дед подошел поближе к мальчишкам. — Да отпусти ты его руку, Вано, никуда он не убежит! Ты тут сидишь целыми днями в виноградниках и не знаешь, что весь Саришен только и говорит об урваканах. Слушайте, ребята, так не вы ли виновники всех этих слухов об урваканах? Только говорите правду. — И дед Маркос добродушно поглядел на Давида и Шагена.