Арт
Шрифт:
После трех недель тренировок неожиданно объявили выходной. Должно быть, инструктора поняли, что давить бесконечно невозможно — пружина лопнет. Выходной свалился как манна небесная. Правда, идти было некуда. Кто-то приводил в порядок серьезно истрепавшуюся одежду, кто-то развлекал себя разговорами. У дальней палатки скопилось не менее десятка человек. Были люди из их группы, были их соседних. Саша решил поинтересоваться причиной такого собрания.
У палатки рыжего шла игра. Игровые пластины тасовал сам рыжий. Каждая пластина имела свое значение — «шут», «воин», «король»,
— Эх, дай я попробую! — вызвался здоровяк Бонкр.
Это он зря. Пытаться обыграть профессионального игрока — пустое занятие. В том, что рыжий игрок, Александр не сомневался.
— А есть, что поставить? Я без ставки не играю, — отозвался метатель банка.
— Держи, — Бонкр выложил на стол пару медных монет.
— Было ваше, стало наше, — через минуту выигрыш перешел во владение рыжего. — Не тушуйся, ставь еще. Не повезло в первый раз, повезет в следующий.
Бонкр оглянулся, окружающие подбадривали его криками. Ну, сущий недотепа. Несмотря на свой немалый рост, жизненного опыта не набрался.
— Эх, была не была! — Бонкр полез за пазуху и вытащил кольцо. Внимательно посмотрев на него, он осторожно положил кольцо на стол. Видимо парень дорожит этой вещью. Так какого же… он ее достал?!
Рыжий метнул игровые пластины и задумался. Ага, дела не так хороши, как он рассчитывал. Рыжий бросил взгляд налево, заставив всех на секунду взглянуть туда же, и поменял свою игровую пластину. Ага, так вы, сударь, еще и шулер!
— Было ваше, стало наше, — метатель банка потянул к себе выигрыш.
Бонкр провожал кольцо тоскливым взглядом: «Как же так?».
Бонкр обвел всех грустным взглядом. Саша решил, что самое время вмешаться.
— Нечестная игра.
Удивленные взгляды скрестились на нем. Надо же — немой заговорил! Похоже, сам факт этого удивил всех больше, чем сказанные слова.
— Что за бред? — возмутился рыжий.
А глазки у него забегали.
— Нечестная игра, — повторил Александр и ударил рыжего по руке, лежащей на столе.
Тот взвыл и отдернул руку. Под рукой оказалась игровая пластина — та самая, которую метатель банка заменил.
Били рыжего долго, спасло его только вмешательство капитана, который пожаловал на шум завязавшейся драки. Не стоит говорить о том, что все выигрыши вернулись владельцам, в том числе и кольцо Бонкра.
— Спасибо, — Бонкр переминался с ноги на ногу. — Это не мое кольцо, но оно мне дорого, как память.
Это уж точно, кольцо Бонкру не налезет даже на мизинец.
— Так зачем же ты стал играть на него?
Бонкр печально вздохнул: «Это все скука. Три недели одни тренировки».
— Спасибо тебе, — повторил он еще раз. — Я не знал, что ты умеешь говорить.
Пришла пора Саши пожать плечами.
Рыжий получил сполна, но на этом все не закончилось — он отмстил. Случилось это на следующий день. С утра их как обычно
— Так-так, наслышан-наслышан. Сейчас запишем все, что положено. Откуда ты родом?
— Это далеко. На севере.
Саша мог поклясться, что о стране под названием Россия здесь никто никогда не слышал.
Писарь хмыкнул и продолжил расспросы.
— Как тебя зовут?
— Арт…, - резкая боль пронзила спину Саши, заставив замолчать на первом слоге фамилии.
— Арт? Что ж, так и запишем.
Саша шагнул вперед и упал, теряя сознание.
5
Рыжего задушили той же ночью. Кто это сделал, так и не удалось узнать. Его соседи по палатке клятвенно заверяли, что спали и ничего не видели. Люди из других палаток тоже утверждали, что не заметили ничего подозрительного. Капитан, как и положено, провел расследование. Впрочем, он не слишком усердствовал, скорее для проформы. Видимо рыжий был ему тоже не слишком симпатичен.
Что до Саши — ранение его оказалось не таким серьезным, как можно было предполагать. Очнулся он в палатке. Не в своей. Палатка была отдельной — видимо, в лагере существовало что-то наподобие медицинской службы. На рану была наложена тугая повязка, спина почти не болела. Не болела до тех пор, пока он не попробовал пошевелиться. Резкая боль резанула по левой лопатке, отдавая в бок.
— Тихо-тихо. Лежи спокойно. В ближайшую неделю о прогулках и не мечтай. Ты, парень, еще хорошо отделался — лезвие скользнуло по ребрам и ушло в сторону. Да и нож был небольшим. Скорее даже не нож — заточенный кусок металла. Действовать таким несподручно, а вот прятать в рукаве, удобно.
Доктор выглядел строгим. Именно выглядел, а не был. Есть такая напускная строгость, которой некоторые маскируют свою мягкость характера, думая, что она будет заметна окружающим и пойдет во вред.
— Рана невелика? Отчего тогда я свалился? Стыдно, — Саша смутился.
— Не смущайся, Арт. Это просто болевой шок. Такое бывает иногда и не от слишком большой раны.
Арт? Почему его называют Арт? Может с кем спутали? Ах да, писарь не расслышал полностью его фамилию и записал только ее первый слог. До имени вообще не дошло.
— Что со мной будет дальше? — поинтересовался Александр.
— Да что с тобой будет. Подлечим немного, и вернешься обратно в свою команду. Через три недели будешь бегать, как молодой.
Саша улыбнулся, он и так был не стар. Ему едва минуло двадцать семь, выглядел он еще моложе.
Доктор был в годах — этакий бодрячок, которые сохраняют подвижность до самой смерти. Если бы не напускная строгость, наверняка доктор был бы приятным собеседником. Это не значит, что сейчас он был неприятным, просто он сдерживал свою истинную суть. Да и с чего бы ему откровенничать с незнакомым человеком, к тому же пациентом. Саша решил, что с доктором надо непременно подружиться.