Арт
Шрифт:
За все время нахождения Александра в госпитале (если можно так назвать медицинскую палатку) доктора навестили лишь несколько раз: Один раз зашел капитан осведомиться о состоянии здоровья пациента. Надо же, какая честь. Впрочем, вряд ли он питал к Саше дружеские чувства, скорее исполнял свой долг. Несколько раз заходили люди из числа гражданских (но не из группы Саши, а из других групп) с небольшими травмами, один раз зашел солдат с вывихнутой рукой, которую доктор быстро и умело вправил. Вот и все посетители. Остальное время Саша с доктором оставались в палатке вдвоем, за исключением тех случаев, когда
Вот он — источник информации. Порасспросить доктора было бы полезно, но показывать свою полную неосведомленность об окружающем мире, не стоило. Расспросы следовало вести осторожно.
Понемногу окольными путями Александру удалось кое-что выяснить. Крепость, в которой они располагались, была временным укреплением близким к границе. Кроме нее в королевстве существовало множество других крепостей, в том числе крупных каменных, обороняющих города. Королевство было населено довольно плотно. Так уж Саше повезло, что он оказался в приграничном районе, практически не населенном. Что до покинутых поселков, то отсутствие жителей в них объяснялось эвакуацией всех мирных жителей из приграничной полосы. В этом король был последователен и непреклонен. Да, о самом короле тоже удалось кое-что узнать. Был король уже не молод, но достаточно крепок, правил страной, по мнению доктора, неплохо, и если бы не беспокойные соседи жизнь в королевстве была бы хороша.
Насколько это правда, Саша не мог сказать. Сваливать неприятности на внешнего врага — излюбленный прием всех властителей. Судя по тому, что из приграничной полосы отселяют население, враг в наличии имелся и вполне конкретный враг, а не какой-либо мифический.
Насчет самого врага узнать удалось немного. Звались противники королевства — Мапри. Нрава, опять же по словам доктора, были дикого и необузданного, вида — ужасного. Делились Мапри на племена, которые порой объединялись для набегов на соседей.
Это была хоть какая-то информация. Учитывая то, что прямых расспросов следовало избегать — неплохо.
Через неделю доктор разрешил Саше прогулки, предупредив, чтобы не усердствовал и берег раненый бок. Чувствовал себя Александр сносно, если учитывать, что с момента ранения прошла всего неделя. Мази, которые применял доктор, творили чудеса, он уверенно шел на поправку.
Его группу вовсю гоняли по полигону. К бою на мечах прибавились упражнения с коротким копьем. Саше приходилось на все это смотреть со стороны. Даже поговорить как следует со своими знакомыми не удалось.
— Привет, Арт! — крикнул на бегу Бонкр.
— Привет.
— Привет.
Еще несколько человек поспешили поздороваться. Десятник кивнул, но останавливать занятия не стал, погнал группу дальше.
Через неделю прогулок доктор разрешил Саше несложные физические упражнения, а еще через неделю выписал из госпиталя.
Событие это осталось почти незамеченным, так как совпало чем-то гораздо более значимым.
Первым признаком решительных изменений стал внешний вид воинов, занимающих лагерь. Их кожаные куртки были заменены на более плотные, расшитые металлическими пластинами. Если раньше можно было встретить солдат, расхаживающих по лагерю налегке, то сейчас все они были при полном вооружении.
Изменения коснулись и гражданских. Началось все с общего построения.
— Добровольцы! Должен вам сообщить, что пора вашего обучения подошла к концу!
Добровольцы? Это что же выходит, что и он тоже?! Интересно, а его, Александра, кто-нибудь спрашивал? Интересовался его доброй волей? Впрочем, похоже, с другими гражданскими дело обстоит примерно так же, как и с ним.
— С этого дня вы принимаетесь в ряды нашей доблестной армии, и вам выплачивается жалование! — продолжал толкать речь капитан. Слова о выплате жалования были встречены дружными приветствиями.
Саша кричать не торопился. За эти деньги с них спросят по полной программе, или он ничего не понимает в армии.
Надо же. Плен? Гладиаторы? Все оказалось намного проще — их набрали добровольно-принудительно в местную армию. Опять! Семь лет назад Саша уже отдал свой долг Родине. Сполна. Вот только где она — Родина? Здесь же, похоже, никто не будет интересоваться его мнением по вопросам обороны.
— Сегодня же вы выступаете для усиления приграничного гарнизона Номингема! Вас ждут слава и почет! Король надеется на вас! Забыт не будет никто! В путь!
Это предложение было встречено, куда меньшим ликованием, чем известие о выплате жалования. Да, похоже, патриотизмом горят не все.
Сразу после завершения речи им выдали по три монеты (много это или мало, Саша понятия не имел) и принялись раздавать обмундирование. Каждому новобранцу полагалась куртка с нашитыми металлическими пластинами (в основном, куртки были уже поношенными), что-то наподобие узких обтягивающих штанов, шлем и кожаные сапоги. Сапоги Сашу откровенно порадовали — не новые, но кожа добротная, подметка прочная. В такой обуви ходить и ходить. Кроме того выдали походные мешки тем, у кого их не было. Оружие включало в себя щит, меч с ножнами или копье. Незатейливо.
Десятники, проводившие обучение групп, остались их командирами и на марше. То, что командовать им приходилось группами, состоящими более чем из одного десятка, объяснялось недостатком командного состава.
Пять сотен новобранцев построили в колонну, ворота крепости открылись, и они тронулись в путь. Каждому отделению полагалась телега с лошадью — этакий мини-обоз. Арьергардом за «добровольцами» двинулись две сотни лучников из числа ветеранов. Более-менее организованно двигались только они. Ни о каком строевом шаге не могло быть и речи, их вообще не учили действовать в строю. Саша ужаснулся, представив, что им придется участвовать в бою. Бардак! Полный бардак! Похоже, кроме него, никого такие действия не удивляли. Люди весело переговаривались, обсуждая новости и перспективы.
— А командир кто?
— Граф Дорти.
— Как, сам граф?!
— Он пятый сын в семье. Говорят, батюшка был только рад, когда удалось пристроить его в армию.
Сам граф гарцевал впереди колонны на пегой лошади. Юнец. Совсем юнец. Вряд ли он имеет значительный боевой опыт, если имеет его вообще.
Колонна растянулась на полкилометра. Ни о каком боевом охранении речи не шло, о разведке тоже никто не заикался. Саша попробовал заговорить об этом с их десятником и встретил непонимание.