Ашер 6

Шиленко Сергей

— Книги тоже не знакомы с этим томом, — сообщила Иди, поднимаясь на ноги.

— Можно я взгляну? — Ада с любопытством потёрла ладошки. Сет молча протянул ей книгу.

Её ладони окутало тёплое оранжевое свечение. Она осторожно положила их на обложку с каким-то невнятным символом, смахивающим на подкову.

— Ну что, почувствовала что-нибудь? — поторопил её Сет, потому что Ада молчала, задумчиво сцепив пальцы и уперевшись в них подбородком.

— У этой книги есть магическая подпись, — наконец сказала она, и её глаза снова

сверкнули серебром. — Как у артефакта.

— Если вторая половина этой головоломки вообще тут, — задумчиво произнёс Сет, — то искать её надо в дальнем конце библиотеки, на верхнем ярусе. Там у нашего отца всегда хранилась коллекция артефактов.

— Значит, оттуда и начну, — кивнул я.

— Я с тобой, — вызвалась Ада. — Вдруг там какие-нибудь хитрые чары, от которых лучше держаться подальше.

— Спасибо, — я благодарно ей улыбнулся. — Раз Ада идёт со мной, вы тут, пожалуйста, ухо востро держите. Если что-то магическое учуете — сразу зовите. Если заберёмся далеко, шлите Бертрама гонцом. Ну а теперь — за работу! Выжмем из этого пыльного склепа всё, что можно.

Когда у каждого появилась своя задача, мы разошлись по разным углам.

Глава 12

Хоть нам и нужно было закончить побыстрее, это оказалось проще сказать, чем сделать. Комната была размером с приличную городскую библиотеку, а то и поболе. Здоровенная, зараза. И вся, от пола до потолка, заставлена книгами.

Не говоря уже о том, что повсюду высился настоящий лес из книжных стопок, и нам пришлось добрых минут десять потратить, чтобы пробраться сквозь эти завалы, стараясь ничего не уронить. Особенно Аде — она то и дело цепляла шаткие колонны своими длинными рогами. Я старался идти чуть впереди, придерживая самые опасные конструкции.

Мне довольно быстро стало ясно: Дастин Лонг был из тех чокнутых коллекционеров, которых не останавливает банальное отсутствие места на полках. Он просто продолжал тащить сюда книги, плюя на здравый смысл и законы физики.

Пока мы с Адой продирались к винтовой лестнице, что вела на антресольный этаж, прошло, наверное, добрых двадцать минут. Если не все полчаса — время тут текло как-то особенно пакостно, тягуче, словно мёд в холодный день.

А может, оно просто искажалось в этом лабиринте из пыльных книжных башен.

Верхний уровень библиотеки оказался забит не меньше нижнего. Всё, что не влезло на стеклянные витрины, валялось прямо на полу. Только вместо аккуратных стопок книг тут громоздились кучи всякого барахла. Шкафы ломились от диковинных предметов, которым самое место в музее древностей, а никак не в личной коллекции, пусть и весьма обширной.

Хотя нет, вру. Это место больше смахивало на лавку старьёвщика или какой-нибудь развал на блошином рынке, чем на солидный музей. Пыль, паутина, специфический запах ветхости…

— Черт, Дастин… — присвистнул я, заметив треснувшую вазу, из которой

торчали сухие ветки. Она сиротливо примостилась на сломанном стуле, а вокруг были хаотично расставлены ящики с отсыревшими, тронутыми плесенью бумагами. — Неужели так сложно было хоть какой-то порядок навести? Или он реально был местным Плюшкиным?

— Что такое Плюшкин? — поинтересовалась Ада, с нескрываемым ужасом и отвращением разглядывая пыльный футляр с человеческими зубами, испачканными чем-то бурым, похожим на засохшую кровь. Находка эта лежала прямо на столе, рядом с какой-то астролябией.

— Так у нас называют людей, которые тащат в дом всякий хлам и потом не могут с ним расстаться, что бы ни случилось, — пояснил я. — Их порой даже по телевизору показывают: у них квартиры натуральные помойки напоминают.

— Что такое телевизор? — Ада явно была озадачена. Мы с ней толком и не общались до этого, так что мои земные словечки для нее, похоже, были в новинку, если не шоком. Девушка тем временем переключила внимание на панно из ракушек, вставленное в тяжелую черную лакированную раму. На нем то ли комета была изображена, то ли падающая звезда.

— Телевидение… — начал было я формулировать объяснение, но тут мой взгляд зацепился за витрину с маленькими ярко-красными пирамидками, штук пять их там было. — Да неважно, проехали.

— Ты так похож на Странника… — неожиданно улыбнулась Ада.

— Да, мне это уже тысячу раз твердили, — усмехнулся я в ответ, останавливаясь на относительно свободном пятачке, чтобы достать из-за пазухи книгу. — Думаю, это настолько же хорошо, насколько и паршиво. Тебе нужно еще раз прикоснуться к книге? Для настройки?

— Давай, лишним не будет. Подержишь ее для меня? — попросила она, сноровисто потирая ладони, словно разминая их.

Ада осторожно положила руки на потертую обложку, прикрыла свои блестящие, как два агата, глаза и слегка наклонила голову, будто к чему-то прислушиваясь.

Мне показалось, что такие сеансы даются ей не так-то просто. Лоб ее напряженно нахмурился, а чем дольше она удерживала эту позу, тем заметнее становилось это напряжение, даже дыхание стало прерывистым.

— Все в порядке? — решил я уточнить, когда прошло несколько минут довольно тягостного молчания.

— Это странно, — наконец произнесла Ада, опуская руки. Выглядела она немного уставшей. — Совсем ничего не слышу от второй части артефакта, хотя я уверена, что в него вплетены очень сильные чары.

— Значит, его здесь нет, — пожал я плечами, выдавая самое простое и логичное, как мне казалось, объяснение.

— Не обязательно, — возразила Ада. — Возможно, мы просто находимся недостаточно близко. Эта комната огромна.

— Очень надеюсь, что нам не придется перебирать все эти завалы, чтобы это проверить, — я брезгливо оглядел горы хлама. От одного вида этой помойки руки опускались, а в нос бил вездесущий запах пыли и тлена.