Ашер 7
Шрифт:
— Да, регент Краскон, — уверенно кивнул Байрон своей рогатой головой. Вид у него был такой, будто он каждый день ручается за всяких «сильнейших из сильных». — Мало того, что я сам был свидетелем многого из того, что, по словам Кларка, он совершил. Мой собственный отпрыск был им спасен задолго до того, как он… то есть, я… стал тем, кем являюсь сейчас.
— А что он такое? — поинтересовался этот «человек-динозавр». Чешуйчатые выступы над его глазами, что-то вроде бровей, дернулись вверх, и это, скажу я вам, выглядело довольно… впечатляюще. И немного жутко.
— Он самый что ни на есть
— Ой, ну спасибо, Байрон, — я снова ухмыльнулся, чувствуя, как уши слегка теплеют от такой неприкрытой лести. Хоть и приятно, черт возьми.
— А почему бы и нет? — встрял Эндрю Роджер, Ашер-кролик, шустрый малый, который в прошлом году выиграл гонки. Он как раз тянулся к десертному блюду — какая-то замысловатая конструкция, похоже, печенье в виде веток, с которых можно было срывать «листья» из глазури. Эстеты, блин. — Он и так мой главный кандидат на пост главы Бронзовой Гавани.
— Ох, ну… — я потер затылок, изображая смущение, а сам украдкой заглянул в кружку — не осталось ли там еще медовухи. Эта сладкая дрянь приятно расслабляла.
— А что насчет Бронзовой Гавани? — тут же вскинулся регент Краскон. Ушки на макушке, или что там у него вместо ушей.
— Разве вы не слышали? — Байрон снова влез вперед, не дав мне и шанса как-то смягчить ситуацию или отшутиться. Ну вот любит он меня «продвигать». — Макс прищучил там коррумпированного магистрата и теперь главный претендент на его место.
— Мой голос за него! — тут же поддакнул Эндрю Роджер и картинно звякнул своей кружкой с кружкой Лорда.
Я невольно покачал головой и рассмеялся. То ли медовуха так действовала, то ли я уже привык к этим их местным «подставам», но меня даже не особо напряг тот факт, что они, похоже, опять что-то задумали у меня за спиной. Или прямо перед носом.
Но… пора бы и мне руль на себя перехватить.
— Вообще-то, Рэд, — обратился я к Роджеру, стараясь придать голосу весомости, — это за тебя все должны голосовать. — Я перевел взгляд на посла Кларка, который сидел с непроницаемым видом. — Вы, кстати, решили? Готовы взять на себя управление Усадьбой Вороновых в качестве… ну, управляющего? Надеюсь, письмо, что я послал, дошло.
— Да, — кивнул Рэд. — Хотя, признаюсь, я не совсем понял, почему вы хотите отказаться от такого знатного поместья… или от должности главы Бронзовой Гавани. Я, право, не знал, что и ответить. А потом ваши гонцы пригласили меня к вам в поместье после бала, и у меня совсем не было времени подготовиться.
— Ну, так что скажешь теперь, Рэд? — подначил его Байрон и по-хозяйски обнял свою жену, Фиби, которая и впрямь смахивала на яркого экзотического попугая — такая же яркая и, видимо, говорливая.
— О да, Рэдди, что ты скажешь? — хихикнула Фиби, сверкнув глазами. — Я, например, считаю, что из тебя выйдет прекрасный судья!
— Видишь? — усмехнулся я. — Народ требует.
— Так вы… согласны? — снова надавил на меня Эндрю Роджер, этот «человек-кролик».
— Ты знаешь здешние ашерские порядки и методы куда лучше меня, —
— Похоже, решение напрашивается само собой, — довольно хмыкнул Лорд Байрон. — То есть, если Максу, конечно, дадут добро на поездку в Дальнегорск.
— Я почти принял решение, — заявил вдруг Краскон, промокая свои чешуйчатые губы салфеткой. Салфеткой! Тираннозавр! Мир не перестает меня удивлять.
— О? — тут же оживился Кларк, его брат-посол. — И что же могло бы вас окончательно убедить, регент?
— Настоящий вызов от такого смелого человека, — пророкотал Краскон, и в его лазурных глазах блеснул огонек. — Небольшая дуэль, принятая у нас, Террианцев. Называется «Гляделки».
— Мой господин! — прошипел Кларк, и его глаза испуганно метнулись ко мне. Кажется, он не мог поверить в такую… прямолинейность своего брата. Или что-то в этом роде. Во всяком случае, его сузившиеся зрачки и беспокойно дергающийся хвост ясно дали мне понять: вызов Краскона — это в лучшем случае наглость, а в худшем — серьезный промах с его стороны.
— Что еще за «Гляделки»? — спросил я прямо у «человека-ящерицы», стараясь, чтобы голос звучал спокойно. Хотя внутри все напряглось.
— Хар! — Краскон издал какой-то гортанный, грубый звук. Я не сразу понял, что это он так смеется — его морда тираннозавра оставалась совершенно неподвижной, как маска. — Вы и впрямь смелы. «Гляделки» — это битва воли. Вы и ваш противник должны смотреть друг другу в глаза, не моргая и не отводя взгляд. Кто первый дрогнет — тот проиграл.
«Гляделки»? Серьезно? Он что, издевается? Да я в эти «гляделки» собаку съел еще в третьей по счету приемной семье! Мы там с хозяйским сыном, который был на год младше меня, часами так развлекались от нечего делать. Денег у них было кот наплакал, вот и придумывали себе забавы попроще.
— Я принимаю ваши условия, — сказал я и решительно поднялся на ноги, чтобы этот здоровяк мог смотреть мне в оба глаза, а не косить одним. Пора показать местным, кто тут чемпион по гляделкам.
— Давайте начнем, — прорычал Краскон и тяжело положил свои огромные когтистые лапы на стол.
Ну, понеслась. Я вцепился взглядом в его желтые рептильи глаза и применил все известные мне трюки, чтобы уделать этого динозавра переростка. Воздух вокруг, казалось, загустел.
Время тянулось, как резина. Пару раз я чувствовал этот предательский зуд в уголках глаз, слезы уже готовы были брызнуть, заставляя веки дрожать. Но каждый раз, как только подступала эта слабость, я начинал мысленно решать в уме какие-нибудь дурацкие задачки — делить трехзначные числа, вспоминать таблицу умножения до двадцати. Концентрация, необходимая для этих математических экзерсисов, отвлекала от физического дискомфорта и помогала игнорировать любопытные взгляды остальных — они уже все повытягивали шеи, наблюдая за нами, как за финалом теннисного матча. Глаза горели, будто в них насыпали песка.