Айко
Шрифт:
Ответа не было.
– Бросила трубку, – усмехнулся Миша. – Ну, прямо высший пилотаж. Браво, мама!
– М-да, по-моему, всё ещё больше запуталось, – заметила я и спрыгнула со стола.
Я только через пару секунд поняла, что стала ещё выше и, пока сидела на столе, легко доставала ногами до табуретки.
– Это, наверное, сейчас не так важно, но… Может, измеришь мой рост? Ты вчера сказал, что будешь это делать каждый вечер.
Миша посмотрел на меня и улыбнулся:
– Да,
Он принёс рулетку и, померив, произнёс:
– Семьдесят девять сантиметров. Мои расчёты оказались не точны, Айко.
– Почему?
– А потому, что ты растёшь быстрее, чем я рассчитывал. Такое ощущение, что кто-то включил фильм про тебя на перемотку.
– Здорово, и что теперь нам с этим делать?
– Ничего мы не сделаем, но это даже хорошо, потому что ты мне нужна полноразмерная. Иначе я один просто не справлюсь. И носить тебя в рюкзаке я не смогу – ты вон какая большая.
– И что ты предлагаешь?
– Пару дней посидеть дома.
– А как же ты?
– А я должен купить тебе одежду и обувь. Но вот какого размера? Думаю, нужны три-четыре варианта.
– Купи и себе что-нибудь, а то у тебя джинсы уже давно порванные.
– Это мода такая, Айко, – улыбнулся Миша.
Я вздохнула, услышав про моду, и сказала:
– Признай, Миш, что-то не так у вас в две тысячи двадцатом.
– Можешь не продолжать, Айко, согласен на все сто! Что-то у нас тут не так.
На часах была почти полночь, я лежала на мишином диване, а голова моя была на той самой подушке, которая ещё два дня назад служила мне кроватью. Удивительно! Неужели это всё – не сон? Ещё вчера я думала только о том, чтобы вернуться к родителям, а сейчас поняла: мы совсем забыли сегодня связаться с моей мамой в Америке. Ладно, завтра точно свяжемся. Утро вечера мудренее, как говорит папа.
Глава девятая. Красные кроссовки
– Пора вставать! – услышала я сквозь сон родной голос.
– Ну, папочка, ещё немножко.
– Айко, вставай, уже почти полдень, – всё-таки этот голос не папин.
Я открыла глаза и увидела Мишу.
– Соня ты, – улыбнулся он и положил у дивана большой пакет. – Тут одежда, а в прихожей пакет с обувью. Пока ты спала, я уже успел покупки сделать.
Я вскочила и начала всё вытаскивать из пакета. Я всегда так делала, когда папа с мамой дарили мне какое-нибудь платье или обувь.
– Джинсы? Что за странный свитер с капюшоном? Или что это вообще такое? А что, платья не было никакого? – крикнула я Мише, который уже вышел за дверь.
– Платье сейчас не модно, Айко.
Я надела джинсы, которые мне вроде подошли, но все равно сползали.
– Мне всё велико, Миш, – расстроилась я.
– Там есть ремень, – крикнул он в ответ.
Одевшись, я пошла в прихожую и достала из пакета кроссовки. Ух ты, какие красивые! Моего любимого красного цвета. Я сразу влюбилась в них.
– Буду ходить в них дома! – радостно сообщила я Мише. – А где ты всё это купил?
– Тут рядом, в детском отделе ТЦ. ТЦ – это торговый центр.
– Торговый центр… это как ГУМ?
– Да, – улыбнулся Миша, – как ГУМ. Ну вот, теперь ты не в пододеяльнике хоть. Так намного лучше на первое время.
Я посмотрела в зеркало, мне понравилось. Никогда не думала, что буду носить джинсы.
– Это, наверное, было дорого? – поинтересовалась я.
– Для нас с тобой сейчас всё дешево. Я тебе не сказал: вчера ночью я заехал опять в оранжерею и в том дереве снова нашёл кучу монет.
– А как ты туда попал?
Миша не ответил и пошёл на кухню. Я последовала за ним.
– Миша! Ответь, как ты попал туда?
– Ну, я ведь ничего оттуда не украл, – сказал мой друг, оправдываясь.
– Миша!
– Ладно, у меня были ключи. Я устроился к ним на работу. Договорился, что буду получать минимальную зарплату. У них оранжерея пока закрыта, так что лишних людей там не будет, а дерево очень монетоносно, – объяснил он.
– Ты же сам вчера сказал, что деньги не приносят счастье.
– Ну да, так и есть. Но что, если кто-то увидит монеты на дереве? Вот мне и пришлось заметать следы.
– Я боюсь, что эти деньги – и правда какое-то наказание, Миша.
– Ага, ещё какое…
– Что ты ещё придумал?
– Я машину купил.
– Машину?
– Ну да, ту, о которой всегда мечтал.
– Мой папа покупал машину два года, – вспомнила я. – Он рассказывал, как получал разрешение на неё. Это же целое дело! А ты просто пошёл и купил?
– М-да, Айко. Признай, что-то не так у вас в тысяча девятьсот восемьдесят первом.
Мы посмотрели друг на друга и засмеялись.
– Ты правда купил машину? – с энтузиазмом спросила я, наворачивая блины.
– Ага, она крутая. Глянь в окно.
Миша отодвинул занавеску, и мы прильнули лбами к стеклу.
– Вон она, чёрная. Это БМВ.
– Красивая! – сказала я. – Да уж, это не «Жигули», как у моего папы.
– Ну, знаешь, «Жигули» в твоё время были отличной машиной.
– Ты ведь прокатишь меня на ней, Миш? Ну, пожалуйста, пожалуйста.
– Ты смешная, конечно, прокачу. Это такая же моя, как и твоя машина, Айко.