Азиатка
Шрифт:
— Ты, извращенец! Опять принялся за старое? — тихо шипела староста в лицо парню. Бух! Не страдающий дистрофией парень ощутимо приложился спиной о стену.
— Ээээ, а что происходит? — поинтересовалась я у первой попавшей одноклассницы.
— А ты послушай, тут всё понятно и так, — хмуро ответила Хороми.
Я прислушалась внимательней… Ага! Ясно.
— Если ты еще раз полезешь в нашу раздевалку с камерой … — староста с неженской силой опять энергично встряхнула Оноду. — Я тебя лично отведу к директору! А перед этим сделаю так,
— Кстати, сочувствую тебе – раздался из-за спины голос Хикари.
Не поняла? Что эта сплетница и модница имеет в виду?
— Ты о чем?
— Пока ты уходила, Такаги всем объявила, что ты её заместитель и в ее отсутствие будешь выполнять все обязанности старосты.
Пушной зверек… Одни обязанности, без всяких прав… И с местным менталитетом назад все не отыграешь. Как же! Сказали слово, за него держи ответ. Шит! В этой дикой стране политики подают в отставку, не выполнив свои обещания. Придется впрягаться в помощь подруге. Я страшно ей отомщу!
Гм, а учитывая произошедшее между нами ночью, такое «повышение» выглядит… Даже не знаю как… Делают же некоторые карьеру через постель… Да что там некоторые! Всегда был уверен, что всех актрис и певиц трахают спонсоры. Про секретарш можно промолчать. Ну может и не везде и не все…
Но что бы я, так…
Запутавшись в собственных мыслях и ощущениях, машинально опускаюсь за парту.
— Флешку! И деньги за фотографии! — моя стервочка продолжала потрошить штатного извращенца класса. Тот безропотно отдал затребованное и с видом битой собаки поплелся на свое место.
Высказать Такаги все, что я о ней подумала, не успела до начала урока. Да и не стала бы поднимать личную тему при всех. Не комильфо…
На перемене Саю первым делом направилась ко мне.
— Поздравляю – мрачно выдала эта… эта… нехорошая девочка.
— С повышением? — угрюмо осведомилась я.
— С чем? А, ты об этом… Нет. Ты у нас самая популярная девушка в классе. А может и в школе. По крайней мере за твои фотографии в стиле НЮ этот извращенец просил приличную сумму денег. — с этими словами Такаги сунула мне в руку свой айфон.
Листаю снимки. Наша раздевалка, вид сверху-сбоку. Большая часть нашей женской половины класса запечатлена в разной степени обнаженности. Вот голенькая Такаги. Что я там увижу нового? Листаю дальше. А вот и я. Ракурс не удачен, но все прелести как на ладони.
О как… Рука дернулась, пытаясь смять снимок, но вовремя опомнилась. А чего я ожидала? Мальчики всегда подглядывают за девочками. А у меня есть на что посмотреть. Но без моего согласия… Теперь кто-то будет дергать свой хрен, глядя на мою фотографию и выкрикивая мое имя. Это минус…
— Так. — задумчиво уронила я. — А как ты смогла его поймать?
— На продаже фотографий поймала. Покупатель был у меня в долгу.
Серьезно у нее все. И собственная агентура в наличии.
— Ясно. А копии? Может успел скинуть кому?
— Нет – усмехнулась подруга, —
— А камеру у него отобрала?
— Нет, но это же его собственность.. — протянула староста.
Вот только я не представляю Оноду, устанавливающего камеру в раздевалке. Онода, продающий снимки – эта картина не вызывает возражений. Интуиция настойчиво сигнализирует, что в классе есть обиженный на меня очкарик. С фотоаппаратом. Дело за малым – застукать его с поличным.
Очередной урок физкультуры.
— Класс, какая главная опасность для нашего общества? — вопрошает всеми любимый учитель физкультуры, неспешным шагом двигаясь вдоль шеренги учеников.
Маленькое отличие от прошлого раза состоит в том, что стоим в теплом зале, а не на стадионе, под проливным дождем, который барабанит по окнам.
Вся группа настороженно молчит и никто не хочет похвастаться знаниями. Блин, Гермионы Гренжер на них нет. Или тут подвох в вопросе? Напряжение растет и словно вестник грядущих неприятностей с улицы доносятся отдаленные раскаты грома.
— Ямомото!!! — рявкнул мне в лицо, оказавшийся напротив педагог. Стоящие рядом девушки вздрогнули. В отличие от меня..
— Не выделяйся! Не выделяйся! — шепчет внутренний голос. Чё? Может еще подпрыгнуть на месте? Обойдется…
Так какая главная опасность для Японии? Перенаселенность? Цунами? Взрывающиеся атомные станции? НИФИГА.
— Не знаю, господин учитель. — сообщаю ему с самым равнодушным видом.
— ИНДИВИДУАЛЬНОСТЬ! — восполняет мою неграмотность педагог, попутно комментирую мою тупость.
Ага, она самая. Типа вместе, все, как одно бьются наши сердца… А инакомыслящих к стенке. И вообще, мы живем в самой лучшей стране мира…
Эту мысль я додумывал стоя под турником. Ну не идиот ли учитель, пославший девушку подтягиваться? К сожалению этикет не дает возможности поинтересоваться этим напрямую…
Короткий прыжок вверх. Пальцы обхватывают перекладину турника. Вроде вишу свободно. Ощущаю как потянуло вверх обтянутую топиком и майкой грудь. Вот парням радость…
Тело свободно идет вверх до касания подбородком перекладины. Один. Еще раз. Руки исправно сгибаются, поднимая тело вверх. Еще раз. Шесть, восемь, десять. Хватит. С мягким толчком приземляюсь на пол зала. По слегка удивленному виду физрука понимаю, что снова выделилась. Редкая девушка подтянется десяток раз… Ксо!
Толчок!! Аудиторию сильно встряхнуло подземным толчком. По полу и столам забарабанили упавшие из шкафов книги. Одна из них прилетела точно Ёдзоре в затылок. Вроде и не сильно, но девушка охнула и потеряла равновесие. Прокатившись по полу, сбивая стулья и столы, Микадзуки впечаталась в стенку. Эту занимательную картину я наблюдала распластавшись по полу, прикрываясь столиком от падающих предметов. Хикари вцепилась в меня, как в спасательный круг.