Бальзам Авиценны
Шрифт:
– Скажи, пусть придут завтра, - приказал Мирадор.
– Это полиция, синьор, - напомнил Титто.
Фиш на цыпочках подошел к Мирадору и зашептал ему на ухо. Тот выслушал и согласно кивнул.
– Иди в ту комнату, - Эммануэль подтолкнул итальянца в спину, - и запрись со стариком. Если начнут ломиться, перережь ему глотку и брось тело в окно.
– Там решетка, - возразил обстоятельный южанин.
– И чего это с синьором Робертом?
– Не вздумай дотронуться до старика даже пальцем, - прохрипел англичанин.
– Если хоть один волос упадет
– Иди-иди.
– Нотариус вынул из замка ключ и сунул его в руку Титто.
– Делай, как велено. Не то старик и тебя угостит, как Роберта.
– Ну да?
– Глаза южанина полезли на лоб от удивления: слепой старик поверг в прах молодого здорового мужчину!
– Идиоты!
– хрипел Роберт.
– Не трогайте слепого! Он ищет смерти, чтобы вместе с ней обрести свободу! Вы хотите помочь ему?
– Титто, старика не трогать, - распорядился Мирадор и обратился к англичанину: - А ты, если не вовремя откроешь рот... Даже секретная служба не даст тебе тогда второй жизни! Фиш, впусти ищеек!
Итальянец закрылся в комнате с шейхом, а нотариус кинулся вниз и вскоре вернулся с пожилым офицером и двумя солдатами. Роберт уже сидел на диване, а напротив устроился в кресле Мирадор. Со стороны они выглядели как два приятеля.
– Чем обязаны вашему посещению?
– поприветствовав офицера, спросил француз.
– Синьоры.
– Полицейский откашлялся.
– Кто из вас несколько дней назад прибыл в Геную на корабле «Благословение»? Предупреждаю, что у нас имеются точные приметы этого человека.
Он выразительно посмотрел на англичанина и кончиком большого пальца поправил поседевшие усы, всем своим видом давая понять: запираться бесполезно!
– Это я, - невозмутимо признался Роберт.
– В чем дело, господин офицер? Я не нарушил никаких законов вашего королевства.
– Предлагаю вам, синьор, пройти вместе с нами.
– Полицейский сделал приглашающий жест в сторону дверей.
– Мое начальство желает побеседовать с синьором путешественником.
– Не могли бы мы уладить возникшие недоразумения прямо здесь?
– Мирадор левой рукой демонстративно достал пухлый бумажник, но офицер отвернулся, вздохнул и как отрезал:
– Нет!
– За такие шутки на Островах вам свернут шею, - тихо прошипел Роберт.
– Я здесь ни при чем, - шепотом огрызнулся Мирадор.
– Если откроете там свою пасть, вам тоже несдобровать.
– Если меня задержат, вытащите, - поднявшись, тихо попросил англичанин.
– Или будем сидеть вместе.
– Обещаю помочь, - выдавил из себя Мирадор и громко предложил: - Бокал вина или сигару, офицер?
– Благодарю, - отказался полицейский.
– Нам еще нужно осмотреть дом. Что у вас тут?
Он подергал ручку двери смежной комнаты. Француз и англичанин переглянулись. Фиш тут же нашелся:
– Там наш слуга и его больной отец. Не хотелось бы их беспокоить.
Офицер недовольно дернул щекой и положил руку на эфес сабли. Мирадор нехотя дал второй ключ. Дрожащей рукой Эммануэль вставил его в замок и повернул:
Отстранив нотариуса, полицейский сам открыл дверь и заглянул в комнату. Там на оттоманке лежал старик, а около него сидел средних лет мужчина. Он радостно осклабился при виде офицера и подмигнул:
– Добрый день, капитан! Заходите, не бойтесь, папаша слеп и глух, вы его не разбудите!
Полицейский подозрительно всмотрелся, но заметив, что грудь старика мерно вздымается при дыхании, закрыл дверь и обернулся к Фишу:
– Кто еще в доме?
– Больше никого. Кухарки не держим, и вообще мы здесь проездом.
Офицер оказался дотошным и вместе с Эммануэлем облазил весь особняк. Солдаты как истуканы торчали в гостиной, не спуская глаз с Роберта.
– Помните, вы обещали, - по-английски напомнил он, когда его уводили.
– Вы тоже, - ответил Мирадор.
– Прошу без разрешения властей не покидать город, - на прощание предупредил полицейский.
– В противном случае возникнут неприятности.
– Спасибо за предупреждение, - поблагодарил Мирадор с самой безмятежной улыбкой.
– Всего доброго.
Эммануэль пошел проводить полицейских и Роберта. Когда он вернулся, Мирадор раздраженно мерил гостиную шагами.
– Тайная служба короны!
– От ярости он брызгал слюной.
– Свинья! Вляпался в какое-то дерьмо со своей тайной службой и теперь может испортить нам всю обедню.
Титто скромно сидел на стуле у дверей комнаты шейха и чистил кончиком навахи под ногтями. На его губах блуждала улыбка.
– Ты будешь его вытаскивать?
– прямо спросил нотариус.
– Придется, - вздохнул Мирадор.
– Но с каким удовольствием я послал бы его к дьяволу и уехал: пусть сам выпутывается как знает.
– Далеко ли уедем?
– мрачно заметил Фиш.
– Ладно, помолчи, - оборвал его Мирадор.
– Нас осталось трое. По очереди будем дежурить у старика, а в город выходить по одному, чтобы двое все время были в доме. Я вызову надежных людей, и если нам придется все-таки задержаться здесь из-за этой свиньи Роберта, они помогут охранять пленника.
– Чего бояться?
– Эммануэль зевнул.
– Синьор Лоренцо получил девку обратно целехонькой и успокоился. Остается лишь мифический русский, но он давно потерял наш след.
– Посмотрим, - процедил Мирадор.
– Провизия на Титто, он же сегодня ночует со слепым. Все!
Титто сложил нож, притащил постель в комнату старика и устроил себе ложе на полу у дверей. Он многое слышал о доне Лоренцо и считал, что тот вряд ли успокоился: месть - святое дело для любого моссадиери, кем бы он ни был: доном, главой моссади или простым стрелком. Что же касается русского, то о нем Титто никогда ничего не слышал. Правда, генуэзцы утверждали, что этот парень отважен и хитер, как дьявол, но ведь он не итальянец и не моссадиери! Если бы он родился в Неаполе или на Сицилии, тогда да. А что такое русский? Он никто!