Банкир
Шрифт:
— Я надеялась, что, может быть, мы проведем лето в нашем доме на Мичигане.
— Вы четверо. Мне будет довольно-таки сложно ездить туда и обратно.
— Я думала, — сказала она, — что, может быть, ты захочешь взять месячный отпуск.
— Не знаю, как я…— Палмер замолчал, посмотрел себе в тарелку и немного подумал. — Думаю, нам лучше поговорить об этом сегодня вечером. После совещания.
— Чудесно, — быстро и с облегчением согласилась Эдис.
Палмер взглянул на часы: 8.20. Он встал.
— Я ненадолго. — Он прошел в кабинет, сверился со своими записками,
— Да? — ответил тихий, усталый старческий голос.
— Мистер Лумис? Это Вудс Палмер.
— Одну минуту. Я посмотрю, дома ли мистер Лумис.
Палмер сел в кресло за письменным столом и потянулся к полупустой пачке сигарет. Первая мысль об этом звонке пришла к нему среди ночи, когда он проснулся от неприятного сновидения. Его настолько захватила эта идея, что он встал, сделал заметку на листе бумаги и, поднявшись утром, снова начал над ней думать. Теперь он уже не гордился ей, как это было с ним ночью, но в данный момент стоило попробовать любое, любой способ подхода к Лумису. Самое главное было в том, чтобы предложить что-нибудь, а не просить. И что самое важное: выдать это в последний момент, когда остается считанное время до собрания, у Лумиса уже не будет времени раздумывать над предложением.
— Доброе утро, мистер Палмер, — ответил еще один старческий, но энергичный голос.
— Благодарю вас, что подошли к телефону, мистер Лумис, — начал Палмер. — У меня для вас есть идея, по-моему полезная.
— Это что-то новенькое. — Голос Лумиса стал тонким из-за прозвучавшего в нем сарказма. — Но сначала скажите, увижу ли я вас сегодня утром на собрании акционеров?
— Увидите.
— И еще, прежде чем я услышу вашу идею, сколько она будет мне стоить?
Палмер засмеялся, надеясь, что его смех звучит естественно.
— Почему бы сначала не выслушать идею? Тогда, может быть, у вас появится своя собственная, которая мне тоже понравится.
— Говорите.
Палмер чиркнул спичкой и закурил сигарету.
— Ваши люди еще не придумали какого-либо реального способа прекратить расследование сенатской комиссии?
— Нет. А вы придумали?
— Может быть.
— И я получу эту идею без всяких условий?
Палмер выдохнул дым в люминесцентную лампу.
— Конечно.
— Просто подарок одного джентльмена другому? — настаивал Лумис.
— Во многом именно так.
— Но я, сэр, не джентльмен. А вы, сэр, банкир.
На этот раз Палмер рассмеялся более естественно.
— Идея весьма проста. Почему бы не поговорить с генералом Хейгеном?
— О чем?
— О слиянии.
На другом конце провода наступила тишина. Потом:
— Вы обсуждали это с Эдди Хейгеном?
— Нет.
— Просто вы, так сказать, по доброте душевной пришли ко мне со своей идеей? — спросил Лумис.
— Не совсем так, — признался Палмер. — Вот уже несколько дней я размышляю, как бы я сам выпутался из этого положения, будь я на вашем месте. Этот путь кажется мне вполне реальным.
— Хейген ваш друг. Какова, по-вашему, будет его реакция?
— Не имею понятия. Мы с вами можем обсудить это за ленчем,
— Д-да. — Потом больше для себя, чем для Палмера, Лумис сказал: — Очень интересно. Если мы сольемся, Гаусс будет работать на Джет-Тех, и подкомитету, ведущему расследование, нечего будет расследовать. — Лумис долго молчал. — Не могу сказать, чтобы я всегда одобрял ход вашей мысли, мистер Палмер, но иногда я восхищаюсь результатами.
— Почти то же я чувствую в отношении вас, мистер Лумис, — ответил Палмер. — Скажите, сэр, как вы считаете, есть ли у вас возможность выбора линии поведения на сегодняшнем собрании акционеров?
— Д-да. Я могу начать колебаться и поднять общий шум. У меня есть поддержка.
— Моя идея успешного поднимания шума, — сказал Палмер, — заключается в следующем: необходимо иметь очень прочную базу дома для того, чтобы позволить себе поднять шум вне его. Вы тоже так считаете, мистер Лумис?
— Давайте не морочить друг другу голову, — ответил тот. — Я обещаю вам мирное собрание, если вы обещаете серьезное отношение Хейгена к слиянию.
— Что ж, услуга за услугу. Давайте на этом и порешим.
— С одной поправкой, — добавил Лумис. — ЮБТК должна возвратиться к просьбе Джет-Тех о займе.
— Та же сумма и те же условия?
— Я оставляю это на ваше усмотрение.
— Тогда сумма и условия будут другими.
— Мистер Палмер, все в ваших руках.
— Спасибо, мистер Лумис.
— Пожалуйста, мистер Палмер.
— Мы поговорим об этом попозже сегодня, мистер Лумис.
— С нетерпением жду этого, мистер Палмер.
— До свидания, сэр.
— До свидания.
Палмер потушил сигарету и вскочил с кресла. Ухмыляясь, он направился в столовую.
— …Дурацкие лекции по половой гигиене и все такое, — жаловался Вуди.
— Если кому-нибудь это и нужно, — возразила Джерри, — так это тебе, нахал.
— Посмотрите, кто заговорил, — загудел ее брат.
— Что такое половая гигиена? — спросил Том.
— Прекратите, — сказал Палмер. Он повернулся к старшему сыну. — Вуди, это еще один тонкий подход к вопросу о деньгах? Потому что, если ты и какая-нибудь девочка…
— Вудс! — прервала его Эдис.
Лицо Вуди стало ярко-красным. Он постарался скрыть это, опустив голову и внимательно изучая содержимое своей тарелки. — Перестань, пап, — пробормотал он. — Я просто рассказывал, как глупо ведут себя девчонки в классе. В городе есть еще какая-нибудь школа, куда можно перейти на следующий год?
— Какое-нибудь высшее ремесленное училище, — доброжелательно предложила Джерри.
— Кто-нибудь может заставить ее заткнуться? — спросил Вуди.
— Я считаю, что лекции о половой гигиене — сплошная потеря времени, — заявила Джерри. — У нас они только что начались. После занятий одна из девочек закончила оставшийся курс за какие-нибудь пять минут. Даже включая детали, вроде оберточной пленки и прочей чепухи.
Палмер нахмурился:
— Каких деталей?
— Прозрачная пленка, в которую заворачиваются завтраки, — объяснила Джерри. — Повальное увлечение всех подростков. Правда, Вуди?