Бархат
Шрифт:
Но Габриэль настойчиво продолжала. Вообще-то она не собиралась заводить этот разговор, но они так чудесно проводили время вдвоем, что Габриэль, забыв о своей осторожности, заговорила. Точнее, слова как будто сами вырывались наружу.
– Я просто подумала, что, может, тебе не пришел в голову такой вариант, – прошептала графиня, целуя Прайда в ухо.
– Не делай этого, Габриэль, – ответил лорд, отдернув голову. – Мне не нравится.
– Тебе не нравится, когда я целую тебя в ухо или когда
«Отдал пенни, отдашь и фунт», – вертелось в голове у девушки.
– Последнее, – заявил Натаниэль. – Это не твое дело, и ты не имеешь права использовать ситуацию после… после того, чем мы тут занимались весь день.
– Мне кажется, это называется – любить друг друга. – Габриэль села. – И я вовсе не использую ситуацию. Но на вещи можно смотреть и с другой стороны, а мне кажется, что ты иногда бываешь близорук.
Прайд вздохнул:
– Я буду тебе очень благодарен, если ты впредь не станешь обсуждать мои дела с прислугой.
Габриэль глотнула. Разве она этим занималась?
– Мисс Приммер была очень расстроена. Я лишь спросила ее, в чем дело. – В ее голосе прозвучали нотки обиды.
– И тогда она изложила тебе все свои проблемы, надеясь на твою отзывчивость и на то, что ты сможешь повлиять на меня? – продолжил Прайд.
Графиня вздрогнула:
– Все было совсем не так. Эта бедная женщина вовсе не собиралась меня использовать.
– Ради Бога! – не принял ее оправданий Прайд. – Тоже мне, бедная женщина! Ты выслушиваешь ее причитания и теперь считаешь меня жестоким и злым хозяином, который гонит на все четыре стороны эту несчастную, бездомную овечку!
– Прекрати! – потеряла терпение Габриэль. – Все совсем не так, и ты прекрасно знаешь. Она все время говорила о твоем великодушии, но ее, как и всех нас, беспокоит Джейк. Даже тебя – его отца!
Она смотрела на него сквозь рыжую копну спутанных волос, упавших ей на лицо.
Натаниэль соскочил с кровати.
– Да, представь себе, «даже» меня. По-моему, ты уже достаточно сказала, Габриэль. Если мы хотим оставить хорошее впечатление от сегодняшнего дня, то нам сейчас лучше разойтись и остыть.
Так далеко заходить не следовало. Если она не будет осторожнее, то их идиллия кончится куда быстрее, чем за две недели.
Не говоря ни слова, Габриэль выбралась из постели, подобрала разбросанное белье и голая направилась к двери, ведущей в ее покои.
– Только не забывай, что это ты сказал: «страсть не может существовать в пустоте», – промолвила девушка, уходя. Она очень осторожно прикрыла за собой дверь.
Натаниэль про себя проклинал все на свете, оглядывая комнату, смятые простыни и остатки их сладострастного пикника. Страсть без прошлого и будущего. Кого, черт возьми, они обманывали?
Глава 10
Сообщение
Габриэль смотрела на листок бумаги, на изящный почерк Натаниэля. Ярость волной поднялась в ней – такая же мощная и ясная, как фонтаны в садах Версаля.
Конечно, она знала это. Но сейчас девушка держала в руках подтверждение. Глаза ее горели. Прежде она и не представляла, что будет так потрясена.
Сообщение лежало в свертке с личными документами – записками, бесстрастными заметками об удачах или провалах разных дел, проводимых под руководством лорда Прайда. Это был профессиональный дневник тайного агента. И в нем было найдено подтверждение тому, что лорд Прайд имел отношение к убийству Гийома.
Габриэль глубоко и медленно вздохнула и оглядела спальню Натаниэля. Вечерние, тени скрывали углы этой небольшой комнаты. В спальне почти нельзя было угадать пристрастий того, кто в ней обитал, обстановка была спартанской.
Дом подозрительно затих. Часы из золоченой бронзы, стоявшие на камине, пробили четыре. Натаниэль, отправившийся вместе с управляющим осматривать свое имение, не должен был вернуться раньше наступления темноты, нельзя упускать такой шанс. Еще много документов следовало бы прочесть, но на обыск комнаты Прайда ушло почти два часа, потому времени оставалось немного и не стоило после удачи делать ошибки.
Габриэль просунула сверток назад, в тайник верхнего ящика туалетного столика. В ящике было двойное дно.
Графиня укладывала сверток точно так же, как он лежал, когда она приподняла ложное дно. Габриэль вложила на место второе дно ящика и аккуратно разложила в том же порядке, что и раньше, льняные галстуки. Она специально развернула один из галстуков, чтобы убедиться, что там нет скрытых ловушек, но не нашла ничего подозрительного.
Девушка вновь посмотрела на ящик, припоминая, все ли она расположила правильно. Кажется, все сделано, как надо. Тогда Габриэль задвинула ящик и вытащила из кармана небольшой пакетик с мельчайшим белым порошком.
Графиня прикусила губу и сосредоточенно нахмурилась, покрывая поверхность столика тонким слоем порошка – чтобы все было, как до ее прихода.
Габриэль была так увлечена заметанием следов, что едва не пропустила опускающихся сумерек. Но она делала все очень тщательно, чтобы не допустить ошибки, которая едва не произошла при взломе сейфа. Впрочем, графиня умело пользовалась всякими специальными приспособлениями, которыми обычно пользуются шпионы, поэтому использовать порошок для сокрытия следов не составляло для нее труда.