Барон
Шрифт:
– Почему? – не выдержав молчания, спросил я.
– Да потому, что моя смена штамповать эти демоновы амулеты! Матушка нас от самых нудных избавила, слава Спасителю, но остались «арбалеты», защиты, рации, и спрос на всё это скоро резко подскочит. Не задумывался над этим? Нам всем ночевать придётся в лаборатории!
– Что предлагаешь? – Я успокоительно положил руку ему на плечо.
– Рассекретить часть штампов. На них и обычные люди могут работать.
– Не знаю… Надо посоветоваться со всеми. Если с клятвой, то… почему бы и нет?..
Я задумался.
– Советуйся, – друг постучал по моей руке, – я говорю: «За». Долго не тяни.
Я не стал тянуть и связался через разговорник со всеми нашими. Рон, как обычно, осторожничал, зато Агна, Лиза и Агнар обеими руками за.
«Некоторых юношей можно впоследствии попробовать инициировать, а пока пусть поработают. Лиза, Витар, у вас есть на примете смышлёные парни, которые вам в рот смотрят?» – спросил Агнар. По голосу чувствовалось азартное возбуждение.
«Полно!» – самоуверенно ответила Лиза.
«Вот и займись их устройством на работу. Человек шесть, думаю, для начала хватит. Клятва о неразглашении обязательна. Сама составь и прими», – распорядился я.
«Ну вот, нашла себе заботу», – привычно проворчала Лиза.
«Разумно», – неожиданно подал реплику Рон. Он находился в очередной командировке, но уже завтра планировал отправиться домой. Через Смигул, там он определил последнюю точку найма.
Лиона, как обычно, молчала. Не то чтобы ей было безразлично, просто она не до конца ещё въехала в наши проблемы и проблемки.
«Я иду озадачивать Семуса подбором помещения, а вечером чисто мужской труд по переноске штампов, заготовок и так далее. Лиза и Лиона, на вас – укрепление помещения: замки, стены, окна и „отражение” не забудьте. Все свободны», – подытожил я это импровизированное заседание.
Семус долго искал нужную нам комнату и в итоге остановился на старой столярной мастерской с небольшим складом.
– Давно хотел перевести её в новое здание, да всё руки не доходили. Здесь и не работают почти.
Мастерская располагалась в одноэтажном пристроенном флигеле. Вход в него был как со двора, так и из особняка, из коридора недалеко от спуска в подвал.
«Таскать будет удобно», – решил я, и Семус стал организовывать рабочих на освобождение помещений:
– Очистить полностью склад и мастерскую. Куда всё перетаскивать? На новый склад, кладовщику объясните. Нет, я сам с ним поговорю. Станки, верстаки и всю мебель в новую столярку, место там есть, если правильно расставить. Там мастер распорядится.
– Стоять! Верстаки, столы, стулья, лавки-табуретки оставить, – встрял я в раздачу наряда. – И шкафы, если они есть. Только чтоб пустые были.
– Слышали? Приступайте.
Дело завертелось.
– А что там будет, ваша милость, если не секрет? – поинтересовался управляющий.
– Филиал лаборатории, – значительно ответил
– А! – изобразил понимание Семус.
А может, действительно понял, он мудрый старик.
Вечером мы, мужчины, разбирали штампы в лаборатории, а женщины укрепляли новую амулетную мастерскую. Новая только по названию, а на деле новыми были только крыша, окна и двери. Стены деревянные и кое-где подгнившие. На них уже было наложено укрепляющее заклинание на основе Жизни и Воды – для прочности дерева и от пожара, это мы ещё месяца три назад постарались, а сейчас женщины дополнительно перекрывали стены, окна, двери, пол и потолок с крышей усиленной «каменной пеленой». На новой виртуальной ауре все эти плетения прекрасно сочетались.
Вот и ещё одна диссертация нарисовалась. Сколько их уже – не счесть. Если задаться целью и вынести всё на суд магической общественности, то мы автоматически станем мастерами, если не магистрами, а наше сообщество запросто удостоится звания… школы – стопудово.
На двери и окна Лиза «повесила» замки собственной модернизации со сканерами ауры. Причём даже с открытыми рамами оконные проёмы пропускали исключительно воздух. Почти без пыли! И плетения задерживались, и материальные объекты размером больше… хотели молекулы, а получилось мельчайшей пылинки. Вот тебе и супернанофильтр. Ещё одно открытие, чтоб его!
Витар рассчитал «ячейки» при помощи собственных стихий и самостоятельно составленным алгоритмом. Я просто написал ему размер: десять в минус девятой степени. У него тогда ещё глаза на лоб вылезли, и, разумеется, рассчитать до такой маленькой величины не получилось – стихии «запутались» в квантовых явлениях, но до микрон – вышло. Всё это делалось для разработки «отражения» и в то время не пригодилось, зато теперь Лиза от души поблагодарила «умненького Витарчика».
Около полуночи Лизия сообщила:
– Готово, мальчики, тащите.
И мы понесли то, что успели разобрать. Повозиться пришлось до самого утра. Зато под утро филиал был готов. На верстаках стояли собранные штампы, в шкафу и на полу аккуратно сложены заготовки, а на складе лежали сделанные ещё в лаборатории артефакты.
– Что ж мы раньше не додумались! – посетовал Агнар. – Здесь и работа на свежем воздухе, и лаборатория освободилась, хоть пляши.
– Сам-то понял, что сказал, и почему раньше не додумались? – подколол я его.
– Это я так, по-стариковски радуюсь.
– Пойдёмте хоть немного поспим, – предложил я сквозь зевоту. – Лиза, чтоб завтра шестеро молодцов как штык здесь стояли. Кровь из носу!
– Какая кровь?.. – удивилась Лиона.
– Не обращай внимания, привыкай. У него иногда случаются приступы, – успокоила подругу Лиза. – Пойдёмте в самом деле спать.
Молодцы стояли возле флигеля под вечер следующего дня. Вернее, четыре молодца и две молодицы. Всем лет по шестнадцать – семнадцать, и всех я знал. Не по именам, а в лицо. Пятеро были детьми дворни: ремесленников, прачки и конюха. Один из посада, сын «нашего» торговца бывшего крестьянина из Хлудова. Молодёжь тушевалась.