Башня Крови
Шрифт:
Я закончил фразу за него:
— …никогда не знаешь, как всё обернётся.
Похоже, и улыбки, которыми мы обменялись с отцом, были очень похожи, так что своё желание я озвучил со спокойной душой:
— Я хочу кое-что поискать в этих пещерах, ждите меня, скажем, два дня.
Отец прищурился, с недоумением спросил:
— Что ты хочешь найти? Это единственный тайник. Нет, я тебя понимаю, сам, когда узнал об этом месте от отца, потратил месяц, обыскав здесь каждый закоулок. Так что уверяю тебя, Лиал, здесь нет ничего, кроме
Это было очень интересное и важное дополнение, но оно лишь заставило меня повторить:
— Два дня. Это недолго.
Отец покачал головой:
— Терсия меня прибьёт.
Я вновь улыбнулся:
— Вали всё на меня, отец.
— Думаешь, она поверит? Скорее обвинит, что моя кровь в тебе становится всё сильней, у тебя появилась моя привычка к тайнам, — не дожидаясь ответа, отец махнул рукой и потребовал. — Оставляйте метки. У солдат должны быть…
Я перебил его:
— Я пойду один.
На этот раз отец молчал дольше. Молчал, не сводя с меня взгляда. Наконец, кивнул:
— Ладно. Ты явно что-то скрываешь, но это я пообещал Терсии покончить с тайнами, а у тебя всё впереди. Не знаю, уж, что ты тут собираешься в одиночку искать целых два дня, но дело твоё, главное, не забывай оставлять метки, рисуй крест, искать тебя, случись что, будет ещё той морокой.
Я коротко кивнул, кажется, снова повторяя за отцом это жест и так же коротко поблагодарил, за всё сразу:
— Спасибо.
Отец только отмахнулся.
Едва я шагнул в узкий проход, что вёл прочь из тайника, как тень тут же зашептала:
— Сюда, сюда, господин.
Но свернула не налево, откуда мы и пришли, а направо. Печально. Но я уже начинаю свыкаться с мыслью, что Дом Денудо хранит в своём прошлом много тайн. Интересно, тот владетель Денудо, что первым откликнулся на клич Вириаста Справедливого очистить Дома королевства от ихора Безымянного, сделал это искренне или же он так пытался скрыть своё прошлое и защитить себя и своих потомков? Если второе, то он сумел это сделать. Вириаст Справедливый так и не нашёл в моём Доме следов крови Оскуридо. Слепец.
Факел я давно потушил, следовал за тенями не шагом, а мчался Шагами, только и успевая выбрать, куда ставить ногу, чтобы не упасть во время бешеной гонки. Вот это тренировка, так тренировка, ещё сложней, чем в горах Ожерелья.
Особенно тяжело приходилось там, где осыпи и обвалы перегородили и без того узкие проходы. Мне пришлось проскальзывать в них буквально в прыжке или падении, втискивая тело между камнями и сводом или между камнями и полом, заставляя крепкий шёлк одеяния трещать.
Но я только прибавлял и прибавлял скорости, выжимая из Шагов и своего тела всё до предела.
Едва успел остановиться, чтобы не разбить себе лоб в тупике.
И что это значит?
Из каменной стены вынырнули тени, в несколько голосов потребовали:
— Господин, сюда!
Я вздёрнул бровь, не скрываясь, спросил:
— У меня, в отличие от вас,
— Господин, это не камень. Обман. Идите за нами.
Я подхватил из-под ног камушек, запустил его в тень. Он прошёл сквозь неё и ударился о стену, отскочил почти ко мне, но тень лишь снова потребовала:
— Сюда, господин. Это обман.
Ничего себе обман.
Шагнул вперёд, вытягивая руку. Тень тут же отпрянула, скрываясь в камне. Кончики пальцев, что тянулись вслед за ней, неожиданно провалились сквозь скалу. Я замер на месте, пошевелил пальцами, согнул руку, вызволяя их из камня. Целые.
Уже смелей шагнул вперёд, стараясь не моргнуть в момент, когда голова нырнула в камень.
Какая-то пелена перед глазами на мгновение, и я снова вижу. И стою при этом по другую сторону каменной стены. Отсюда она выглядит точно так же — несокрушимой и надёжной преградой. О таком я не слышал. Впрочем, я много о чём не слышал. Но если бы такая “дверь” стояла на тайнике Дома Денудо, то и нужды в охране не было бы.
Впрочем, воины Дома узнали о нём скорее потому, что отец не хотел терять времени, таская доспехи в одиночку. Посвящение Хранителям, конечно, делает идаров сильней, но не настолько, чтобы уподобиться быку. Тут скорее бы подошли те древние Кровавые воины, что были созданы из простолюдинов. Вот уж кому силы не занимать, таскают на себе доспехов на четверых, но при этом неимоверно быстры.
Туннель за тупиком оказался коротким, в полсотни шагов длиной и вывел в большую и сухую пещеру.
Но главное здесь было не её размеры, а то, что находилось в середине.
Небольшая квадратная площадка, поднятая над уровнем пола пещеры. На ней, словно на пьедестале, возвышалась статуя в два человеческих роста.
Мужчина в пике сил. Широкие плечи, лёгкая улыбка на губах, уверенный взгляд. Удивительно, но он своей уверенностью и гордостью неуловимо напоминал Адалио.
Все мои тени выстроились двумя рядами перед площадкой, передний короче, задний многочисленней и длинней, а затем опустились на колени. Теперь, когда после Кровавого и Визира они стали гораздо плотней и чётче, это легко уловить. Да и какие другие причины того, что все мои тридцать теней вдруг стали ниже? Погрузились в камень пола?
Остаётся лишь один вопрос:
— Это Оскуридо или… Ребел?
Многоголосый шёпот был мне ответом:
— Это Предок Ребел.
Я кивнул, с удвоенной силой принявшись всматриваться в статую. Совершенно непохоже на статую Хранителя. Там вместо лица безликая маска с прорезями глаз, непонятная балахонистая одежда, в руках зажат меч клинком вниз в самом уважительном из вариантов приветствия.
Здесь же шёлк идаров, в этом нет сомнений. Меча нет ни в руках, ни на поясе, как нет и каких-либо украшений, гербов или вышивки, которую скульптор изобразил бы в камне. Зато есть с избытком таланта, вложенного в фигуру и лицо.