Башня Тишины
Шрифт:
Глава 10
– Да ты просто глупец! – Керис нервно оглядел помещение харчевни "Застенчивый единорог". В это время женщина-прислужница в грязном переднике поставила перед ними на стол тарелки с жареным мясом и хлебом. – Мы ведь могли давно быть в пути!
– Независимо от того, как скоро мы отправились бы в путь, конные патрули все равно настигли бы нас. – Антриг спокойно налил себе из глиняного кувшина вина и посмотрел на матовый стеклянный фонарь, отбрасывавший длинные оранжевые полосы света, – ведь все эти воины ни за что не станут рисковать быть пойманными в таверне во время столь ответственных
– А у нас что, есть общий враг? – рука Кериса с чаркой повисла в воздухе.
– Я более чем уверен, что он есть, если хорошенько поискать, – улыбнулся расстрига-кудесник. – Или же мне надлежит сказать "Выпьем за здоровье императора?" На другом конце зала какой-то подвыпивший человек в зеленом плаще громким голосом обсуждал насущные проблемы со своими двумя собутыльниками. Их стол был уставлен опустошенными кувшинами и бутылками. С улицы уже слышался скрип повозок, крики домашней птицы и визг свиней, которых волокли на рынок.
Керис, ничего не говоря, осушил чарку. Джоанна, сидя на скамье между двумя своими спутниками, резала изогнутым ножом, словно позаимствованным у какого-то пирата, свою порцию жаркого. Конечно, ей тоже не слишком хотелось задерживаться в Кимиле, но она была очень довольна тем, что Антриг настоял на задержке в городе – тут можно было хотя бы более-менее сносно позавтракать.
Из Дома Волшебников Антриг повел их, как ни странно, в круглосуточно работавшую общественную баню.
– Ну скажите, кто подумает, что беглецы от Инквизиции могут плескаться в общественной бане, где всегда полно народу? – вопрошал Виндроуз. Джоанна промолчала, а Керис заметил, что это довольно двусмысленный аргумент. Когда Джоанна, смыв с себя грязь последних дней, вышла из благоухавшей кедровым деревом парилки, то ее ожидал сюрприз – розовая кофточка, голубая юбка и чепец.
Все это за время ее отсутствия Антриг приобрел у торговца одеждой, который предлагал свой немудреный товар прямо в бане. Проявил он заботу и о Керисе – послушник теперь непривычно щеголял в коротких крестьянских штанах, серых чулках и кафтане из грубой ткани.
Антриг ожидал их неподалеку от входа в баню – он тоже предусмотрительно переоделся в одежду, которая в местных условиях не так бросалась в глаза, как джинсы или рубашка с названием рок-группы. Впрочем, на нем остались те самые башмаки, которыми Антриг обзавелся на вечеринке у Гэри.
– Ты, наверное, уже готов преодолеть большой участок пути, как волк зимой, – обратился чародей к Керису, – но я не готов, да и Джоанна, наверняка тоже!
Подожди, к вечеру все, кто сейчас прочесывает местность, устанут до черта, да и народу на улицах будет больше! Так что мы не привлечем к себе лишнего внимания!
Вот тогда-то и можно будет отправляться!
Керис посмотрел на Антрига, но ничего не ответил. Джоанна вдруг подумала: Керис уже понял, что он больше не предводитель их небольшого отряда, но все же старается держаться начеку – его недоверие к чародею еще не улеглось. К тому же Антриг все еще считался как бы его пленником. Вот только в данный момент он не мог никуда доставить Антрига – Совета Кудесников наверняка больше не существовало. Керис еще раз, растерянно, взглянул
– Очень полезная штука, этот мед, – сказал Виндроуз, – а вы знаете, что в Меллидэйне ученые варят из меда вещество, в котором консервируют разные живые диковинки, чтобы они хранились для последующего изучения? – Тут он согнул руку с хлебом под таким углом, чтобы видеть, как солнце освещает золотистую поверхность медового слоя. – Древние сааряне полагали, что мед – это слезы богини Хелибитар.
Они смешивали мед с кусочками золота и миррой, принося это в жертву богине. Мед используется и в других целях. Вы, конечно же, знаете, что люди Церкви разыскивают и послушника архимага, который сражался с чудовищем на болоте. А разыскать его они смогут по этому вот признаку, – и Антриг вдруг притронулся рукой к шраму на щеке Кериса.
Парень отшатнулся от неожиданности.
– Но на моем плаще есть капюшон! – пробормотал он растерянно.
– Интересно, носят ли нормальные люди в теплую летнюю погоду капюшон, – вздохнул Антриг.
– Ты в самом деле сражался с чудовищем? – спросила Джоанна Кериса, вспоминая синяки, которые просвечивали через дыры в его одежде. – И убил его?
Девушка чувствовала некоторую неловкость. Ни один ее знакомый в жизни не убил никого крупнее обычного таракана. По крайней мере так они говорили.
– Не совсем так, – сказал послушник, отхлебывая пива из глиняной кружки, – вообще-то это чудовище убил мой дедушка! Он сделал так, что в воду болота ударила молния, которая на самом деле называется электричеством. Послушай, а в вашем мире существует электричество?
– Ну конечно! – Джоанна старательно пережевывала жесткий кусок говядины. Горячая баня и сытная пища влили в нее свежие силы. Она не спала уже целые сутки, к тому же большую часть этого времени пришлось провести на ногах – шагая ли по дороге или убегая от преследователей. И тут она вдруг подумала – а уж не принял ли Антриг во внимание и то обстоятельство, когда сказал, что нужно выждать и пока не отправляться в путь? Но вслух продолжала: – Весь наш мир зависит от электричества! Электричество управляет всем – освещением, радио, телевидением, компьютерами. Что не возьми, почти все делается при помощи электричества!
– И та самая музыка? – осторожно поинтересовался Керис.
– И музыка тоже! – рассмеялась девушка. – Только мне кажется, что Иоганн Себастьян Бах очень сильно оскорбился бы, если вдруг кто-то при нем назвал этот набор звуков музыкой. Но, впрочем, звуки тут ни при чем. Просто инструменты также работают за счет электричества. А звуки создаются электрической силой, смешиваются и записываются опять же электричеством. Вот как! От человека зависит только, в какой последовательности эти звуки сменяют друг друга!
Все три путешественника снова сидели в той же харчевне. На противоположном конце обеденного зала двое собутыльников ушли по своим делам, оставив третьего сидеть наедине с пивными кружками и винными бутылками. Третий набрался столь основательно, что, казалось, у него не хватит сил подняться с места. Вдруг в полуоткрытую дверь ворвался ветер, взъерошивший волосы Керису. Послушник инстинктивно резко обернулся назад, чтобы убедиться, что в харчевню не вошел никто подозрительный. Хотя с улицы и несло конским навозом и отбросами, этот воздух все равно был свежее душной атмосферы харчевни.