Базз
Шрифт:
Сегодня утром это показалось мне хорошей идеей, но теперь, когда я стою здесь, кажется иначе. Может, стоит подождать, когда раны затянутся? Вдруг я только подолью масла в огонь? В костер.
Но собираясь уходить, я бросаю взгляд на свою татуировку, которая убеждает меня сделать задуманное. Я вспоминаю вчерашний разговор с Софией. Пришло время стать хозяином своей судьбы. Пришло время сделать шаг вперед, а это, безусловно, шаг в правильном направлении. Их впереди еще огромное множество. Я должен сделать это не
Делаю глубокий вдох и нажимаю на дверной звонок. Через полминуты, как раз в тот момент, когда я собираюсь нажать его во второй раз, дверь распахивается. Глаза Джона расширяются от шока, но быстро сужаются от гнева. Его нос разбит и распух от того удара. Все эмоции последних нескольких дней отражаются на его лице.
— Тебе здесь не рады, — шипит он. Ненависть исходит из каждого его слова.
Я перевожу взгляд на его сжатые кулаки.
— Я здесь не для драки, Джон.
— А что тогда надо?
— Поговорить.
— У меня нет желания с тобой разговаривать. Я даже видеть тебя не хочу.
— Я знаю, нам никогда не стать друзьями, но мы можем хотя бы быть вежливыми? Давай отбросим в сторону наши разногласия.
— Нет, — отвечает он. — Не хочу иметь с тобой ничего общего и больше никогда не хочу тебя видеть.
— Ну, возможно, тебе придется. Это может быть неизбежным.
— О, я постараюсь избегать тебя любой ценой.
— Послушай, я знаю, как тебе сейчас больно. Если ты хоть немного чувствуешь то, что я чувствую к Лори...
Он поднимает руку.
— Позволь мне тебя прервать. Моя девушка... — он останавливается и поправляется. — Моя бывшая девушка, благодаря тебе, беременна. Это тоже благодаря тебе. Ты даже не представляешь, как мне сейчас больно, — блокирую дверь ногой, когда он пытается ее закрыть.
— Понимаю. Ты забываешь, что пару дней назад я считал, что ребенок твой. Мне еще никогда не было так хреново.
— Ну, он не мой, всё? А теперь убери свою гребаную ногу.
Я не слушаюсь.
— Нам стоит оставить разногласия позади и поставить Лори на первое место.
Он распахивает дверь и делает шаг наружу.
— Я всегда ставил Лори на первое место, даже когда знал, что она трахается с тобой, — он указывает на меня пальцем. — Верно, я знал все это время. Не знаю, понимаешь ли ты, как подло поступал, или тебе было насрать, но я знал. Я любил ее достаточно, чтобы поставить ее на первое место. Даже сейчас я ставлю ее на первое место, — он качает головой, его гнев рассеивается и превращается в разочарование. — Жаль, что она не смогла поставить мои чувства выше твоих.
— Прости меня, Джон.
Ужасный ли я человек, потому что до сих пор не задумывался о его чувствах? Или я просто слишком сильно люблю Лори? Я не шутил, когда говорил, что хочу ее любой ценой.
Он недоверчиво смеется.
— О,
— Победил? Это не игра.
— Да брось! Хватит притворяться и будь честен хоть раз в жизни. Ты не интересовался ее жизнью, пока не узнал, что она встречается с со мной.
— Неправда.
— А как только мы с тобой познакомились, ты пытался всеми силами доказать, что способен ее отбить. Поздравляю, ты добился чего хотел.
— Ты ошибаешься. Лори не со мной.
— Супер! Надеюсь, и не будет. Ты ее не заслуживаешь.
— Ты прав, я ее не заслуживаю. И вряд ли заслужу. Но, клянусь Богом, я буду любить ее.
Он маниакально смеется.
— Любви недостаточно, и однажды она это поймет, — он собирается закрыть дверь, но передумывает. — Скажи мне вот что... Ты нарочно обрюхатил ее?
Я делаю шаг назад, словно его слова ударили по мне.
— Что? Конечно, нет.
— Ты хотел заманить ее в ловушку, не так ли? Подловить ловца?
— Ты понятия не имеешь, о чем говоришь.
— Думаю, это все твоя альфа-хрень. Ты хотел предъявить на нее права, пометить ее как свою, и выбрал единственный для тебя возможный способ. Заделал ей ребенка, так что теперь, благодаря тебе, у нее будет багаж.
— Багаж? — меньше чем через секунду мы оказываемся катастрофически близко друг к другу. — Ты назвал моего ребенка багажом?
— Что, снова меня ударишь, крутой парень? В пятницу нос все-таки не сломал, так что давай, попробуй еще раз.
Я хочу. Чертовски сильно этого хочу.
— Не смей больше говорить о них в таком тоне, — я начинаю пятиться. — Я пришел извиниться, но совершенно очевидно, что ты не готов к этому. Я ухожу, пока не натворил чего-нибудь, о чем потом пожалею.
— Я их никогда не приму, — кричит он. — Лори — лучшее, что у меня было, и я потерял ее из-за тебя. Никакие извинения не способны это компенсировать.
Он хлопает дверью у меня перед носом, пока я обдумываю его слова. Он, кажется, не понимает, что это улица с двусторонним движением и что я с легкостью могу сказать о ней то же самое.
За исключением одного.
Лори есть и всегда будет лучшим.
Наконец я разворачиваюсь и обещаю себе, что никогда не буду оглядываться назад.
Глава 28
Сегодня ровно неделя со дня аварии Лори.
Это была самая длинная неделя в моей жизни и, без сомнения, одна из самых тяжелых. Все еще больно. Все это время мне приходилось останавливать себя, чтобы не искать встречи с Лори. Несмотря на то, что мне не нравится быть вдали от нее, я хочу показать ей, насколько серьезно отношусь к просьбе дать ей время, о которое ей нужно. Поэтому молча надеюсь, что его ей необходимо будет не слишком много.