Белое Солнце
Шрифт:
— Почему ты не вышла замуж? — спросил Нисабу Георгий через день после приезда тинийцев. — Ты почему молчишь?
Она печально покачала головой, сказала со вздохом:
— У меня нет жениха, и скорее всего уже никогда не будет. Я никому не нужна…
— Почему?
— Я дочь тамкара. Я должна была выйти замуж за сына тамкара. Мой отец, сказал, что когда он продаст товары и вернется домой, то будет моя свадьба. Но отец не вернулся. У нас мужчина не отвечает за долги женщины, но женщина всегда отвечает за долги своего мужа. Отец взял на судно много чужого товара. Товар отца и других тамкаров
— Каких детей? — не понял Георгий. — Разве у тебя есть дети?
— Ты, господин, каждую ночь наполняешь своим семенем мое лоно. У меня будут дети, у которых не будет законного отца. Судьба их будет не завидной.
Видишь, господин, у меня никогда не будет счастья, света и солнца в этой жизни…
Георгий посмотрел Нисабе в глаза:
— Хочу спросить тебя. Скажи, я тебе нравлюсь?
Она посмотрела на Георгия, отвела глаза:
— Почему, господин, ты спрашиваешь об этом?
— Я хочу взять тебя в жены, Нисаба!
Она застыла, печально подняв уголки рта:
— Господин, я твоя служанка. Лу-тур. Ты спишь со мной каждую ночь. Тебе мало этого?
— Я хорошо подумал. Я хочу, что бы ты стала моей женой! — повторил Георгий. — Я тамкар, ты — дочь тамкара. Я очень богат, но у меня нет женщины.
— Ты говоришь это из-за жалости ко мне?
— Нет! Я видел других дочерей тамкаров, и никто кроме тебя мне не понравился. Мне нужна красивая жена, такая как ты, что бы я смотрел на нее и радовался ее внешности. Когда я иду по улицам Унуга и вижу других женщин, то я вскрикиваю от ужаса и пугаюсь их вида!
Она слабо улыбнулась и сказала:
— У меня нет приданного. Ты знаешь это.
— Оно у тебя будет! — пообещал Георгий. — Если ты согласна стать моей женой, то ты снова станешь хозяйкой в родном доме.
Она покрылась легким румянцем.
— Я согласна, господин.
— Не называй меня так больше, — попросил Георгий. — Мое шуму — Георг. Называй меня так!
— Да, Георг! — послушно ответила Нисаба.
Георгий встал и, обняв, поцеловал девушку, потом взял ее за руку и повел вниз, где их ждал обед.
Георгий привычно уселся на свое место и приступил к еде. Немного утолив свой голод, он взглянул на Нисабу, которая прятала свои счастливые улыбки, низко склоняя голову. Георгий повернулся к Ушшум-Анна и сказал:
— Ушшум-Анна! Я хочу дать тебе поручение.
— Да, господин мой?
— Сегодня же сходишь к резчику печатей и закажешь себе печать!
— Зачем слуге нужна печать? — удивился Ушшум-Анна. — Что я буду с ней делать?
— Ты должен заработать на приданное своей сестре! — сказал многозначительно Георгий. — Ей уже давно пора выйти замуж. Кто как не брат, должен заботиться об
— Но что я могу сделать? — горько усмехнулся Ушшум-Анна. — Я сейчас твой раб-шуб.
— Ты должен стать тамкаром, — объяснил Георгий, косясь на Нидабу, — как и твой отец. Ты ведь знаешь многие знаки письма?
— Почти все рисунки, которые используют в торговле.
— Вот и хорошо! — обрадовался Георгий.
Нунмашда молчавшая, вдруг заговорила:
— Тамкаром? — переспросила она. — Прости, господин, но это невозможно. У нас нет товара и не на что приобрести его.
— Для того кто лицезрел Иннану-Ануннака нет ничего невозможного, — бросил Георгий. — А спрашивать я начал об этом не просто из любопытства. Сегодня твоя дочь Нидаба изъявила желание стать моей законной женой. Так что я теперь вам прихожусь родственником…
— Это правда, господин? — Нунмашда решила, что ослышалась, а Ушшум-Анна как то странно и недоверчиво посмотрел на Георгия.
— Это истинная правда, госпожа! — подтвердил Георгий, наслаждаясь произведенным эффектом, который он вызвал. — Скажи, Нисаба, что это так!
— Георг хочет взять меня женой! — сказала Нисаба и отчаянно покраснела.
Она назвала хозяина по имени и тем самым привела самое сильное доказательство его правдивости.
Ни Нунмашда, ни Нисаба и Ушшум-Анна не могли даже представить, что такое может произойти. Они себя сдерживали, не смея радоваться, боясь, что это окажется сном или злой шуткой. Но Георгий не шутил. Он переждал, пока все свыкнуться с мыслью о сообщенной им новости и снова заговорил:
— Ушшум-Анна, река Буранун еще судоходна. Дождей и холода еще нет. Мои кейторы вернулись с Ура и возвращаются в Альси. Мы собираем огромный караван судов с нашими товарами для отправки в Праутад. А обратно он пойдет груженый только лесом. Драгоценные кедры и сосны. И поведешь груз ты, Ушшум-Анна.
В Праутаде получить такое количества дерева очень дорого. Надо отдать очень много своего товара. Но этот лес нам ничего стоить не будет. Мои кейторы сделают так, что хурриты сами срубят лес и притащат на пристань к кораблям. Ты оплатишь лишь загрузку леса на суда и привезешь бревна в Унуг. Это не трудно. Понял меня?
— Понял, господин, — кивнул Ушшум-Анна. — Но как можно получить столько леса, ничего не дав взамен?
— Это не твоя забота! — сказал Георгий. — Главное для нас доставить лес целым на пристань Унуга. Когда привезешь его, отправишь ко мне гонца. Я расплачусь за доставку и продам товар. С прибыли, четвертая часть дохода будет твоя. Согласен?
Ушшум-Анна, будучи сыном тамкара прекрасно осознавал, каким богатством является доверенный ему груз. И когда он примерно понял, сколько он получит за свою работу, он не выдержал и вскричал в восторге:
— Да, господин! Я согласен! Я все сделаю, как ты приказал! — и, обратившись к матери, сказал:
— За один речной харран я получу столько, сколько наш отец получал за три солнечных круга!
— Если справишься, то я возьму тебя к себе помощником, свободным тамкаром, — продолжал Георгий. — Будем торговать вместе! Но не забудь о приданом для сестры! Что скажут о нас уважаемые люди города Унуга, если я возьму себе жену, не имеющую приданного? Это будет вечный позор для нашего дома, для меня, для Нисабы на всю жизнь. Мне это приданное вовсе и не нужно, но надо сделать так, что бы все в Унуге знали, что Нидаба как будто получила его из твоих рук…