Белое Солнце
Шрифт:
Незнакомец ответил: «Нет тут ошибки. Нет в поклоне моем грубой лести или, что хуже, насмешки. Ты — Нинлиль, ищешь мужа, которого ануннаки забрали своим приговором в царство смерти. Шуму мое Нингишзида, я ануннак многоликий. Все, что рождается, то образ свой вечный имеет. Я хранитель вечного образа. Поэтому я тебя знаю. Знаю я всех живущих людей. Я пришел к тебе по веленью Энлиля, и хочу дать совет. В смерти ворота ты входи, спиной повернувшись, и ничего с тобой не случится. Потому, что не увидевший смерти, с жизнью не может расстаться».
Страшно было Нинлиль, когда в ворота теней царства шагнула,
Заговорила юная дева: «Не умер мой муж, но волей богов живой провалился под землю. Его хочу я с собой увести обратно на землю».
«Твой муж приговором богов попал в смерти обитель» — Нети, страж ворот ей возразил — «Ты же пришла добровольно. Никогда не случалось такого. Нет тебе дальше дороги. Не могу я тебя пропустить дальше ворот, закон богов не нарушив. Но если в честной борьбе меня одолеешь, — не скажет никто, что пропустил тебя без принуждения — и можешь продолжить свой путь».
Смутилась дева Нинлиль. У Нети, ростом с тростник, грудь как скала неприступная, не нужна ей из меди защита. Руки, с могучими мышцами, обвиты венами, словно плющом пальмовый ствол. Женщина тонкая станом, разве может с мужем подобным тягаться на равных. Но недаром известно, что мужчина, кичащийся силой, спасует, там, где женщина слабая победу одержит.
Скинула с головы черную шапку Нинлиль, рассыпались длинные волосы, водопадом струясь по спине, глаза затуманились дымкой, что в горных вершинах бывает, приоткрылись зовущие губы.
«Не смогу я тебя победить, Нети, могучий. Но послушай. Средь красавиц Двуречья я первая буду. Сотни мужчин тщетно моей любви добивались. Из-за моей красоты муж мой попал в царство мертвых. Посмотри на меня, разве я не прекрасна? Можешь телом моим обладать, но за это ты меня обещай у ворот не задерживать после».
Так сказала она. Нети быстро на бедрах шебарту свою размотал и Нинлиль от одежды избавил. Нети тяжел был, иначе делать боялся. Словно верхом проскакала на диком онагре Нинлиль. В мире мертвых время не движется будто, но миг наступил и Нети выбросил семя. Обильно наполнилось лоно Нинлиль жизненной влагой, приняла она и силу стража ворот, силу мужскую.
«Если по воле богов у тебя ребенок родится», — ей Нети сказал — «Неодолимым он станет бойцом, силой равный богам. Ни один среди смертных и даже богов не сравнится с ним в умении палицей биться или кинжалом или совсем без оружья».
Семь ворот миновала Нинлиль, и вышла к болоту, которое ей на пути стало преградой. Болото источником было подземной реки, окружающей царство Кур-ну-ги. Хотела Нинлиль по болоту пройти, но увидела, как напишту, какого-то смертного, попыталось над ним проскочить, лишь бы обитель Эрешкигаль побыстрее покинуть. И в болоте бесследно исчезло. Опечалилась сильно Нинлиль. «Если такую бесплотную, тени подобной напишту, легкой как пух, болото
Вдруг увидела Нинлиль рядом с собою стража-хранителя подземного озера. Хумут шуму его было. Старец с пронзительным взором, сдвинув кустистые брови, спросил юную деву: «Вижу, что не мертвая ты. Но как ты смогла здесь оказаться?»
Нинлиль ответила: «Я мужа ищу, но как перейти это болото не знаю. Помоги на другую сторону мне попасть страж Хумут. Одна домой не могу я вернуться».
Подумал Хумут и ей в ответ произнес: «Ты красотой сравнима с Инанной. Тот, кто тебя увидел хоть раз покоя надолго лишиться. Я же бессмертный и предстоят мне вечные муки, вспоминая твой образ прекрасный. Если смиришься и тело свое мне в дар предоставишь, то я проведу тебя через это болото». Ответить Нинлиль не успела. Хумут развернул ее, заставил нагнуться. Движением бедер Хумут к обнаженному телу прижался Нинлиль, соединяясь с ней в порыве любовном. Долго Хумут утолял свою страсть, но миг наступил, и наполнилось лоно Нинлиль влагой обильной. И еще приняла Нинлиль силу хранителя, силу мужскую. Сказал ей хранитель болота подземного мира: «Если по воле богов у тебя ребенок родится, то умом и хитростью он и богам не уступит. Многие тайны, что недоступны смертным мужам, ему ведомы будут. Я обещанье свое исполняю. Теперь смело ступай через болото».
Нинлиль прошла по воде, как по суше и на твердой земле оказалась. Миновала болото она и дальше пошла по дороге к смрадной реке, что окружала смерти обитель.
Реку Нинлиль увидала, где черный как ночь Ур-Шанаби в лодке стоял, на весло опираясь. Через реку мертвых возил он души умерших, доставляя их на суд Эрешкигаль. Увидел Ур-Шанаби Нинлиль к нему подошедшую и спросил ее: «Разве не знаешь, что я не могу переправить на берег другой тело твое полное жизни? Перевожу я только души людей, умерших в землях Суммэрк. Кто погребен по обычаю предков, тот только сможет в лодке этой на берег другой переплыть. Остальным недозволенно это. Так боги решили, и их повеленье я нарушить не в праве».
«Но мой муж на другом берегу», — сказала Нинлиль, — «и не умер он, а провалился под землю. Если и я окажусь на другом берегу рядом с ним, что может случиться?»
Ур-Шанаби, верный слуга Эрешкигаль, подумав, сказал ей в ответ: «Видно ты не из глины, раз сумела пройти через семь ворот мимо Нети. Ты смогла пересечь болото стража Хумута, которое никто из богов-ануннаков никогда не мог перейти. Богиня великая ты, а не смертная дева. Уж не Инанна сама? Но всем известно, что за труд награждают. Готова ты дать мне награду?»
«Знаю, какая награда прельщает тебя, Ур-Шанаби», — сказала Нинлиль чей голос прекрасен и бедра свои обнажила. Лодочник бросил весло и приблизился к деве.
Ноги Нинлиль поднялись вверх подобно двум мачтам судна морского, что застигнуто бурей в море безбрежном, волн удары в борта свои принимая. Но когда просочилась обильная влага в лодки трюм, шторм утих, и приняла Нинлиль в лоно свое семя и силу мужскую. Переправив Нинлиль на ту сторону реки, ей сказал Ур-Шанаби: «Если у тебя по воле богов ребенок родиться, то никакие болезни его не коснутся, и он будет бессмертным как боги».