Беловодье
Шрифт:
— А, Ромка! Слышал, что ты вернулся. Почему не заглядываешь?! В Темногорске черт-те что творится. Полный бардак.
Повелитель темных сил уже протянул водному колдуну руку, но тут заметил у Романа на мизинце перстень с зеленым камнем. Гавриил руку отдернул, глянул на свой палец — охранный перстень не надет — и поспешно сунул руку в карман халата.
— Ты уж извини. Не в форме.
Роман усмехнулся, сел на диван, обитый черным бархатом. Хозяин прошелся по просторному холлу.
— О здешнем дерьме слышал уже? — спросил Гавриил, останавливаясь перед Романом. — Об обручах этих и грядущем Синклите, где мы друг друга будем душить?
— Зачем? —
Гавриил расхохотался.
— А ты шутник. Зачем душить? А чтоб всем нам кирдык. Причем полный. — Казалось, Гавриилу весело было, что всем темногорским колдунам теперь полный кирдык. — Как схватимся, такой пляс пойдет! Слышал, что пятерых колдунов поймали, как собак подзаборных? Обруч на башку — и ребята в полной прострации. Хотя клянутся, что сила из них неизбывная по-прежнему так и прет.
— Да, конечно, слышал. Только речь шла о троих. — Роман вновь коснулся кармана. Никакого эффекта.
— Нельзя Синклит проводить. Иначе почти всем хана. Кто посильнее, выпрыгнет из ловушки, а остальные всплывут кверху брюшками.
— Да ты поэт… И рифмы какие оригинальные. Но насчет Синклита согласен.
Гавриил хмыкнул:
— Ты первый, кто согласился со мной. Все остальные уроды надрываются, вопят: проводить!
— Чудодей просил передать тебе это. — Роман достал из кармана один из обломков и протянул Гавриилу. — Часть того обруча, что пытались надеть на меня. Здесь задействованы четыре стихии. Но водная стихия ничего мне поведать не пожелала. — Роман помолчал. — Надеюсь, тебе удастся найти ответ, кто за всем этим стоит.
Гавриил взял осколок, повертел в пальцах.
— Возможно, я что-нибудь и надыбаю. Только не думаю, что хозяин обручей настолько кретин, чтобы в подобной штуке след оставить. Послушай, Роман… — Гавриил спрятал осколок в карман халата. — Тебе не доводилось встречаться с Медоносом?
— Доводилось.
— Ну и как? Что конкретно? Он сильный колдун? Или шарлатан, как прочие наши темногорские жулики?
— Думаю, что сильный. Но меня волнует другое: он пытался убить моего друга, а меня…
— Подрался с ним, значит?
— Считай, что так.
— Кто кого побил? Ты его? Или он тебя?
— Я жив, как видишь! — Роман усмехнулся.
— Вижу, что в Синклите собралась кучка долбанутых чуваков, которые хотят поставить во главе очень сильного колдуна, такого сильного, чтоб за его спиной творить мелкие пакости и ни за что не отвечать. И чтобы не только никто в одиночку, а даже мы все сообща не могли его скинуть. Совсем очумели, уроды.
— Они не понимают, насколько это опасно. Слишком сильный колдун во главе Синклита скрутит остальных и не даст им колдовать.
Гавриил пожал плечами:
— Я-то чую опасность. А у других колдовской маразм. Многим вообще все по барабану. Так вот, у меня есть сведения, что таковых грандиозных кандидатур две. Первая — это Медонос, вторая — Градислав Трищак. Но если, как ты говоришь, Медонос слаб, то черт с ними, пускай. А вот Трищака я боюсь.
— А ты?
— Черного мага ни за что не поставят во главе Синклита.
— Думаю, на самом деле нет деления на черную и белую магию. Колдовские силы едины.
— Всем по барабану, кто и как действует на самом деле. Представь только, какой хай поднимется, если во главе Синклита встанет черный! Нет, наши темногорские трусы ни за что не станут рисковать. Итак,
— Однажды он показался мне очень сильным колдуном. Но в другой раз — очень слабым.
— Ну, ваши байки напарили меня. Остальные болтают точно такую же хрень: сегодня силен, завтра — колдован долбанутый.
— Как бы то ни было, я против его кандидатуры.
— Я тоже. — Гавриил улыбнулся. — Тут надо не прощелкать главное. Конкретно, на Синклите поддержишь меня?
— Глава Синклита — Чудодей, — напомнил Роман.
— Пока.
— До того, как его переизберут!
— Все уже определено — ему не дожить до Синклита. Дергаться бесполезно — будущее к стенке приперло. Так что нечего на Чудодея залипать. Трищак или Медонос — вот наше конкретное будущее.
— Послушай, грош нам цена, если мы не можем его будущее переиначить!
— Аглая Всевидящая клялась любимой крысой, что дергаться бесполезно. Видела она Чудодея откинувшим копыта.
— А я и не знал, что наше будущее определяет Аглая Всевидящая.
Гавриил рассмеялся:
— К счастью — пока нет. Но против Рока не попрешь.
— А я попробую.
— Зря. От натуги пупок развяжется.
— Помоги мне.
Гавриил отрицательно покачал головой:
— Ты что, не въезжаешь, сколько надо потратить на это сил? А каков результат? В итоге все захапает Трищак. Или этот долбанутый Медонос. Ромка, мы поможем Чудодею, если сохраним Синклит, а не просрем все и отдадим Темногорск в руки пришлых, таких как Трищак. В конце концов, Чудодей — колдун. Так пусть от колдовской напасти сам себя защищает!
Роман вышел из дома Гавриила с тяжелым сердцем. Если Аглая Всевидящая предсказывает Чудодею смерть, то дело плохо. Вообще говоря, Роман Вернон должен был признать скрепя сердце, что был к Аглае несправедлив. Будущее она предсказывать умела. Да, нередко ошибалась в других случаях. Но когда речь шла о смерти — никогда.
Может, и прав Гавриил и сделать уже ничего нельзя. Напротив, пытаться глупо…
— И все-таки я попробую, — бормотал Роман Вернон, возвращаясь домой. — Наперекор всем.
— А ты уверен, что не Гавриил Черный надевает на колдунов обручи? — спросил Стен, выслушав рассказ колдуна.
— Я уверен лишь в себе да еще в Чудодее. Но Михаил Евгеньевич доверяет Гавриилу. Или тебе что-то известно?
— Ничего конкретного.
— Попробуй еще раз сосредоточиться и нащупать будущее.
— Не могу. Кабинет же замкнут от внешних сил.
Стен замолчал. Эта пауза и спасла Романа. Ожерелье дернулось, предупреждая об опасности. Роман инстинктивно отшатнулся. Удар, которым Стен мог вырубить его мгновенно, пришелся в пустоту. Расчет был прост: обездвижить колдуна физически, а уж потом выпить все силы — как говорится, «до дна души». Применить к старому другу заклятие изгнания воды Роман не мог. Подобное заклинание даже в слабой форме убило бы Стена. Хорошо, в кувшине была пустосвятовская вода. Заклинанием Роман мгновенно сплел из нее водную плеть. Витая рукоять удобно легла на ладонь. Взмах, и хвост водной плети закрутился вокруг Лешкиного запястья. Роман Вернон рванул плеть на себя, пытаясь повалить противника. Не тут-то было! Стен перекувырнулся в воздухе. Один невероятный прыжок — и он уже возле Романа. Вплотную. Коснуться ожерелья и обездвижить! Но Алексей был куда быстрее. Удар в солнечное сплетение заставил колдуна согнуться пополам. Дыхание прервалось. Стены кабинета поплыли куда-то…