Бенсон
Шрифт:
– И что случилось?
– подгоняла я.
Она вздохнула и быстро потерла лицо, впервые выглядя неловко. Морщины проявились на ее моложавом лице.
– Он не уходил. Его пару раз выгоняли на улицу. Унижали. Он был небритым и грязным, как бомж. Он говорил, что за ним идут люди, хотят от него денег, и он боялся за жизнь. А потом его нашел работник отела. Мертвым. Повещенным на двух полотенцах в комнате горничных. Два дня спустя. Как вам это?
Она улыбнулась, но вымученно, и я не спешила отвечать тем же. Мне было не по себе.
Я
– Что такое?
– спросила я его. Не сдержалась.
Пэм взглянула на него. Мы огляделись, но ничего не увидели.
– Гости, что видели его, - она продолжила уже тише, глядя на перегородку, - говорят, что в той комнате ходит мужчина, бормочет под нос. Замечая человека, он пытается сказать что-то или записать. Но не выходит ни слова, и гости пугаются, а призрак расстраивается. Порой он исчезает, а порой летит на гостей и… пшик.
– Это будет запоминающийся визит, - тихо отметил Декс.
Пэм нервно рассмеялась, а потом встала.
– Боюсь, мне придется оставить вас. Долг зовет.
Декс опустил камеру и коснулся ее руки, остановив на половине шага. Очевидно, что она хотела покинуть комнату. Я хотела идти за ней.
– Где та комната горничных?
– спросил он.
Пэм опустила взгляд на ноги.
– Зачем она вам?
– Мы не можем не осмотреть место, где он повесился. На полотенцах. Я, конечно, могу сложить лебедя из полотенца, но петлю?
– Я бы показала, но мне уже надо…
Она искала поддержки у меня, а он забрал ключи из ее руки. Он показал ей ключи.
– Просто скажите, какой ключ от этой комнаты, и мы сами ее найдем.
– Декс, - начала я, не желая, чтобы он переходил грань. Он был порой невыносим. Он не послушал меня и улыбнулся Пэм так, что у меня уже подкосились бы ноги.
– Ну же, Пэмми, ты же хочешь, чтобы у нас все получилось. Паркеру мы здесь не нужны. Нужно дать мужчине место.
Ее губы дрогнули, пока она думала. Декс подмигнул ей, и она покраснела. Я закатила глаза.
– Хорошо, - пробормотала Пэм и забрала у него ключи. Она покрутила их и сняла один ключ с кольца, отдала ему.
– Это внизу. Ключом откроете грузовой лифт, он вас туда доставит. Но ключ вернете, ладно?
– Конечно, - он улыбнулся и сжал ключ, чтобы она не передумала.
Она посмотрела на меня, и я пожала плечами.
– Мы не будем ничего ломать и пугать гостей, - сказала я. Хотелось добавить, что мы обещаем, но я знала, что мы не можем ничего обещать. Разрушения преследовали нас с Дексом, куда бы мы ни шли. Такой была охота на призраков, ничего не поделать.
Я видела, что Пэм это не нравится, но она промолчала. Она покинула комнату и закрыла за собой дверь. От этого с ламп полетела пыль.
Я медленно выдохнула и посмотрела на Декса. Он пристально смотрел на меня.
– Что?
– спросила я.
– Хочешь выключить свет?
Он приподнял камеру, и я поняла. Мы будем снимать в темноте? Я знала, что хочу сказать, но и
– Оставь свет, - сказала я.
– Нам стоит выключить его.
Я знала это.
– Тогда зачем меня спрашивать, если ты все равно все сделаешь по-своему?
– Чтобы ты чувствовала свое участие, - сказал он, звуча удивительно искренне. Он спрятал ключ в карман брюк и улыбнулся мне.
– И ты знаешь, что съемки в темноте придают напряжения.
– И вызывают страх умереть молодой, - парировала я.
– Двадцать один - уже не мало, малыш. Ты почти пережила Джеймса Дина. Если ты…
Я вскинула руку.
– Хватит. Просто покончим с этим.
– Известные слова Перри.
– Декс. Заткнись.
Теперь он закатил глаза. Я ощутила холод со стороны гостиной, и я тут же потерла ладони и руки. Там точно что-то происходило, и я не спешила узнавать. Но мне нужно было это сделать.
– А если оставить свет там?
– спросила я, указав на лампу. Остальной номер, включая ванную и гостиную, освещал тусклый свет. Так будет достаточно жутко. Но не так темно, чтобы у меня началась паника.
– Как пожелаешь, - сказал Декс, и мне не нравилось то, что он не боится. Все же он всегда смотрел на все сквозь объектив. Он не видел ужасы так близко.
Ох и работа. С одной стороны, я часто пугалась малейшей вещи, молилась, что не столкнусь с призраком (или оборотнем, ведь я знала, что они есть). С другой стороны, если я с чем-то столкнусь, эпизод будет крутым. Во многих таких шоу не показывали толком ничего, а мы не хотели быть такими же, как они. Мы были выше них, так часто говорил Декс. Я не знала, верит ли он в свои слова, но если мы что-то необъяснимое снимем, просмотров станет больше, и нам будет лучше.
Вот только ради этого блага я едва ли не мочилась в штаны каждый раз.
– И… - начала я.
– Пойдем туда, - он положил сильные руки на мои плечи и подвинул меня, чтобы я оказалась перед ним и камерой. Я не хотела, чтобы он отпускал, но он сделал это.
– Я отодвигаю ширму, ты быстро говоришь о том, что сказала Пэм, а потом пройдешь туда. Я сразу за тобой.
– А фонарик?
– Я буду твоими глазами. Готова?
Я кивнула, расправила плечи и глубоко вдохнула. Обычно мы все делали один раз, и я быстро рассказала о том, что мы делаем в отеле «Бенсон», и что хотим найти в комнате 818.
А потом я повернулась к темноте гостиной. Не знаю, как такое возможно, но там словно стало еще темнее. До этого я могла различить диван, стол и вход в ванную. Теперь я ничего не видела. Только ширму с просвечивающей тканью, вызывающую ужасное чувство, что за ней кто-то есть, кто-то ждет, когда я войду.
Декс кашлянул, я должна двигаться. Я была прикована к месту, но передвинула ноги, хотя каждая клеточка кричала не делать этого.
Как-то я сделала это. Я шагнула в пустоту, ощутила вокруг холодный воздух. Нет, это был даже не поток. Меня словно ударило невидимой рукой.