Бэйр

Реброва Алёна Дмитриевна

— Я и не так стар, — возразил Дейкстр, криво улыбаясь.

Невозможно описать мой восторг, когда, наконец, из-за очередного поворота показалась площадь, которую заполонили лавочки с разноцветными пологами. Отовсюду доносились звуки музыки, крики продавцов и покупателей, смех детей, а откуда-то шли такие запахи, что ни о какой сытости и речи идти не могло!

Лавки, люди, звуки, все мешалось в одну головокружительную разноцветную массу, которая уносила как в другое измерение, кружила в своем водовороте, не позволяя ни опомниться, ни, тем более, освободиться!

Меня магнитом тянуло к каждому новому прилавку, мне не терпелось увидеть очередной товар, хотелось запомнить все: что говорят торговцы, как ведут себя люди, как что называется, что съедобно, что несъедобно, что модно, что безвкусно, что дорого, что дешево…

Посреди всего этого мне, как айсберг посреди моря, попался бард, который сидел у прилавка с бочонками пива и запивал им свои баллады. Это был самый настоящий бард, как с картинок! Он был разодет в яркую цветную рубашку с пышными рукавами, в шапку с тонким изящным перышком, с обаятельной улыбкой романтика и хитрым взглядом расчетливого жулика. Играл он попеременно то на свирели, то на лютне, и то, и другое получалось у него удивительно красиво, мне даже захотелось остановиться и послушать, несмотря на ужасный запах перегара.

На тот момент бард пел балладу о доблестном воине, который по случайности стал избранником юной драконицы и, получив взаимность, сам превратился в золотого дракона. Но влюбленным пришлось расстаться, и после этого молодой воин долго скитался по свету в поисках любимой, пряча свое истинное обличие под широкой мантией и помогая нуждающимся. Он скитался много лет, объездил все материки, обошел все леса, забирался на самые высокие горы, но нигде не мог найти свою возлюбленную, и, как говорят, ищет ее по сей день, странствуя по Скаханну.

Баллада была такой красивой и впечатляющей, а музыка — трогательной, что мне даже удалось заставить Дейкстера дать барду пару монет.

После этого мы снова окунулись в кутерьму ярмарки, но теперь мне уже не так сильно хотелось кидаться во все стороны: в голове продолжали звучать слова баллады, занимая все мои мысли. Правда это, или сказка? Бард утверждал, что чистейшая правда, Дейкстр пожимал плечами… Так вдруг на самом деле эта сказка — явь? Раз я в мире с драконами и рыцарями, значит, можно верить почти всему, и не ошибаться… Это прекрасное чувство, которое точно не было мне знакомо раньше, на Земле.

Из мыслей о балладе меня вытащил Дейкстр, который резко ухватил меня за плечо, останавливая.

— Вот здесь купишь себе одежду.

Осмотревшись, вижу поблизости лавку с юбками, сарафанами и платьями. Продавщица — вываливающаяся из туго свернутых на талии цветных тряпок квокочущая тетка.

— Нет, это я не надену, — мотаю головой, боясь даже подойти к чудовищной торговке. — Я хочу штаны.

— Бабы в штанах не ходят, с вас их пока снимешь… Так что давай, выбирай, чего здесь тебе надо, и пойдем за кольчугой.

— Штаны с себя снять я и без тебя смогу, а это, — указываю на жуткого вида платья, — даже надеть без посторонней помощи не сумею! Так что веди меня в лавку с мужской одеждой.

— Черт с тобой, — выругался рыцарь, и мы снова нырнули в поток толпы.

Уже через несколько минут Дейкстр отыскал нужную нам лавку, где продавали

неброские, но надежные и практичные вещи.

В итоге небольшого шопинга мой костюм стал куда удобнее. Не без труда мы отыскали штаны по размеру, но все остальное найти оказалось легче легкого. Удобные сапоги не только ничего не терли и нигде не жали, но были «на все сезоны», как утверждал продавец. Тот же самый продавец, — кожевенных дел мастер, — всучил мне многофункциональный ремень с приделанным кошелем и ножнами, а так же петлями для всякого разного, и широкополую шляпу в придачу. Дейкстр заставил меня ее надеть, чтобы не было видно моего лица, которое могли узнать стражники или другие люди, заметившие где-нибудь объявление о розыске.

Штаны, высокие сапоги, широкополая шляпа (без пера, правда) и рубашка с широкими рукавами — все это создавало мне образ аля-Дартаньян. Не хватало только сабли, да плаща. Но плащ у меня был, тот самый, «из крыльев летучих мышей», а вот оружие Дейкстр мне покупать отказался, так как «еще порежусь».

Сам рыцарь купил себе кольчугу, синий, под цвет туники, походный плащ с капюшоном и побаловал себя кинжалами, с которыми он управлялся, как бог. Хвастаясь, Дейкстр показал мне пару приемов, и в итоге на нас собралась смотреть целая толпа: люди подумали, что это представление с кинжалами, и накидали мне в шляпу столько медяков, что получился десяток серебром.

На этот десяток находчивый рыцарь купил необходимых в походе вещей, фляги, котелок, кремень, лежанки, сумки и прочее.

По ходу того, как рыцарь подходил то к одному, то к другому прилавку, у меня нарастало желание попросить его еще о кое-чем для себя, но просить было страшно — вдруг откажет? В итоге мне удалось выбрать верный момент — как раз когда рыцарь хорошо сторговался и выбил нам лежанки-матрасы за полцены, и мое желание было исполнено.

— Так и быть, сегодня я добрый… Так, выходит, ты все же у нас грамотная?

Из ближайшей же «ученой» лавке в мою сумку попала пустая тетрадь в твердой обложке и принадлежности для письма: угольные палочки, перья, чернильные камни и дробилка для них. Продавец научил меня все это использовать, так что ближайший же вечер должен был стать вечером записи всего увиденного.

Теперь у меня была фобия снова все забыть. Чтобы этого не произошло, лучше будет занести все в дневник… да и грех против науки попасть в новый мир и не составить его краткое описание.

Когда все, что нужно, было куплено, Дейкстр увел меня с ярмарки и мы направились на западный край города. Там был выход на Имперский тракт, а дальше — дорога, ведущая в город, где находилось одно из посольств Ордена. Нам нужно было попасть туда и отдать половину из одного мешка.

Но прежде, чем выйти из города, рыцарь зашел в ближайший трактир, где мы сытно пообедали.

Уходя из зала, Дейкстр внезапно завернул в конюшню возле трактира, увлекая меня за собой.

Конюха рядом не оказалось, и четыре лошади стояли одни, удивленно нас рассматривая.

Рыцарь, поглядев на каждую из них, подошел к черно-белому коню, погладил его по морде, отпер дверцу стойла, вывел лошадь, надел узду и оседлал.

— Тебе какая нравится? — спросил у меня рыцарь, гладя своего коня.