Бэйр

Реброва Алёна Дмитриевна

Оставались рыжая, белая и серая в яблоках. Мой взгляд почему-то сразу пристал к рыжему коню… невозможно понять, почему, но меня сразу потянуло к этому странному созданию.

— Рыжий, — указываю на коня, не очень хорошо понимая, что происходит.

После моего ответа рыцарь невозмутимо вывел его из стойла, оседлал и дал мне поводья.

Мы смогли провести лошадей из города, а когда отошли достаточно далеко, Дейкстр забрался в седло своего черно-белого коня и выжидающе посмотрел на меня.

— Но я не умею ездить на лошадях! — возражаю, опасливо косясь на рыжую громадину.

Всю дорогу рыжий пытался откусить мне пальцы, и это не особо поспособствовало моей любви к копытным.

— Это несложно, забирайся на него. С виду он, вроде, смирный, — махнул рукой рыцарь. — Давай же, мы и так много времени потратили впустую!

Что было потом, лучше не вспоминать! Меня скидывали на землю, пытались топтать копытами, кусали за руки, Донан в бешенстве орал на меня, поражаясь, как это можно не уметь сесть в седло… Все это было ужасно. К тому моменту, когда мне удалось взобраться на коня и проехать хотя бы два метра, прошло полтора часа обучения. Зато после тех двух метров все более-менее наладилось, эта рыжая сволочь все-таки перестала меня скидывать: то ли устала, то ли совесть проснулась.

Но сесть в седло оказалось не самым главным: нужно было еще научиться управлять этой махиной. Рыцарь, конечно же, всю дорогу надо мной издевался, то резко поворачивал, то тормозил, то пускал своего коня рысью, заставляя меня догонять. Ощущения были, как у новичка в школе вождения, которому достался не только на редкость паршивый инструктор, но и транспорт, у которого руль сломан, тормоза барахлят и газ нерабочий…

О том, что лошади были краденные, и это мое первое фактическое преступление в этом мире, прибавившееся к деяниям моей предшественницы, задуматься как-то не пришлось: нужно было следить, чтобы конь ни во что не врезался и не вздумал снова кидать меня на землю!

Эта пытка в седле могла показаться вечностью, но все же дорога до города была не бесконечной, и, как и любая дорога, кончилась у ворот.

После долгой езды мои ноги при ходьбе стали разъезжаться в разные стороны, и Дейкстеру пришлось одновременно помогать мне идти и вести двух наших краденых лошадей. Радостные эмоции по этому поводу его просто переполняли.

Дейкстр решил оставить меня отдыхать в гостинице, и пойти в Орден одному. Вручив конюху наших питомцев и приплатив за замки на стойлах, рыцарь договорился с хозяином о комнатах и отвел меня в одну из них. Там мне и было велено оставаться, пока сам Дейкстр ходит по делам. Возражать мне было незачем: безумная усталость заставила забыть даже о пустой тетради, ждущей моих заметок.

Кое-как раздевшись и вымывшись мокрым полотенцем от дорожной пыли и пота, заваливаюсь в кровать и мгновенно засыпаю.

* * *

Проснуться меня заставил громкий крик, донесшийся из открытого окна, выходящего на улицу. В комнате было не так уж темно — солнце пока не зашло, потому сонливость быстро улетучилась, уступив место любопытству.

Накинув рубашку, иду смотреть, что же такое творится снаружи, что так кричат.

Происшествие, как оказалось, моего любопытства не стоило: какая-то повозка с лошадью врезалась

в тетку с корзинками. Тетка осталась жива, а вот повозка пострадала. Но выжившая при этом голосила так, что можно было подумать, будто по ней и телегой, и лошадью все еще туда-сюда ездят.

Это было ужасно: из-за этой глупой женщины сон больше не шел ко мне. Устроившись поудобнее на подоконнике, от делать нечего продолжаю наблюдать сцену.

Может, рыцарь уже вернулся из Ордена? Пойти, проверить соседнюю комнату, или посидеть тут, в одиночестве, подумать?…

— Да где же это видано, чтобы под вечер да при народе с убийствами на людей честных покушалися!?… — вопила тетка с улицы, как намеренно привлекая мое внимание.

— Уймись, глупая баба!.. — орал ей в ответ невезучий возница, складывая тяжелые мешки обратно на телегу с разбитым бортиком.

Каким-то образом серая в яблоках коняга выбралась из упряжи и ходила вокруг аварии, ехидно подмигивая хозяину и дергая хвостом, подъедая яблоки из корзины, которую уронила тетка.

Вокруг сцены стали собираться зрители, вскоре их стало так много, что они заполнили всю улицу. В итоге даже два стражника пожаловали: оба на больших сильных лошадях в попонах, сами в кольчугах и красных туниках с гербом города, оба были при алебардах.

Стражники мне особенно понравились, красивые, совсем как из фильма…

Эх, вообще все тут, в Скаханне, как из фильма. Внешне чем-то напоминает средневековье, но нравы не те, соображение гигиены имеется, да и вещи сделаны слишком хорошо, наверняка не вручную, а с помощью каких-нибудь мудреных станков.

За мыслями взгляд постепенно поднимался и касался других домов, близких к центру. Высокие усадьбы, огражденные каменными стенами с коваными воротами, с большими парками и садами… Район богатеньких Буратин вдали выглядел очень интересно.

Постепенно мне показалось, что смотреть в окно — не самое лучшее занятие. А вот прогуляться прохладным вечерком по городу было бы очень даже неплохо.

Одевшись, иду в соседнюю комнату к рыцарю. Мысли о предстоящем маленьком путешествии так захватили меня, что от моего внимания ускользнули подозрительные звуки из комнаты Дейкстера.

— Дейкстр, можно я в город схожу? — спрашиваю, еще не открыв двери до конца.

Ответа так и не последовало, но зато вместо него была куча эмоций, подаренных мне щедрым зрелищем: бравый рыцарь притащил к себе какую-то женщину и сейчас в ускоренном темпе ее раздевал. А она его. Но, появись я минутой позже, было бы совсем неловко, а сейчас было просто неловко.

— Так я могу погулять по городу?… — спрашиваю громче, чтобы поскорее получить ответ и уйти отсюда.

— Да, да! Проваливай отсюда, куда хочешь, но чтобы утром была здесь! — раздраженно крикнул мне рыцарь, оставляя на кровати уже почти полностью раздетую женщину и подходя ко мне нетвердым шагом. — И возьми мой медальон, чтобы тебя не тронули. Он означает, что ты под моей опекой, и поможет мне тебя найти, если что-нибудь случится… — быстро сунув мне в руки какую-то круглую побрякушку, он вытолкал меня из комнаты. — И шляпу надень!.. — он захлопнул дверь и задвинул щеколду.