Бэйр
Шрифт:
— Ты гениален, — скептически фыркаю. — И как ты его убьешь, ничего о нем не зная?
— Выясним по ходу дела, — отмахнулся рыцарь. — Там в печке еда осталась, можешь поесть.
— А могу и не поесть?
— А можешь поколоть за меня дрова, — кивнул Дейкстр и протянул мне топор, улыбаясь. — Бери!
— Иди ты! — весело брызгаю в него водой. — Я лучше посмотрю, что творится в домах других жителей… Кстати, приходил очевидец, или мне все же не удалось его проспать?
— Приходил, но его увели, чтобы протрезвился хоть немного. Скоро
Завтрак был неказистый: вареные яйца, горбушка хлеба и молоко. Но это было лучше, чем ничего, и, к тому же, наводило на приятные мысли о здоровом деревенском питании. Ведь у меня до ужаса тощее тело, надо его хотя бы немного раскормить!
За едой мне захотелось немного побаловаться, позапускать огоньки с пальцев воздух: мелочь, а меня завораживало. До сих пор не верилось, что это все взаправду, и хотелось делать это снова и снова, постоянно, это была практически физическая потребность, использовать магию.
— Пойдем, наш очевидец пожаловал, — на кухню вошел Дейкстр, потный, как египетский раб.
— Уже иду! — засунув в рот последний кусок хлеба, бегу за ним.
Очевидцем оказался полоумный, пошедший в одиночку в лес ночью, зная, что там зверь. Как мне коротко рассказал Дейкстр, после встречи мужик крепко запил и, как поговаривают в деревне, сошел с ума.
Когда к нам пришел трясущийся старичок с отекшими глазами, мне показалось, что он крепко пил всю жизнь, а не последнюю неделю, такой у него был ужасный вид.
Мужик был испуган и сильно трясся. Мы отвели его в чулан, чтобы не смущать хозяев дома допросом.
Мы с рыцарем сели на одной лавке, он на другой, напротив нас, нервно комкая старую шапку.
— Итак, ты видел зверя? — спросил Дейкстр.
— …Зверя? — переспросил мужик, в его серых глазах мелькнула полнейшая пустота мыслей по этому вопросу.
— Да, на которого жалуется население деревни, — подтвердил рыцарь.
— А, Выхахрень что-ля? Видал я, видал! — яро закивал головой, выпучив в согласии глаза. — Видал Выхахрень я, огроменный, аки дом!!! — широко расправил руки, пытаясь показать, какой же он, этот зверь. Так же он еще сильнее выпучил глаза и, чтобы дать нам почувствовать всю ужасность этого зверя, резко к нам наклонился, топнув ногами, приблизив лицо и обдав гнилым дыханием.
— Кхе… — махаю перед носом ладонью, не в силах терпеть жуткий запах. — А у него шерсть, чешуя или кожа?
— Какой он на ощупь, мягкий или твердый? — упростил вопрос Дейкстр, глядя на непонимающего мужика.
— Колючий Выхахрень у нас, колючий, как еж-батюшка!
— Как еж? С дом? У вас тут радиации нет, случайно? — усмехаюсь.
— Еще одно слово, Бэйр… — прорычал рыцарь, резко обернувшись ко мне. — …и я заткну тебе рот твоим же кулаком!
— Все, прекращаю, — покорно склоняю голову перед строгим Дейкстером.
— Так значит, у него на теле есть иглы? — обернулся он к мужику, который опять начал комкать шапку.
— Вот такие! Аки дом!!! — развел опять руками и как бы
— Еще лучше… — вздыхаю. — А у него клюв или пасть?
— У него рот на чей похож, на тот, что у птички или у собачки? — перевел Дейкстр.
— Как у жабы, и язык вот такой!! Выхахрень мне ревел, когда убегал я, значит, и языком своим: На! На! А на меня итак дерможрень напал, а он меня еще и по заднице, по заднице языком! Все избил, проклятый изхарь! — рассказчик замахал на нас руками, сделал страшные глаза и заорал от полноты чувств…
— Он сказал «дерможрень напал»?… Боюсь даже представить, что это может значить… — шепчу рыцарю, пока бедолага приходит в себя от тяжелых воспоминаний.
— Болезнь желудка, — объяснил мне Дейкстр. — Значит, рот как у жабы, он весь в иглах, и большой, как дом? — он уточнил у рассказчика.
— Да! Да! Все так говорю! — закивал мужик. — Все по правде!
— Хорошо, а какие у него были лапы? — спрашиваю.
— Ноги на что похожи? — опять перевел Дейкстр.
— Одна нога у него, значится, как грабли! — мужик скрючил пальцы руки и загреб воздух показывая. — Другая, значится, как лопата! — он рассек другой ладонью воздух. — А потом все, нету, значит, больше… А ноги большие… Аки дом!!! — опять развел руками и топнул.
— Может, это значит, что лопата это крылья, а грабли это когти? И иглы это перья или кожаные или костяные наросты? И жабий рот с языком… может, это какой-нибудь летучий ящер, Дейкстр? — спрашиваю рыцаря.
— Дракон болотный? — нахмурился он.
— Выхахрень, — поправил мужик с умным видом и закивал сам себе.
— А у него были крылья? — спрашиваю на всякий случай. Так-то на болотного дракона, вроде, похож…
— Да огроменные! — вновь закричал мужик и развел руками. — Огроменные крылья, с колючками и ножами… Огроменные, с ножами, колючками… Аки дом!!! Не… не дом… Два!!!
— Тебе не почудилось ли, мужик? — уточнил в надежде Дейкстр.
— С ножами и колючками!!! — закричал он, брызжа слюной от возбуждения. — Все как есть говорю, все по правде!
— Крылья с ножами и колючками, иглы на теле, когти птичьи, рот жабий, размером с дом… — хватаюсь за голову. Кажется, я совсем не знаю этот мир, даже его монстров, о которых была написана целая книга… потому что я не понимаю, кто это может быть!
— Ладно… — вздохнул Дейкстр. — Разберемся. Слышь, мужик, а ты зачем в лес-то пошел? Не знал разве, что там зверь живет?
— Дык на меня дерьможрень напал, а сортир я закопал тогда, а новый не построил. Ну и сортира нет, а дерьможрень есть… Если дерможрень, то как же без сортира-то?… Нельзя никак, нет, нельзя… Ну я и в лес, чтобы там это, значится… А там Выхахрень как зарычит, завоет, как начнет меня языком по заднице, по заднице!.. и орет, орет!!!..
— Какой кошмар… — выдыхаю, с жалостью смотря на бедного психа.
— Кошмар, кашмаристый, как самый выкошмарный изкошмарьевский кошмар! — кивнул мужик.