Без памяти
Шрифт:
— ArrЙtez!
Люций зашипел в ответ, но когда попытался снова подскочить к Ханне, оказался прижатым к полу:
— Ты разум потерял? — спросил старший брат, нависая над ним. — Успокойся.
— Она беременна!
— Устыдись, если понял это сейчас.
Лицо мальчишки пошло пятнами, глаза в ужасе расширились. Флавий схватил его за ворот рубашки и поставил на ноги, как деревянного солдатика, Люций тут же отвернулся пряча лицо. Никогда в жизни она не задумывалась о плане действий при подобных обстоятельствах. У наёмных убийц не было проблем
— Ждите здесь, — прошипел мальчишка, побежав к лестнице.
Но ждать она не собиралась. Местные аптеки представляли на выбор сразу несколько вариантов медикаментозного решения проблемы, но требовался рецепт врача. Что такое рецепт врача для Римской Чумы?
— Чёрт…
Бываюттакие дни в жизни человека. Всего несколько часов — и вся жизнь меняется, становится с ног на голову либо наоборот, проясняется. Можно было без преувеличения сказать, что эти мгновения ожидания изменили мировоззрение Ханны Дайрон. Пелена спала с ее глаз, что-то во Вселенной щелкнуло, сверкнуло — и девушка сама ужаснулась тому заблуждению, в котором прожила все эти годы. Двуликие были ни чуть не глупее бледнолицых.
Думаю, это будет первый младенец льва за несколько веков.
Сидя на скамейке в парке, Ханна буквально отсчитывала часы с момента приема, пока голос Максимильяна пытался описать значимость того, что теперь развивалось в её чреве. Болевые ощущения появились, когда начало заходить солнце. Низ живота скрутило, но кровь пошла из носа.
Я призову их. Слишком опасно.
«Не смей».
Мы можем умереть. Плод очень силен, бессмысленно его травить.
Впрочем, через час ей стало все равно. От боли она едва могла двигаться.
— Падрона? Падрона.
Первое, что она услышала когда очнулось, было испуганное шептание Квинта.
— Падрона, — выдохнул прямо ей на лицо. — Ты напугала нас.
— Ничего не вижу…
— Твои глаза воспалилась.
Ханна закрыла лицо руками:
— Что с уродом? Мне удалось…
— К сожалению нет. Люций велел передать тебе, что ребёнок родится.
— Он что — гадалка?
— Это его приказ. Мы собрали вам вещи. Поезд отправляется завтра утром, сопровождать вас будет Маргерита Грамича, львица местного прайда. Она сказала, что вы знакомы.
Женщина бальзаковского возраста с тяжелыми бусами и губами раскрашенными в морковный цвет. Да, она помнила её. Помнила, как Габриэль помогал ей разгружать мебель.
— Львица сказала что принимать кровь лемуров во время беременности грозит осложнениями, а Люций сейчас… прибывает не в лучшем состоянии. Грамича едет на север вместе с двумя львятами, она поможет вам родить и потом мы заберем вас.
— Вот так просто? — усмехнулась. — Никто из вас не едет?
— Нет. Это было бы нежелательно, если мы хотим избавить вас от нашей крови. Помните, она не знает, что ребенок от льва.
Когда через несколько часов она и Квинт
Глава 11. Мерзость
— Что с ней? — женский голос на фоне объявления о прибытии поезда.
— Попыталась сделать аборт.
— Дурёха.
Мясистая женская рука схватила её за предплечье и затолкала в вагон. Сидевшие рядом двенадцатилетние мальчишки с интересом её рассматривали, поедая чипсы. Парень постарше имел пронзительный, кареглазый взгляд.
— Ну, и ну. Двуликая на крови трупов и с плодом льва Валерия, — на этот раз женщина одела белое летнее платье. — Мне всегда казалось, что в Риме одни напыщенные павлины с чистокровной родословной, но теперь, — посмотрела на сумку, которую Квинт положил на стол. — Фу, здесь даже не один. Ты пьёшь кровь всей фамилии?
Ханна заглянула внутрь поклажи и нашла обычные пластиковые бутылки, в которые Квинт набирал свою кровь. Они уже проехали Лацио и теперь направлялись на север.
— Это на случай ломки.
— Дело не в этом. Ты знаешь, что там целое ассорти?
Прежде чем ответить, Ханна оглядела тех, кто сидел в вагоне:
— Я хочу сбежать, — сказала как есть.
— Мой долг помочь.
— Они не послали за нами хвост?
— Нет. Мальчишки бы учуяли.
На какой-то миг Ханна вздохнула с облегчением, затем снова напряженно уставилась в окно. То, что Лепиды не последовали за ней ничего не значило, главный шпион таился в её голове, молчаливый и способный на всё.
Парни слева начали елозить на сидениях, пытаясь занять позу поудобнее. Оба были похожи на маленьких Маугли в шортах цвета грязной земли.
— Только подумай, эти мальки должны будут возглавить прайд через несколько лет. Хорошо, что у нас охотятся женщины. Эти лентяи только и имеют делать, что жрать и спать, — Грамича поджала губы.
Пока поезд мчался на встречу закату, Маргерита поведала, как попала в римскую общину. Оказывается, всем самки этого прайда без исключения относились к «странствующим» львам и путешествовали по Европе в парах. Их родные прайды либо были уничтожены, либо выставили старых львиц вон. Удивительно, потому что Ханне в голову не могло прийти, что в их социальных группах на десять самок мог приходиться только один самец. Сама Маргерита происходила из азиатской коалиции — у них было два мужчины, которые стремительно старились и потихоньку избавлялись от самок, распихивая их по углам. Грамича ушла сама. По пути в Европу, где согласно слухам, львы процветали, ей попалась Зузанна. Молодая львица насильно покинула свой прайд, когда у того появился новый вожак. Львы не щадили чужих детенышей, а Зузанна была беременна и вот-вот должна была понести. Маргерита помогла Зузанне с родами и позже, образовав пару, они продолжили путь вместе. Когда львица начала рассказывать о том, как встретил их римский рекс, Ханна была голова заткнуть уши. Эта львица боготворила Квестора.